Бункер. Часть 5- Читать онлайн

после некролога, напечатанного в газете, после фальшивых слов Клэр о том, что они будут помнить их всегда, после лицемерных слов Марка об уроке, тем кто садится пьяным за руль, после всего, что она успела понять о предательстве. Но то, что сделали Клэр и Марк, не укладывалось в сознании. Клэр была её младшей сестрой, с которой она делила комнату в детстве, спала под одним одеялом во время грозы, которая в десять лет, держа её за руку, шептала, что они сегодня пойдут к Дэну Миллеру и скажут, что хотят быть его подружками, в двенадцать лет воровала её духи, надевала её туфли на шпильках и танцевала перед зеркалом, повторяя, что они будут знаменитыми, как Стюарт, только они — Росс. И именно эта Клэр подписала отказ от генетической экспертизы, именно эта Клэр даже не захотела заплатить за участок на кладбище, именно эта Клэр получила выплату по страховку за их с Томом смерть.

Эмили закрыла папку, протянула её Виктору — твёрдо, без дрожи, как подают документы в суд, — и сказала, голос был тихим, без срывов, как приговор, вынесенный самой себе:

— Пожалуйста... прошу... забери это.

Виктор взял папку, и снова потрепал её по голове.

— Знаешь, твои родственнички — они просто... класс, я, как бы это сказать, восхищаюсь ими. Мало того, что за тебя и твоего сыночка они получили восемьсот пятьдесят тысяч по страховке, так ведь дом твой, я слышал, уже выставили на продажу. Скоро и его с молотка пустят. Прекрасная инвестиция, ничего не скажешь.

Виктор присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне, она продолжала сидеть на лице Тома. Его голос стал почти заговорщическим, доверительным.

— Но вот что самое ироничное, милая. Твоя сестренка получит больше ляма на вашей смерти, а потратить пару тысяч на хотя бы самое захудалое захоронение — не захотела. Экономия, понимаешь ли. Так что ваш прах — ну, то, что выдали за него, — просто зароют в общей яме с другими невостребованными. И от вас не останется даже и следа. А сверху, для красоты... посадят цветочки. Петуньи какие-нибудь.

Он запер решётку, кивнул на поднос и добавил, не повышая голоса:

— Поешьте, а то тосты и какао остынут... и вам есть чем заняться сегодня.

Виктор вышел, тяжеленная дверь бункера заняла свое место, отрезая мать и сына от мира, так подло и низко предавшего их.

Эмили медленно, с трудом поднялась с лица сына. Её тело было тяжёлым, будто налитым свинцом.

— Давай поедим, — сказала она, её голос был пустым, как эхо в колодце.

Они ели механически, не глядя друг на друга. Омлет был идеально приготовлен, но он казался безвкусным, как бумага. Они запихивали в себя еду не из голода, а потому, что это был приказ.

Когда поднос опустел, Эмили отодвинула его и притянула Тома к себе, обняла его, прижала к своей обнажённой груди, где ещё отдавалась боль от пальцев Виктора. Его тело было тёплым, живым, единственной реальной вещью во всём этом кошмаре.

— Войди в меня, — прошептала она ему. — Ты мне нужен. Сейчас. Прямо сейчас.

Том повалил её на спину на матрас. Он вошёл в неё сразу на всю длину, и они начали двигаться. Это не было любовью или даже сексом в прежнем понимании. Это был ритуал. Единственный известный им способ заявить — мы ещё здесь, мы ещё чувствуем, мы существуем.

Ритм установился, тяжёлый и монотонный. И тогда Том спросил, уткнувшись лицом в её шею:

— Мам... они нас похоронили?

Эмили закрыла глаза. Она видела перед собой не лицо сына, а ту коробку из прессованной стружки в грязном секторе Z-89.

— Да, малыш, — выдохнула она, и в её голосе не было ничего, кроме усталой, беспросветной грусти. — Кремировали чужие трупы и отправили... наш прах, то есть то, что сочли за нас, на утилизацию. В общую яму. Просто как мусор. А тётя Клэр... твоя тётя... получила выплату по страховке... за нас. Очень большие деньги. И продаёт наш дом. Наш дом, Том.

Он на мгновение замер внутри неё, его дыхание стало прерывистым. Тому захотелось расплакаться, но он сдержался и снова начал двигаться, еще сильнее, отчаяннее, будто пытаясь стереть эту правду, забыть.

— И что... что нам теперь делать? — его голос сорвался на шёпот, полный детского недоумения перед непостижимой жестокостью мира.

Эмили открыла глаза. Она смотрела на потолок, на тусклую лампу за решёткой. Потом опустила взгляд вниз - их матрас весь в пятнах от смазки, спермы и пота. Она больше не видела выхода от сюда.

— Просто ебаться, — ответила она тихо. — Это всё, что нам теперь осталось.

И они продолжали. Не для удовольствия. Не из-за нормы. А потому, что в этом животном акте было хоть какое-то подобие цели, хоть какое-то доказательство того, что они все ещё могут хоть что-то делать сами. Хоть что-то.

И тут пришло осознание. Вроде бы Эмили уже всё и так знала. Да, признали мёртвыми. Да, похоронят. Она даже смирилась с этим. Смирилась, как смиряются с диагнозом неизлечимой болезни.

Но то, что Клэр не просто согласилась с этой смертью, а утилизировала её и Тома — добило её окончательно. Просто сдала их на утилизацию, как отработанную батарейку, как мусор. Получалось, что они с Томом не просто умерли. Они оказались грязью, от которой надо было поскорее избавиться.

И тогда до неё дошла простая, банальная и от

Порно библиотека 3iks.Me