глубоко, поднимаясь до головки и опускаясь снова, язык кружил, губы скользили. Он не выдержал — толкнулся сам, чуть сильнее, глубже, чувствуя, как её горло обхватывает его. Ещё несколько движений — и он кончил второй раз: сперма ударила в горло, горячая, густая. Ева проглотила, не отстраняясь, только глаза заслезились сильнее, а руки за спиной дрогнули.
Когда он наконец вышел — член уже мягкий, красный, мокрый от её слюны и остатков спермы, — Ева откинулась назад, села на попку, тяжело дыша. Вытерла губы тыльной стороной ладони, улыбнулась — широко, свободно, как будто спала какая-то печать.
Иван медленно опустился перед ней на корточки, всё ещё не веря своим глазам.
— Ты... в порядке? — спросил он, проводя большим пальцем по её мокрой щеке.
— Лучше некуда, — честно ответила она, прижавшись щекой к его ладони. — А ты?
— Я... — он замялся, сглотнув. — Я просто в шоке.
— Дальше — больше, — сказала она, посмеялась тихо, почти игриво, и встала. Тряхнула ягодицами — нарочно, чтобы он увидел, как они колыхнулись, — и пошла в комнату отдыха. — В горле пересохло, пива надо.
Иван смотрел ей вслед, ухмыльнулся про себя: «Пиздец, она реально хочет продолжения». Теперь возбуждение спало, тело приятно ныло — пора бы уже собираться по домам, родители могут проснуться. Он пошёл в мойку мыться. Душа не было — только большой бойлер с горячей водой и кран внизу с холодной. Набрал тазик, плеснул на себя.
Ева вернулась через минуту — допила стакан пива, поставила его на столик. Присоединилась, смеясь и хихикая: плескала на него водой, он в ответ — на неё, капли застревали в её ресницах и скатывались с сосков, мылили друг друга руками, скользили по коже, по груди, по бёдрам. Как будто наконец-то можно было трогать без стеснения, быть собой — без масок, без «просто друзья».
Собрались быстро: оделись, собрали мусор от пива и закусок, вышли. Ночь была тёплой, тихой. Иван жил в «своей» квартире — родители купили ему однушку в городе, недалеко.
Идя по дороге частного сектора, он начал вспоминать:
— Бля, когда ты в рот взяла второй раз... я чуть не сдох.
Ева улыбнулась, добавила скромно — истинные её фантазии пока рано было раскрывать, со временем, если всё пойдёт хорошо:
— А мне понравилось, как ты внутри... и потом тоже. Тепло так было.
— Было здорово, — меланхолично сказал он, глядя на звёзды. — Надо обязательно повторить.
— Да, конечно, почему бы и нет, — мечтательно ответила она, прижимаясь к его руке.
Они подходили к тёмной пятиэтажке, старый дом, кусты рядом слабо освещал фонарный столб.
— Слушай... — сказал Иван, остановился под светом столба. Потянул за резинку своих штанов вниз, вытащил член с яйцами — трусов не надел, как и она, и оба это знали. Член уже полутвёрдый от воспоминаний, болтался тяжёлый.
— Ну, что думаешь? — ухмыльнулся он, подёргал его рукой — член шлёпнул по небольшому пузику, яйца качнулись. Смотрел ей прямо в глаза, нагло и весело.
2
Правильно говорят, что у трезвого в уме, а у пьяного на языке. Ева засмеялась — не потому что смешно, а потому что внутри всё пело. Её похотливые мечты наконец-то материализовывались в мокрой плоти и тёплой коже. Она знала, что Ваня всегда делал то, что хотел, но эта уличная наглость всё равно ударила по животу сладкой дрожью.
Долго ждать не пришлось. Она опустилась на корточки прямо на асфальт, ещё улыбаясь, и взяла его в рот. Член пах баней, её слюной и им — густым, знакомым запахом. Она работала ртом старательно, пытаясь оживить его, но тело Вани сдалось раньше духа: алкоголь и два недавних финиша в бане сделали своё. Член откликался вяло, наливаясь лишь наполовину, каким бы упорным ни был её язык.
Прервал их резкий, пронзительный крик сверху:
— А ну пошли вон отсюда! Совсем охренели, молодёжь треклятая!
Из окна пятого этажа маячила растрёпанная тень бабки.
Иван, не теряя ухмылки, ловко засунул член обратно в штаны. Ева, давясь смехом, вскочила. Взявшись за руки, они рванули прочь от фонаря, в тёмный провал между домами, оставляя за спиной брюзжащие проклятия.
По пути к её дому они ещё пару раз пытались — в тёмной арке, где пахло кошачьей мочой, потом у чужого гаража, прислонившись к холодным воротам. Ивану нравилась эта игра, эта вседозволенность тёплой ночи, но тело уже не слушалось. Член вяло теплел от её ладоней и губ, но подняться отказывался наотрез.
— Бля, — простонал Ваня, откинув голову на ржавый гаражный замок. — Голова хочет, а хуй не встает. Пиздец, я жалок.
Ева чмокнула его слюнявыми губами в щёку и отстранилась, глядя на его полуспущенные штаны.
— Ничего страшного, — прошептала она, и в её голосе звенело озорство, от которого по его коже пробежали мурашки. — Каникулы только начались. Мы многое успеем.
Он посмотрел на её тёмный, хитрый силуэт, и в голове всплыл образ из бани: её взгляд, полный дерзкого ожидания.
— Слушай, а когда ты напрашивалась с нами в баню... этого ты хотела на самом деле? — спросил он прямо, наблюдая за её реакцией.
Ева замерла. Сделала паузу — неприлично долгую — и тихо засмеялась, коротко и звонко.
— Нет, — сказала она и, поймав его удивлённый взгляд, тут же добавила: — Конечно, я на это рассчитывала. Но я думала, что ты будешь не один.
Она сказала это легко и облизнула
Порно библиотека 3iks.Me
600
05.02.2026
|
|