Твоё желание исполнится- Читать онлайн

«трамп стэмп» на пояснице? Идея показалась неожиданно привлекательной — неожиданно, потому что обычно он считал это дешёвым и вульгарным. Он на мгновение почувствовал внутреннее противоречие. Может быть, пока что-нибудь очень тонкое и незаметное. Какой-нибудь символ. Цветок? Бабочка? Животное?

Китайский иероглиф — они красиво смотрятся. Один-единственный. Что он должен означать? «Возьми меня»? Он поиграл с этой идеей.

Он осознал, что возбуждён и тихонько держит себя рукой, пока смотрит на снимок. Это принесло ему некоторое облегчение, когда это осознал. Где-то в глубине сознания он испытывал беспокойство по поводу обеда с Брайаном и мыслей о том, что тот красивый мужчина. По крайней мере, я не становлюсь геем, — подумал он.

Продолжал размышлять. Она должна была быть его исполнившимся желанием. Но она была всего лишь картинкой. Где-то она, конечно, должна существовать по-настоящему — раз фотография была сделана.

А что если снимок подретушировали? Наверняка так и есть — никто не бывает настолько совершенным в реальности. Это стандартная практика в модных журналах и на постерах. Недостатки затушёвываются, тела и черты лица корректируются. Мы видим идеализированную выдумку, а не реальность. «Идеализированную!» — подумал он. Они ведь сказали, что она его идеал.

Если бы только она была настоящей!

Вот что должен означать иероглиф: «Настоящая». Какой бы китайский символ это ни обозначал. Вот здесь. Прямо здесь, на мягкой коже живота ближе к левому бедру. Совсем маленький. Как монограмма. Как желание. Настоящая.

Хочу, чтобы она была настоящей. Он закрыл глаза на мгновение и затаил дыхание. Он и правда хотел этого. Он произнёс это вслух.

— Хочу, чтобы она была настоящей.

Дерек посмотрел на её лицо. Девушка казалось довольной.

Глава 3. Странные наваждения

«Ни один человек не может долгое время быть двуликим: одним для себя, а другим для толпы, — в конце концов он сам перестанет понимать, какое лицо его истинное». — Натаниэль Готорн, «Алая буква»

Ему начинают сниться странные сны.

На фоне пробуждающихся новых интересов он наспех сочиняет историю.

— О, Ди! Я так скучал по тебе!

Они лежали в постели, сплетясь в объятиях. Их губы встретились, и он почувствовал ее горячий язык. Нежно целовал ее — едва касаясь, как перышком — в закрытые веки, в подбородок, в шею, в плечо, спускаясь ниже к груди. Она охотно поддавалась, предлагая себя для большего.

Он не помнил, чтобы девушка когда-либо была такой жаждущей или раскованной, даже когда они только поженились. Да и сам никогда не был столь пылок.

Когда ласкал ее грудь и брал соски в рот, осторожно посасывая их, он чувствовал собственные поцелуи, собственные ласки, тепло своего собственного языка. Всё слилось воедино, невозможно было разобрать, где чье. То ли он целовал Дайанну, то ли он сам был тем, кого целуют? В любом случае, от этих поцелуев он словно таял.

Затем возникло отчетливое ощущение, что он и есть Дайанна, а Дайанна — это он. Мужская версия Дайанны занималась с ним любовью с неистовой страстью. Пальцы любовника были возле его киски, дразняще близко, играли с волосами на лобке, блуждали, пытаясь найти ту самую нежную точку, которая жаждала прикосновения. Где она? Он не мог понять, но она была рядом, его любовник почти коснулся ее. Он ахнул, не в силах выносить это ожидание. Пальцы были мягкими, легкими как пух, дразнящими.

— Возьми меня, возьми меня сейчас! О боже! Ты нужен мне внутри, о, трахни меня, сейчас же!

Он проснулся. Проснулся в темноте. Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь пульсом в ушах, пенис был твердым от возбуждения, но сон уже ускользал.

Сон. Что это было? Ах да, он помнил, как ему снилось, что он с Дайанной. Они занимались любовью — чудесной любовью. А потом всё стало очень странно, и он превратился в Дайанну. Он не помнил, чтобы когда-либо прежде видел нечто подобное. Это воспоминание вернуло угасающую эрекцию. Он надеялся, что Дайанна действительно чувствовала себя так же, когда он занимался с ней любовью.

Предавался фантазиям о том, каково это — быть женщиной, быть объектом желания, стараясь подольше удержать этот сон. От этой мысли его пробирала дрожь. Gеревернулся и прижался к постели, представляя, что он — женщина сверху, сидящая верхом.

Кончил с тяжелыми вздохами, пытаясь вообразить, как его грудь держат и ласкают губами. Умиротворенный, он снова погрузился в сон.

Дерек проснулся рано, чувствуя себя посвежевшим, настроенным позитивно и решительно. Не стал готовить завтрак, а купил в пекарне липкую булочку и съел ее по дороге к станции.

Нельзя было терять ни минуты. После вчерашнего неудачного утра он был полон решимости прийти на работу пораньше и привести дела в порядок. Нужно составить списки и четко понимать, чем он занимается. Сегодня никаких профессиональных промахов.

Тщательно планировал свой день уже больше часа, когда начали появляться остальные. Когда коллеги наконец потянулись в офис, он вышел из своего кабинета и пристроился у кухонного уголка, куда люди заходили за чаем или кофе, и завел непринужденную беседу. Там было несколько адвокатов, но основную массу составляли помощники, стажеры и секретари. Обычно он безвылазно сидел у себя и просил кого-нибудь принести ему чашку крепкого кофе, но, просидев в четырех стенах так долго, он почувствовал потребность размять ноги. На самом деле ему не столько хотелось кофе, сколько дружеской компании.

Кое-кто поинтересовался, всё ли с ним в порядке, ведь вчера он ушел домой из-за недомогания. «Повезло мне работать в таком приятном коллективе», — подумал он. Дерек обнаружил, что многого не знает о

Порно библиотека 3iks.Me