вот он сидел на заднем сиденье «Волги», пахнущего бензином и в салон где пахло той самой советской эпохой и кожей салона. Рядом с ним устроилась Олеся, её бедро мягко прижималось к его ноге от толчков на ухабах. Он чувствовал исходящее от неё тепло и лёгкий, чистый запах мыла и чего-то цветочного — гвоздики, кажется.
—Вам не больно? — тихо спросила она, и её дыхание коснулось его щеки.
Марк повернул голову и встретился с её взглядом. В её глазах он прочитал не только сочувствие, но и пробуждающийся интерес. Интерес к загадочному незнакомцу, появившемуся из ниоткуда.Петр понимал, что обязан этому инженеру дать тепло и крышу над головой.
—Нет, — тихо ответил он, глядя прямо на неё. — Сейчас уже совсем не больно.
Он солгал. Боль от удара прошла. Её сменило другое чувство — острое, запретное, пьянящее. Он смотрел на юную, невероятно соблазнительную версию своей матери и понимал: его первоначальный план «спасти семью» мгновенно испарился. Ему не хотелось её спасать. Ему захотелось её.
Пётр вёл Марка в свой дом, чувствуя себя обязанным. Он давал Марку ключ к самой заветной двери. А ключом была она — Олеся. Девушка, обрученная с Алексеем, его будущим отцом и которую он должен был назвать матерью.
Машина тронулась, увозя его в прошлое, где его ждала не миссия по спасению, а миссия по соблазну. Самая сладкая и самая порочная миссия на свете.
Глава 2. Первый урок
Прошла неделя с того дня, как Марк поселился в доме Петра. Неделя напряжённых взглядов, мимолётных прикосновений на кухне и того невысказанного напряжения, что витало в воздухе, словно запах перед грозой. Алексей, жених Олеси, работал на стройке и часто задерживался, а Пётр, всё ещё чувствуя вину за ту аварию, относился к Марку как к почётному гостю, а то и как к сыну.
И вот сегодня утром Пётр, собравшись в срочную командировку на пару дней, положил тяжёлую руку на плечо Марку.
— Марк, ты я вижу, парень надёжный. Уже встал на ноги, почти! Присмотри за Олесей, а? Девушка она у нас хорошая, скромная. Алексей мой — парень хоть куда, но ветреный, много работает, а тут ничего не умеет. А тут, знаешь ли, всякая шпана по улицам шляется.
Марк кивнул, пряча улыбку. Ирония была восхитительной: его просили защитить его же будущую мать от посторонних, пока он сам вынашивал самые что ни на есть посторонние планы.
—Не волнуйтесь, Пётр Николаевич. Олеся будет в полной безопасности.
Вечером, убедившись, что они остались одни в просторном, но аскетичном доме, Марк совершил вылазку к своему спрятанной в гараже «Ниссану». Из бардачка он достал бутылку — не советского портвейна, а настоящего французского «Бордо», которую прихватил с собой из будущего как часть «аварийного запаса». Этикетка была содрана — на всякий случай.
Олеся сидела в гостиной, на том самом диване с потёртой обивкой, и дошивала подол платья. На ней было то самое ситцевое платье в горошек, и при свете настольной лампы её каштановые волосы отливали медью. Она выглядела как картина в рамке — невинная, домашняя, и от этого невероятно желанная.
Марк подошёл бесшумно, став за её спиной.
—Не помешал?
Она вздрогнула и обернулась, игла замерла в воздухе.
—Марк! Ты как кошка.
—Прости, » — он улыбнулся, демонстративно показывая бутылку. —Решил отблагодарить. За ту помощь... и за гостеприимство. Позволишь составить тебе компанию?
Его просьба прозвучала не как вопрос, а как мягкое, но не оставляющее сомнений утверждение. Олеся, смущённо кивнула, убирая шитьё.
Он принёс два простых гранёных стакана — винных бокалов в доме Петра не водилось.
—Это что? — с любопытством спросила она, разглядывая тёмное стекло.
—Лекарство от скуки — загадочно ответил он, ловко открывая бутылку. Он налил немного густой, рубиновой жидкости в оба стакана. Аромат, насыщенный нотами вишни, кожи и дуба, заполнил комнату, резко контрастируя с запахом капусты и лака для пола.
Олеся осторожно понюхала.
—Пахнет... как кагор в церкви. Или в старом шкафу.
Марк тихо рассмеялся.
—Это запах истории, Олеся. Запах другой жизни.
Он поднял свой стакан, и она, после секундного колебания, последовала его примеру.
—Так, а теперь — первый урок, — сказал он, и его голос приобрёл низкие, бархатные, «преподавательские» нотки.
Шаг первый: Визуальная оценка.
—Сначала — посмотри на цвет. Не просто «красное». Посмотри, как свет играет в нём, какие оттенки... вот здесь, у края, он светлее, почти оранжевый. Это говорит о возрасте.
Она послушно склонилась над стаканом, и он наблюдал, как свет лампы выхватывает изгиб её шеи, длинные ресницы, тень от носа. Она была полностью сосредоточена на его словах, как прилежная ученица.
Шаг второй: Аромат.
—Теперь — запах. Не вдыхай сразу. Покрути стакан, дай вину «проснуться». Видишь, как оно по стенкам стекает? Это «ножки». Теперь поднеси к носу... и закрой глаза.
Олеся, пойманная в ловушку его гипнотического тона, закрыла глаза. Её губы были слегка приоткрыты.
—Чувствуешь? Не просто виноград. Чувствуешь вишню? Немного шоколада? Дуб?
—Я... не знаю — прошептала она, но её ноздри трепетали, вдыхая непривычный букет.
Шаг третий: Вкус. Самый важный.
—А теперь — главное. Вкус.
Марк отпил сам, сделал вид, что смакует.
—Но не глотай сразу никогда. Подержи на языке. Позволь ему раскрыться.
Она послушно сделала маленький глоток. Её лицо скривилось от терпкости.
—Не торопись — его голос стал тише, интимнее. Он придвинулся к ней ближе, так, что их колени почти соприкоснулись. —Сейчас... самая важная часть.
Он протянул руку. Его указательный палец медленно, давая ей возможность отстраниться, приблизился к её лицу.
—Знаешь, как по-настоящему пробуют вино? — он прикоснулся подушечкой
Порно библиотека 3iks.Me
422
10.02.2026
|
|