Словно я не сосала ему час назад. Каждый раз я прижимала губы к его стволу с такой силой, что раздавался отчетливый, сочный звук. Я целовала его так, будто хотела оставить на нем отпечаток своих губ навсегда. Чмок — слева. Чмок — справа. Я покрывала его кожу этими влажными метками, как будто ставила печать собственности на этом великолепном, запретном объекте.
Я добралась до середины, где его член был самым толстым. Обхватила его губами, как кольцом, и задержалась там, делая не поцелуй, а целое присасывание. Втянула кожу и плоть в рот, почувствовала ее упругость, ее живую, животную теплоту. Подержала так несколько секунд, наслаждаясь полным ртом его плоти, а потом отпустила с громким, неприличным чмоканьем.
— «Ах, какой же ты сочный»— выдохнула я, и мой палец сам потянулся к нему.
Я провела указательным пальцем вдоль всего ствола, от мошонки до самой макушки. Медленно. С благоговением. Кожа была идеально гладкой, как отполированный мрамор, но живой, горячей, наполненной кровью. Под ней перекатывались мощные мышцы и те самые вены, которые я так любила рассматривать — синие, рельефные, словно карта запретных желаний.
Я взяла его член в руку, обхватив ладонью. Он не помещался полностью, мои пальцы с трудом смыкались вокруг этой толщины. Я нежно сжала, почувствовав, как он откликается пульсацией. Потом начала медленно вращать кисть, прокручивая этот великолепный болт в ладони, как драгоценный артефакт. Я по особенному любила делать эти «прокрутки».
— «Вот он, — прошептала я, глядя на него затуманенным, влюбленным взглядом. — Совершенство. Обрезанный... идеальный... ахуенный»
Я наклонилась и снова прикоснулась губами к головке. Но не для того, чтобы взять в рот. А чтобы покрыть ее десятком мелких, быстрых, птичьих поцелуйчиков. Чмок-чмок-чмок. Они сыпались на ее чувствительную, темно-розовую кожу, как дождь. Я целовала самый кончик, ту самую щелочку, из которой уже выступал прозрачный, но тягучий сгусток спермы. Я целовала края, этот аккуратный, чуть более темный ободок.
Потом я остановилась. Приоткрыла рот. И мягко, но плотно, присосалась именно к той самой щели на макушке.
Это было не сосание всего члена. Это было точечное, сфокусированное всасывание. Я сложила губы трубочкой, создала легкий вакуум и притянула к себе только самую чувствительную часть его головки. Мой язык тут же нашел углубление, эту крошечную, влажную щель, и принялся водить по ней самым кончиком — быстро-быстро, едва касаясь.
Юра резко вдохнул. Его бедра непроизвольно приподнялись с дивана.
— «Т-Таня...»
Я не ответила. Я была слишком поглощена процессом. Я изучала его. Чувствовала, как под тонкой кожей головки пульсирует что-то глубокое, как она наливается кровью и становится еще больше, еще тверже от моего внимания. Вкус был чистым, слегка солоноватым, мужским. Я втягивала в себя этот вкус вместе с его влагой, смакуя его, как дорогой ликёр( я тут же представила ликёр Sheridans, и пошло подумала, что с кайфом бы пила его вперемешку со спермой)
Только через минуту, может две, я отпустила его с тихим, мокрым звуком. Головка блестела, как полированный камень.
— «Люблю, — прошептала я хрипло, глядя прямо на него. — Обрезанный, сочный болт... Люблю его больше, чем...»
Мой взгляд снова, предательски, поплыл к полке. К медалям. К грамотам. К фотографии.
В этот момент на столе, рядом с диваном, тихо и деловито вибрировал мой телефон.
Я на секунду замерла. Юра тоже напрягся, его взгляд метнулся к экрану. Я потянулась, не отпуская его члена из руки, и взяла аппарат. Одно новое сообщение. От Кости.
Я открыла его. Прочла. И что-то внутри меня ёкнуло — не от страха, а от странного, запретного возбуждения.
«Ма, задерживаюсь у Саши с ночевкой. Проект доделываем. Приеду завтра к десяти утра. Не жди, ложись спать. Целую.»
Я медленно опустила телефон на диван. Потом подняла глаза на Юру. На его член, который я всё еще держала в руке. И на его лицо — вопрошающее, возбужденное, полное ожидания.
Широкая, пошлая улыбка медленно расползлась по моему лицу.
— «Костя, — сказала я громко, отчетливо, с какой-то издевательской радостью в голосе, — не приедет сегодня. Но завтра утром... о, завтра утром он будет здесь»
Я наблюдала, как эти слова доходят до него. Как его глаза расширяются на долю секунды от осознания. Мы были одни в квартире. По-настоящему одни. На всю ночь. А через несколько часов, всего в каких-то десяти метрах от этого дивана, где я сейчас держала в руке член его лучшего друга, будет спать мой сын.
Возбуждение, острое и жгучее, как удар током, пронзило меня с головы до ног.
— «Он завтра придет, — повторила я, уже шепотом, наклоняясь к его уху. Мои губы почти касались его кожи. — А знаешь, что я сейчас хочу сделать?»
Я не ждала ответа. Я отвела голову и снова уставилась на полку. На ту самую фотографию. На его улыбку, такую открытую, такую детскую. Потом мой взгляд медленно, очень медленно, опустился вниз. На тот самый, торчащий между нами, огромный, великолепный хуй.
— «Я хочу сказать тебе одну вещь, Юрочка, — прошептала я, и мой голос звучал хрипло, почти грубо — Я смотрю на него... на моего мальчика... на этого «самого красивого — Я кивнула в сторону фотографии — А потом смотрю сюда... на этот толстый, взрослый, настоящий болт...»
Я обхватила его член обеими руками, как будто держала нечто бесценное. Прижалась щекой к его горячему стволу. Потерлась о него, как кошка.
— «И понимаю, — продолжила я, и каждое слово было напоено
Порно библиотека 3iks.Me
408
10.03.2026
|
|