Личный ад профессора Грейнджер. 5- Читать онлайн

то смешок, не то стон, когда язык Гермионы слегка изменил давление. — Поэтому я думаю... может, выкупить контракт одной из ваших студенток? После выпуска. Грязнокровок же продают в служанки или... куда хуже. А я могла бы взять её к себе. Чтобы была рядом. И по дому будет помогать, и за ребенком, и. .. с мужем, наверное. И мне... Она замолчала на мгновение, её бёдра непроизвольно слегка подались навстречу движению языка. — Вы же их всех знаете, профессор. Не подскажете... может, кого-то? Симпатичную. Которая... ну, которая хорошо умеет. Вот как вы. Вы ведь... вы лижете великолепно.

Вопрос повис в воздухе, смешавшись с её учащённым дыханием. Гермиона на секунду замерла, её разум, скользнув по краю пропасти цинизма, быстро сработал. Рекомендовать одну из своих учениц в вечную сексуальную кабалу? Но разве их ждёт что-то лучшее? Служанка-любовница в доме у этой, не жестокой, девушки — не самый худший вариант. Это была грязная, отвратительная калькуляция, но альтернативой в этом мире выступала лишь роль безгласной наложницы у какого-нибудь грубого чистокровного или, если не повезет, бордель в Лютном переулке.

— Я... подумаю, — наконец произнесла Гермиона, и её голос прозвучал удивительно спокойно, почти деловито. — Мне нужно оценить их... навыки и характер. Чтобы подошли именно вам.

— Спасибо! — девушка выдохнула с явным облегчением, как будто сбросила груз. — Пожалуйста, подумайте. Я буду ждать.

Через несколько минут, когда её прерывистые вздохи стали совсем частыми, а тело слегка затрепетало, она открыла глаза и опустила взгляд на киску Гермионы, лежащую открыто прямо перед ней.

— Профессор... а вы... не могли бы... себя трогать? Пока... пока я? — Она снова сформулировала это как вопрос, но отказ был невозможен. Это была часть услуги – обеспечить иллюзию взаимности, снять с клиентки груз вины.

— Как пожелаете, — нейтрально ответила Гермиона, не прерывая работы языка.

Её левая рука, словно чужая, механически поползла по собственному животу вниз, к лобку, к татуировке «Грязнокровка». Пальцы нашли свой собственный клитор, уже слегка припухший. Она начала водить подушечкой указательного пальца кругами, в том же размеренном ритме. Абсурдность и порочность ситуации обжигали её изнутри: она давала советы по выбору любовницы-рабыни, одновременно мастурбируя и удовлетворяя ту, кто эту рабыню ищет. Стыд лился по жилам густой, тяжёлой лавой. Но тело, с одной стороны запутанное усиливающей возбудимость магией татуировки, а с другой — преданное и выдрессированное годами подобной «практики», откликалось. Тёплая, предательская волна поднялась от пальцев. Ритм её языка и пальцев невольно синхронизировался. Девушка над ней застонала громче, её бедро затрепетало у её щеки. И в этот момент, ужасно, непроизвольно, оргазм накатил и на Гермиону – тихий, сдавленный, глубокий спазм. Она кончила, подавив стон. Когтевранка кончила следом за ней, с резким, коротким выдохом, всем телом подавшись вперёд, и затем отшатнулась, тяжело и смущённо дыша.

Она сползла, её лицо пылало. — С-спасибо, профессор. И, пожалуйста... не забудьте подумать насчёт той студентки... — она поправляла одежду, глядя в пол, — И... Спасибо. Она почти выбежала из кабинета.

Гермиона осталась лежать, чувствуя, как отступают отголоски, грязного, нежеланного оргазма. Просьба девушки висела в воздухе, как неприятный, липкий осадок. Она только что, по сути, поучаствовала в сговоре о будущем порабощении одной из своих учениц. И сделала это с ледяным спокойствием. Она, не вставая, нащупала палочку и шепотом произнесла заклинание очищения. Лёгкая, безличная прохлада омыла её. Но она не смогла смыть вкус, не смогла смыть ощущение веса девушки на своём лице, не смогла смыть чувства самоосквернения и нового, гнетущего груза этой «просьбы». Она лежала, голая и опустошённая, глядя в потолок, и ждала следующую. Зелёный огонёк над дверью горел, приглашая.

***

Тишина после ухода первой студентки была недолгой. Через двадцать минут дверь открылась с уверенным, даже нарочито громким звуком. Вошли две фигуры в мантиях Слизерина. Первая – высокая, с пышными, соблазнительными формами, густыми тёмными волосами и надменным, привыкшим к вниманию лицом. Дочь Мелисенты Булстроуд – Беатрис. Гермиона узнала её сразу – та же высокомерная стать, тот же презрительный изгиб губ, что и всегда. Она была регулярной гостьей «девичьих дней», почти что постоянной клиенткой, чьи предпочтения Гермиона изучила до мелочей. Вторая, почти впрыгнувшая за ней, была миниатюрнее, с тёмными, блестящими волосами, собранными в модную, но слегка небрежную прическу, и большими, тёмным глазами на удивительно знакомом, оживлённом лице. Дочь Парвати Патил – Аша. Аша смотрела на Гермиону с открытым, почти восторженным любопытством, смешанным с лёгким, беззлобным пренебрежением. Её улыбка была яркой, но пустой, как блеск дешёвой бижутерии.

— О, наша субботняя разрядка уже на месте, — протянула Беатрис, её низкий, бархатистый голос был полон самодовольства. Она не стала церемониться, сбросила мантию на стул, обнажив изящную шёлковую блузку и узкую юбку. Не глядя на Гермиону, она расстегнула юбку и стянула её вместе с тонкими кружевными трусиками, аккуратно сложив на спинку кресла. Аша с грациозной готовностью придвинула кресло к самому краю столика, прямо перед раздвинутыми ногами Гермионы. Беатрис уселась и небрежно закинула ноги на подлокотники кресла, широко разведя их.

— Начинайте, профессор. И будьте усердны, — приказала Беатрис.

— О, Боги, Беатрис, смотри, какая у неё кожа! — воскликнула Аша, присаживаясь на корточки рядом со столиком и рассматривая тело Гермионы, как диковинку. — Для её возраста и, ну знаешь, всего этого... очень даже ничего! А вот моя мама сейчас – она все

Порно библиотека 3iks.Me