Элиза проснулась от странного тепла. Не от солнца — шторы были плотно задернуты, в комнате стоял полумрак. Тепло исходило от его рук, обхвативших её грудь, пальцы сжимались во сне, будто проверяя, что добыча не ускользнёт. Его дыхание обжигало её шею, ровное и глубокое, совершенно чуждое её собственному прерывистому ритму. Она замерла, боясь пошевелиться — будить мужчину было страшно, но её долг не оставлял сомнений.
Она почувствовала его эрекцию, твёрдую и горячую, впивающуюся в её спину. Это было не просьбой, а неоспоримым фактом её существования — его тело требовало внимания, и её обязанность заключалась в том, чтобы предоставить его без колебаний. Она осторожно приподнялась на локте, стараясь не потревожить его сон, но его рука тут же сжала её грудь сильнее, ногти впиваясь в кожу. Дыхание Лео изменилось — не проснулся, но и не спал, та граница, где сознание сливается с инстинктом.
Губы. Только губы.
Элиза мысленно повторяла эти слова, как мантру, пока её тело застыло в непонятном положении, словно между двумя мирами — между сном Лео и его пробуждением. Годы тренировок в школе, наставления матери, даже редкие визиты с ней в спальню отца по утрам — все слилось в один непреложный закон: мужчину будят только губами на его члене. Ни ладонь, ни поцелуй в плечо, ни тем более голос. Только покорный рот, готовый к служению ещё до того, как откроются его глаза.
Элиза затаила дыхание, когда его пальцы ослабили хватку на её груди — всего на мгновение, но этого хватило. Она скользнула вниз по простыне, как тень, не смея потревожить даже воздух вокруг них. Её губы коснулись его члена прежде, чем её руки — первое правило, выжженное в её памяти — рот должен быть тёплым и готовым всегда.
Его кожа под её губами была горячей, почти обжигающей. Она нежно обвила языком головку, чувствуя, как слегка пульсирует тонкая кожа под её касаниями. Её учили — первые движения должны быть лёгкими, как перышко, почти незаметными, чтобы пробуждение мужчины было постепенным, приятным, а не резким вторжением в его покой.
Его дыхание изменилось — член напрягся под её губами, и его пальцы непроизвольно впились в её волосы, не грубо, но достаточно ощутимо, чтобы напомнить: он теперь здесь. Она продолжала медленные движения, её язык скользил вдоль вены на его стволе, а губы плотно обхватывали его, но не давили — он только проснулся, ему нужен был мягкий старт. Когда его пальцы разжались, она инстинктивно замерла, ожидая команды, но вместо этого почувствовала, как его большой палец провёл за её ухом, лениво, почти как хозяин гладит любимую кошку.
Лео приподнял голову, разглядывая её через опущенные веки — она чувствовала его взгляд на себе, но не поднимала глаз. Его пальцы снова слегка коснулись её волос, прежде чем потянуть её чуть ближе к себе. Она послушно опустилась ниже, принимая его глубже, но тут же почувствовала его ладонь на затылке — не толчок, а просто вес, напоминающий, кто здесь контролирует глубину.
— Хорошо... — пробормотал он хрипло, его голос ещё густой от сна. Он не сказал «продолжай» или «быстрее» — просто констатировал факт её службы, и этого было достаточно. Его пальцы медленно распутывали прядь её волос, заправляя её за ухо, как будто хотел лучше видеть, как его член исчезает в её рту.
Его пальцы в её волосах не были грубыми, но и не оставляли выбора — мягкое, но неоспоримое давление, направляющее её голову в нужный ему ритм. Элиза позволила векам опуститься, сосредоточившись только на ощущении его члена во рту, на солоноватом предвкушении на языке. Она знала этот ритм: медленные, глубокие движения, затем ускорение, потом внезапная остановка — и она должна была успеть принять всё, не подавившись.
Лео дышал глубже, его живот напрягся под её ладонью, лежавшей на нём лишь для равновесия. Она почувствовала момент раньше, чем он сам — лёгкую дрожь в его бёдрах, едва уловимое изменение ритма пульса под её губами. Её щёки втянулись сильнее, язык скользнул по нижней стороне ствола, и тогда его пальцы слегка сжали её волосы, фиксируя её голову в последнем движении.
Элиза ощутила горячую пульсацию на языке за мгновение до того, как он наполнил её рот. Густая жидкость хлынула в горло волнами — живая, солёно-горькая, с металлическим привкусом мужского пробуждения. Её горло сомкнулось рефлекторно, но она тут же подавила спазм, вытянув шею и позволяя ему использовать её как сосуд. Языком она поймала последнюю каплю, прежде чем медленно отстраниться, её губы аккуратно сомкнулись вокруг головки, собирая остатки. Она знала этот момент — секунду неопределённости, когда мужчина либо отпустит её, либо потянет обратно. Её язык продолжал скользить вдоль ствола, выискивая малейшие следы, пока её мозг лихорадочно вспоминал уроки матери: «Отец любит утром облегчаться еще и другим способом».
Элиза знала это. Она тренировалась годами, как и все её сёстры. В её доме утреннее служение было такой же неотъемлемой частью воспитания, как чистка зубов или заправка постели — только с гораздо более жёсткими последствиями за провал. Глотать быстро, не давиться, не морщиться от вкуса — эти навыки вбивались в неё до автоматизма, пока её горло не научилось принимать всё без малейшего спазма, будто это была простая вода.
Лео довольно потянулся, его пальцы медленно разжали хватку в её волосах, но Элиза не отпустила его член — её губы оставались плотно
Порно библиотека 3iks.Me