заглатывала глубже, до горла, давилась до слюней...
Костя резко вдохнул. Его бёдра подвинулись, он невольно прижался к ней ближе. Маша почувствовала, как он твердеет – медленно, но неумолимо, прямо у её бедра.
— Я мечтала, чтобы он хватал меня за волосы, направлял, трахал мой рот, как будто это моя пизда. Я сама хотела этого, Костя. Хотела почувствовать, как он пульсирует у меня во рту, хотела, чтобы кончил мне глубоко в горло, и я бы проглотила всё – каждую каплю, чувствуя, как его сперма скользит вниз, тёплая, липкая. А потом облизала бы его чисто, вычистила языком...
Костя застонал – тихо, но отчётливо. Его рука соскользнула с её бедра вверх, под футболку, легла на живот, пальцы впились в кожу. Он не ласкал, просто держался за неё, как за якорь.
— И чтобы потом он трахал меня. Ебал, как суку. Входил сзади, грубо хватал за бёдра и вгонял одним толчком до упора. Я представляла, как он растягивает меня, заполняет полностью, а я кричу. Я мечтала, чтобы он двигался жёстко, шлёпал по заднице, оставлял красные следы, говорил: «Ты моя шлюха, да? Любишь, когда тебя ебут как последнюю блядь?» И я отвечала: «Да, еби меня сильнее!»...
Маша почувствовала, как Костя дышит чаще, горячее. Его эрекция теперь была явной, прижималась к её бедру через ткань. Он не двигался, но тело его дрожало.
— Я хотела, чтобы он кончил в меня. Чтобы сперма выстрелила глубоко, заполнила меня, чтобы я потом ходила и чувствовала, как она капает по бёдрам, пачкает трусики весь день. Чужая сперма внутри меня...
Костя сжал её так сильно, что Маша тихо ойкнула. Он тут же ослабил хватку, но не убрал руку.
— И... в жопу тоже. Чтобы сначала он лизал там, языком растягивал мою тугую дырочку, смазывал слюной. Вставлял пальцы — один, два, заставлял стонать от жжения. И входил – медленно, но неумолимо, разрывая меня. Боль и удовольствие вместе... я бы кончала бы от этого, а он трахал бы мою жопу всё глубже, шлёпал, тянул за волосы, пока не кончил бы туда, заливая меня изнутри.
Костя уже не сдерживался – его дыхание было тяжёлым, прерывистым. Он прижался лбом к её макушке, губы коснулись волос.
— В голове я строила целые фильмы... Он связывал мне руки, надевал ошейник, водил на поводке. Заставлял ползти на четвереньках, лизать ему ноги, яйца, даже жопу. Потом ставил раком, плевал на киску и ебал без пощады. А потом... звал друзей. Двоих, троих. Они окружали меня, члены торчали, и я брала их в рот, в руки, пока один трахал сзади. Кончали на лицо, в волосы, на сиськи — я размазывала это по себе, как крем. Использовали все дыры сразу – рот, пизду, жопу – растягивали до предела...
Маша замолчала. Её голос сорвался на последнем слове. В комнате стояла тишина, нарушаемая только их тяжёлым дыханием.
— Наверное, зря я тебе все это рассказала... — тихо всхлипывая прошептала Маша, и уткнулась с плечо мужа.
Костя не говорил ничего. Он просто прижал её к себе всем телом – крепко, почти до боли. Его эрекция пульсировала у её бедра, горячая даже через ткань. Рука его скользнула вверх, обхватила её шею сзади, пальцы запутались в волосах. Он не целовал, не ласкал – просто держал, как будто боялся отпустить.
Они лежали так долго. Ни слова. Только дыхание – её прерывистое, виноватое, его – тяжёлое, напряжённое, полное чего-то тёмного и неименованного.
Костя лежал, парализованный. Его жена, его Маша, только что нарисовала ему портрет своей души, и это был портрет похоти, низменной и конкретной. Она не просто «думала о другом». Она фантазировала в деталях, в красках, в грубых, вульгарных выражениях, которые он от неё никогда не слышал.
— И... и ты представляла это потом, лежа рядом со мной? — спросил он, и его голос был пустым.
— Иногда. Да... И мне было стыдно до тошноты. Но мысли возвращались. Как наркотик.
— А он? Он писал? Звонил?
— Нет. Я удалила его номер сразу. Я боялась себя. Но мысли... от мыслей не избавиться удалением.
Она наконец обернулась к нему в темноте. Её лицо было мокрым, но теперь в её глазах, помимо стыда, читалась странная ясность.
— Вот и вся правда, Костя. Я не переспала с ним. Но в моей голове я сделала с ним всё. И получила от этого удовольствие. Я – шлюха в своей голове. Теперь ты знаешь. И теперь ты должен решить... сможешь ли ты жить с женщиной, у которой в голове такие картины. Которая мечтает, чтобы чужой мужик вылизывал её киску и насаживал на свой член как на палку.
Он смотрел на неё, и внутри него бушевала буря. Отвращение к её фантазиям. Жалость к её мучениям. Дикое, неконтролируемое возбуждение от той откровенной, грязной похоти, что сквозила в её словах. И страшная, гнетущая усталость.
Он не знал, что сказать. Он не знал, что чувствовать. Он только крепче прижал её к себе, как будто физически пытаясь удержать от падения в ту бездну, которую она сама в себе вырыла. Или, может быть, пытаясь не упасть в неё самому.
— Спи, — прошептал он наконец, целуя её в макушку. — Сегодня ничего больше не решается.
Но они оба знали – что-то уже решилось. Дверь в тёмную комнату её сознания была распахнута, и он заглянул внутрь. И обратно пути не было. Теперь
Порно библиотека 3iks.Me
367
17.02.2026
|
|