это шутливо, но укол был точным и болезненным. «Не раздавить». А куда там мне, с моими скромными размерами и этим животом, «растягивать стенки»? Мой член – так, пощекотать, поднять настроение. А вот член Эдика... Вот он – в самый раз. Для такого «массажа». Для такого «растягивания». В этом унизительном сравнении, в этом самобичевании, тоже таилось извращенное наслаждение. Я опускался на самое дно какого-то сексуального омута. Или, может, поднимался на какую-то новую, запретную вершину. Об этом я мог узнать только в конце. Только после сегодняшнего дня.
— Хорошо, – выдавил я наконец. Голос мой прозвучал чужим, далеким. – Только немного. И... осторожно.
Артём кивнул, как врач, получивший согласие на рискованную операцию.
— Конечно. Осторожность – прежде всего.
— Ну что, начали, – сказал он, но в его руках я увидел не только фотоаппарат. В другой руке он держал небольшую, но профессиональную видеокамеру на штативе. Он быстро установил ее на треноге чуть сбоку, нацелив на диван. Красная лампочка замигала, означая начало записи.
Интересно, для чего ему видео. Мысль об этом была мимолетной и тонула в нарастающем водовороте событий.
Василиса, получив окончательное «добро», казалось, сбросила последние оковы. Она стояла перед диваном, и на ее лице не было ни страха, ни смущения. Была решимость. И голод. Она расстегнула пояс халата и сбросила его на пол. Потом, не торопясь, сняла лифчик. Ее грудь, полная, тяжелая от беременности, выпрыгнула наружу. Соски были темными, налитыми. Затем ее пальцы задержались на резинке трусиков. Она медленно, чувственно, стянула их вниз по бедрам, по коленям, и ступила из них, как из лужы. И осталась стоять перед нами совершенно обнаженной. Ее тело было прекрасным. Округлый, упругий живот, полные бедра, соблазнительный изгиб талии. И это тело сейчас принадлежало не только мне. Оно было выставлено на всеобщее обозрение. И готово было к чему-то большему.
Эдик, не дожидаясь команд, тоже сбросил с себя одежду. Его тело, мускулистое и совершенное, контрастировало с ее мягкими, женственными формами. Его член был уже в полной боевой готовности – огромный, темный, напряженный, направленный прямо на нее, как орудие, готовое к выстрелу.
— На диван, – скомандовал Артём, не отрываясь от видоискателя фотоаппарата. Видеокамера молча фиксировала общий план. – Эдик, ложись на спину. Василиса... сверху. Но не садись на него. Ляг на него. Просто контакт тел.
Они послушались. Эдик растянулся на бордовом бархате, и Василиса, после секундного колебания, легла сверху, распластавшись на нем. Их кожа соприкоснулась. Светлая и темная. Мягкая и твердая. Ее живот лег ему на живот, ее груди прижались к его груди. Ее лицо оказалось рядом с его лицом. Он обнял ее за спину, его большие руки легли на ее ягодицы.
— Прекрасно... – шептал Артём, щелкая затвором и поглядывая на экран видеокамеры. – Не двигайтесь... просто дышите... чувствуйте друг друга...
Они лежали так, и я видел, как тело Василисы постепенно расслабляется, как она прижимается к нему все плотнее, как ее бедра совершают едва уловимое, инстинктивное движение, растираясь о его бедра. Я видел, как Эдик поворачивает голову и его губы находят ее шею. Он не целует, а просто прикасается к ней губами, дышит на кожу. Василиса зажмурилась, и из ее горла вырвался тихий, сдавленный стон.
— Теперь... Василиса, приподнимись немного. Сядь на него... но не на него, понимаешь? Сядь рядом. На бедро.
Она медленно приподнялась, перекинула ногу и опустилась, сидя на корточках рядом с его бедром. Его член, огромный и угрожающий, теперь лежал прямо у ее промежности. Она сидела так близко, что он касался ее внутренней поверхности бедра, ее самых сокровенных, теперь обнаженных, мест.
— Эдик... рукой... направь ее. Покажи, как должно быть.
Эдик не заставил себя ждать. Его рука скользнула между ее ног. Большой палец нашел то, что искал, и прижался к самому влажному, самому горячему месту. Василиса вздрогнула всем телом и вскрикнула. Ее рука инстинктивно вцепилась в его плечо.
— Да... вот так... – бормотал Артём, и его голос дрожал от возбуждения. – Теперь... очень медленно, Василиса... начни двигаться. Потихоньку. Трение...
И она начала. Сначала несмело, потом все увереннее. Она двигала бедрами, растираясь о его большой палец, о его ладонь, о основание его члена, который лежал рядом, будто ожидая своей очереди. Ее движения становились все более размашистыми, все менее контролируемыми. Ее голова была запрокинута, рот приоткрыт, из груди вырывались прерывистые, хриплые стоны. Она уже не имитировала. Она получала удовольствие. Публично, на моих глазах, от руки другого мужчины.
Эдик наблюдал за ней снизу, и на его лице была улыбка охотника, который видит, как зверь попадает в капкан. Его другая рука легла ей на грудь, сжала ее, поиграла с соском.
— Идеально... теперь... поменяем позу. Эдик, сзади. Василиса, на четвереньки.
Команды следовали одна за другой. Василиса, опьяненная ощущениями, послушно вставала на четвереньки на диване. Эдик вставал на колени позади нее. Его мощный торс нависал над ее хрупкой спиной. Его руки обхватили ее бедра. И его член, этот темный монолит, оказался вплотную к ее ягодицам, к ее открытой, влажной от возбуждения и его пальцев, щели.
Артём замер. Он смотрел в видоискатель, потом на экран видеокамеры, проверяя ракурс. В студии стояла тишина, нарушаемая только тяжелым, учащенным дыханием троих людей и тихим жужжанием аппаратуры.
— Василиса... – голос Артёма был тише шепота, но слышен каждому. – Сейчас будет самый главный кадр. Самый откровенный. Для истории. Ты готова?
Она, не
Порно библиотека 3iks.Me
1352
18.02.2026
|
|