Володя наклонился, целуя её спину, лопатки, затылок, не прекращая движений. Одна его рука сжимала её бедро, другая — грудь, сминая тугую плоть.
Лера уже не сдерживалась — стонала громко, в голос, выкрикивая что-то неразборчивое. Её тело жило своей жизнью, подстраиваясь под его ритм, и это было завораживающе — видеть, как она тает, как отдаётся полностью, без остатка.
Мне жутко захотелось секса. Весь вечер я больше наблюдал, чем участвовал, и сейчас, глядя на то, как Володя вбивается в Леру, как её тело вздрагивает при каждом толчке, я чувствовал, что больше не могу оставаться в стороне. Член стоял твёрдо, пульсировал, требуя внимания.
Но Алёна... она всё ещё лежала на ковре в полной прострации, раскинув руки, тяжело дыша. Тёмные волосы разметались по полу, грудь вздымалась, глаза закрыты. Она была где-то далеко, в том сладком забытьи, которое бывает после сильного оргазма. От неё пока не было толку — ни через минуту, ни через пять.
Я поднялся с дивана, скинул с члена презерватив, перешагнул через Алёну и забрался на кровать.
Устроился поудобнее, сев на ягодицы, раздвинул ноги и пододвинулся ближе к тому месту, где Лера стояла на четвереньках, принимая Володю. Член оказался прямо перед её лицом — в нескольких сантиметрах от губ, на уровне, удобном для неё.
Она не могла не заметить. Лера подняла глаза, встретилась со мной взглядом. В её карих глазах мелькнуло понимание — и азарт, тот самый, который не раз уже вспыхивал сегодня. Она поняла без слов, без жестов. Просто увидела и кивнула, чуть заметно, одними ресницами.
И в тот же миг, в такт движениям Володи, который размеренно вбивался в её попку, Лера потянулась ко мне. Каждый толчок Володи отдавался в её теле, и она использовала этот ритм. Вперёд — и её губы касались моей головки, назад — отстранялись. Раз, другой, третий. Она словно примеривалась, настраивалась, входила в ритм.
Потом, поймав момент, взяла член в рот. Глубоко, сразу, без раскачки. И в ту же секунду Володя вошёл в неё до упора. Синхронность была идеальной — когда он вбивался в её анус, Лера насаживалась ртом на меня. Ритм, который он задавал, стал ритмом для нас троих.
Я чувствовал, как её язык скользит по стволу в такт толчкам, как губы сжимаются, отпускают, снова сжимаются. Каждый раз, когда Володя входил глубоко, Лера замирала с моим членом во рту, и вибрация её стона отдавалась по всей длине. Когда он выходил, она выпускала меня почти полностью, обводя головку языком по кругу, дразня, заставляя ждать следующего толчка.
Я откинулся назад, опираясь на свободную руку, и смотрел на это сверху вниз. Её каштановые кудри разметались по моим бёдрам, попа подрагивала в такт каждому толчку Володи, каблуки торчали вверх, икры напряжены. Она работала ртом в одном ритме с его членом, и это было за гранью реальности — такая слаженность, такая синхронность, будто мы репетировали это сотни раз.
Влажные звуки, её приглушённые стоны, тяжёлое дыхание Володи — всё смешалось в одну пьянящую симфонию. Я запустил пальцы в её волосы, не направляя, просто чувствуя, как они скользят между пальцев, как она двигается в этом ритме, созданном для троих.
Алёна, всё ещё лежащая на ковре, приподняла голову и смотрела на нас. В её тёмных глазах разгорался знакомый огонь — она приходила в себя, и я знал, что скоро она присоединится. Но пока был только этот ритм, эти движения, эта ночь, которая никак не хотела заканчиваться.
Ритм нарастал с каждой секундой, затягивая нас всех в этот бешеный, слаженный водоворот. Володя двигался всё быстрее, глубже, входя в Леру до самого основания, и каждый его толчок отдавался в моём члене её губами. Она работала синхронно, не сбиваясь ни на мгновение — будто мы были единым механизмом, где каждое движение Володи задавало ритм для нас двоих. Я чувствовал, как её язык скользит по стволу в такт его толчкам, как губы сжимаются, отпускают, снова сжимаются, как она замирает на секунду, когда он входит особенно глубоко, и вибрация её стона отдаётся по всей длине.
Напряжение внутри поднималось медленно, но неумолимо, как волна, которая набирает силу где-то в глубине, чтобы потом обрушиться. Я чувствовал, как пульс отдаёт в пах, как яйца поджимаются, как член твердеет до предела. Я уже собирался перейти к Алёне — она сидела на ковре, приходя в себя, и в её глазах разгорался знакомый огонёк, — но вдруг понял, что не могу. Не могу оторваться от Леры. От её губ, от её языка, от этого ритма, который стал моим дыханием. Я был на грани, и каждая секунда приближала этот момент.
Володя зарычал, ускоряясь до предела. Его толчки стали резче, глубже, почти неистовыми, и Лера застонала громче, не выпуская меня изо рта. Её стоны вибрировали на моём члене, отдаваясь по всему телу. Я понял, что больше не могу сдерживаться.
— Оооой, — выдохнул я хрипло, сжимая пальцы в её волосах.
Она поняла. Глубже взяла член в рот, почти до самого горла, и замерла в ожидании. Володя в тот же миг вошёл в неё до упора, зарычав, и я почувствовал, как его толчки в её попе стали судорожными, как он кончает в презерватив, содрогаясь всем телом.
И в ту же секунду волна накрыла меня.
Всё внутри словно разжалось, отпустило, и горячее, густое освобождение хлынуло наружу — прямо в горло Лере. Я чувствовал, как
Порно библиотека 3iks.Me
1840
10.03.2026
|
|