ГЛАВА 4
«Разговор на кухне»
________________________________________
Катя влетела в дом где-то около трёх, бросила рюкзак прямо в прихожей и рухнула на стул на кухне с таким видом, будто её только что уволили с работы, лишили премии и выгнали на мороз. Алена как раз заканчивала третий отчёт за день и подняла глаза от ноутбука.
— Ты чего такая? — спросила она, отодвигая компьютер. — В школе что-то случилось?
Катя промолчала, уставившись в одну точку на стене. Алена присмотрелась внимательнее: дочь была красная, как рак, губы прикушены, пальцы теребят край футболки. Явно что-то стряслось.
— Кать, — Алена встала, подошла к дочери, села рядом. — Ну-ка рассказывай. Что стряслось?
— Мам... — Катя замялась, покосилась на дверь. — Только никому не говори, ладно?
— Обещаю.
— Там... ну... ко мне сегодня опять подкатывали.
Алена подняла бровь.
— Опять тот парень или та дефка? Парень, который из одиннадцатого?
— Не парень, — выдохнула Катя и зажмурилась, будто признавалась в страшном грехе. — Девушка. Из параллельного класса. Она уже второй раз ко мне лезет. Сегодня в столовой подошла, сказала, что я красивая, что у меня грудь... ну... короче, что она хочет меня поцеловать.
Алена молчала, переваривая. Катя открыла глаза, посмотрела на мать с каким-то отчаянием.
— Мам, я не знаю, что делать. Она мне вроде не противна, но я же не лесбиянка! Или... не знаю. Я вообще ничего не знаю.
Алена вздохнула. Положила руку дочери на колено — так, машинально, как делала всегда, когда хотела успокоить.
— Кать, ты же понимаешь, что в этом нет ничего страшного? Ну, в том, что тебе нравится девушка.
— Но мне не нравится! То есть... я не знаю, нравится или нет. Я никогда не пробовала.
— Вот именно, — Алена чуть сжала её колено. — Не пробовала. А как можно знать, не попробовав?
Катя уставилась на неё.
— Мам, ты серьёзно? Ты предлагаешь мне попробовать с ней?
— Я предлагаю тебе не загоняться. Если тебе интересно — почему бы и нет? В вашем возрасте все экспериментируют.
— А ты? — выпалила Катя. — Ты экспериментировала?
Алена замерла. Вопрос застал врасплох. Но врать дочери не хотелось.
— Было дело, — сказала она тихо. — В молодости.
Катя аж подскочила на стуле.
— Серьёзно? Мам, расскажи!
— Чего рассказывать-то? — Алена усмехнулась, но в глазах появилось что-то далёкое, мечтательное. — Училась я тогда в училище, на бухгалтера. Подружка у меня была, Ленка. Мы с ней дружили, везде вместе ходили. А потом как-то остались у неё ночевать, родители уехали. Ну и... слово за слово. Она первая начала. Сказала, что я красивая, что ей хочется меня поцеловать.
— И ты дала?
— Дала, — Алена улыбнулась. — Испугалась сначала, а потом понравилось. Мы потом ещё несколько раз встречались. Пока она замуж не вышла.
Катя слушала, раскрыв рот.
— И что вы делали?
— Кать, — Алена покраснела. — Ну как тебе сказать... Всё, что обычно делают девушки. Целовались, трогали друг друга. Я ей делала... ну, языком. И она мне.
— Охренеть, — выдохнула Катя. — Мам, ты реально охрененная.
— Не выражайся, — машинально сказала Алена, но беззлобно. — Лучше скажи: ты бы хотела попробовать?
Катя задумалась. Пальцы её снова затеребили край футболки.
— Не знаю. Наверное... да. Интересно же. Но с этой девчонкой... она какая-то навязчивая. Не хочется, чтоб из-за меня потом слухи пошли.
— А с кем бы хотела?
Катя подняла глаза на мать. И вдруг Алена поняла, что дочь смотрит на неё не так, как обычно. Не как на мать. Как-то иначе. Изучающе.
— Мам, — тихо спросила Катя. — А ты могла бы мне показать?
— Что показать?
— Ну... как целуются девушки. Чтоб я поняла, моё это или нет.
У Алены перехватило дыхание. Сердце забилось где-то в горле. Она посмотрела на дочь — на её пухлые губы, на огромные глаза, на вырез футболки, из которого выглядывала ложбинка между грудей. Такая же, как у неё самой. Моложе, свежее, но такая же.
— Кать, ты понимаешь, что я твоя мать? — спросила она осипшим голосом.
— Понимаю. А ещё понимаю, что ты самая красивая женщина, которую я знаю. И если уж пробовать с кем-то, то лучше с тобой. Ты не будешь надо мной смеяться.
Алена молчала. Внутри всё боролось: разум орал, что это полный пипец, что так нельзя, что это инцест, мать твою. А тело... тело уже текло. Соски затвердели так, что стало больно, а между ног запульсировало.
— Закрой глаза, — сказала она вдруг.
Катя послушно закрыла. Алена наклонилась к ней, чувствуя, как дрожат губы. Вдохнула её запах — молодой, свежий, с нотками духов и школьной столовой. И прикоснулась к её губам.
Сначала легко, едва касаясь. Потом чуть сильнее. Катя выдохнула ей в рот и чуть приоткрыла губы. Алена углубила поцелуй, провела языком по её нижней губе, потом проникла внутрь.
Катя застонала — тихо, удивлённо. Её руки сами собой поднялись, обхватили мать за плечи. Алена чувствовала, как дрожит дочь, как её язык неуверенно, но жадно отвечает на ласку. И от этого внутри всё горело огнём.
Поцелуй длился долго. Минуту, две, может, пять. Алена потеряла счёт времени. Она гладила дочь по спине, по плечам, и вдруг рука сама скользнула ниже, под футболку. Кожа Кати была горячей, бархатистой. Алена провела пальцами по животу, выше, к груди.
Катя выгнулась, когда мать накрыла ладонью её грудь. Сжала, чуть грубовато, и Катя застонала громче, прямо в поцелуй. Сосок под
Порно библиотека 3iks.Me
461
10.03.2026
|
|