Белый контракт. Свадьба Вики 2- Читать онлайн

принадлежит тебе по праву.

Он направляет свой член к её губам. Она, ещё вся в конвульсиях наслаждения, безропотно открывает рот. И говорит, обливая его горячим дыханием:

— Да…

Двери зала распахнулись. На пороге, в конце длинной аллеи из белых колонн, стоял Максим. Он был ослепителен в тёмном смокинге. Его лицо, обычно такое открытое и доброе, сейчас сияло такой любовью и надеждой, что у Вики снова сжалось сердце. Не от любви. От леденящей жалости и странного превосходства. Он видел в ней ангела. А она вела к алтарю целый легион демонов.

Музыка «Свадебного марша» Мендельсона заполнила зал. Она взяла отца под руку, и они пошли навстречу Максиму. Каждый шаг давался с невероятным усилием. Платье шуршало, фата тянулась следом. Взгляды гостей, полные умиления, жгли её кожу.

И снова воспоминание, врезавшееся в самый центр церемонии.

Она сосёт его в машине, и это уже не учёба, а ее желание. Его пальцы в её волосах, его стоны, его сдавленное: «Да, Вика, да, сестрёнка, вот так…». Он кончает ей в горло, и она, давясь, глотает, потому что когда-то дала это роковое «да». И это «да» связало их навсегда невидимой, цепью между братом и сестрой-их секретик.

Она подошла к Максиму. Он взял её руку, его пальцы были тёплыми и чуть влажными от волнения. Его глаза сказали ей всё, что он думал: «Ты самая красивая. Ты моё счастье. Ты моя».

Ведущая церемонии, женщина в строгом костюме, начала говорить. Слова о любви, верности, семье плыли мимо ушей Вики, как чужая речь. Она смотрела на Максима и видела в нём тень брата. Ту же преданность в глазах. Ту же готовность положить к её ногам весь мир. И ту же слепоту. Страшную, непрошибаемую слепоту.

— Вы, Виктория, готовы ли взять в мужья Максима, любить его, уважать и хранить ему верность в горе и радости, пока смерть не разлучит вас?

В зале воцарилась тишина. Все ждали. Максим смотрел на неё, затаив дыхание.

В этот момент она почувствовала это. Лёгкое, едва уловимое, но отчётливое. На внутренней стороне бедра, под слоями шёлка и кружева, потекла капля. Не пота. Её собственных соков. Её тело, вспомнив вчерашнюю ночь и те давние уроки в машине, откликалось на эту чудовищную ложь, которую она должна была сейчас произнести. Возбуждение было острым, постыдным и невероятно сильным. Оно сводило живот судорогой сладострастия.

Она открыла рот. Её взгляд на секунду упёрся в обручальное кольцо на своей руке. Оно блестело под светом люстр, символ чистоты и вечной любви.

И её губы, те самые губы, что прошлой ночью обхватывали чужие члены, что в далёкой сочинской машине ловили сперму брата, сложились в беззвучное, а потом и громкое:

— Да.

Слово прозвучало чётко, ясно, без тени сомнения. И только она сама услышала в нём эхо того другого «да», сказанного много лет назад в тёмном салоне автомобиля. Она сказала «да» Максиму. А своему телу, своей испорченной душе, она только что подтвердила, что игра началась. Что белое платье — всего лишь маскировка. Что её настоящая свадьба, свадьба с пороком, состоялась прошлой ночью. А эта — всего лишь красивая, жестокая пародия.

Максим засиял, как ребёнок. Он взял кольцо и, руки его слегка дрожа, надел ей на палец поверх того, что уже было. Его губы коснулись её пальцев, поцеловали холодный металл кольца. Он целовал символ. Он и не подозревал, что целует печать, под которой таилась грязь целого мира.

Когда очередь дошла до него, и он твёрдо, без колебаний сказал своё «да», Вика смотрела на него и думала только об одном. Думала о том, как будет ждать вечера. Как снимет это душащее платье. И как на её теле, рядом со свежими синяками от вчерашней ночи, не останется ни одного места, куда бы не прикоснулись губы или руки её нового, законного мужа. И как она, принимая его ласки, будет представлять другое. Будут ли её стоны звучать искренне? Или в них будет слышаться эхо тех, других стонов — в полумраке квартиры и в тесном салоне «девятки»?

Церемония подходила к концу. Их объявили мужем и женой. Зал взорвался аплодисментами. Максим, сияя, наклонился, чтобы поцеловать свою невесту. Его губы коснулись её губ — невинно, почтительно.

И Вика, отвечая на поцелуй, прошептала так, чтобы слышал только он:

— Я вся твоя, Глеб..ой. Максимушка.

Она сказала это, глядя ему прямо в глаза. И увидела, как в его взгляде промелькнуло счастливое недоумение. Он решил, что она перепутала имя от волнения. Какой милый, какой доверчивый.

Она же знала правду. Она не перепутала. Она просто назвала его тем именем, которое навсегда выжжено в её душе. Именем своего первого, самого главного учителя. С этого поцелуя начиналась не их супружеская жизнь. Начиналась великая, блестящая ложь. И первой жертвой этой лжи пал он сам, ничего не подозревающий муж, чьи губы только что коснулись рта, хранящего память о стольких грехах.

Гулянье, банкет, первый танец — всё это было впереди. Два дня праздника. А пока они шли по залу под дождём из лепестков роз, и Вика улыбалась во все лицо, чувствуя, как та самая влажная, предательская капля на внутренней стороне бедра медленно остывает, превращаясь в холодное, липкое пятно на шёлке — первую физическую улику её великого, белого обмана.

Глава 3.Клятва

Банкет длился вечность. Вика сидела во главе стола рядом с Максимом, её рука лежала поверх его ладони, и каждый раз, когда он сжимал её пальцы, она

Порно библиотека 3iks.Me