по коже сразу побежала горячая волна.
— Ты уже знаешь, что делать с летом? — спросил он тихо.
— Нет, — призналась я.
Он улыбнулся.
И в следующую секунду попытался притянуть меня к себе.
Я чуть отстранилась, наблюдая за его реакцией...
Словно лето в нём не умело ждать.
Я без осторожности, без стеснения скинула платье и шагнула в его объятия.
Его руки заскользили по телу - не прося, не пробуя, а требуя... настаивая.
Он не исследовал - он брал... своё.
Развернул меня спиной к себе и прижался всем телом, давая понять, какой огонь его сжигает... и дороги назад нет - ни для него, ни для меня.
Не резко, но настойчиво он наклонил меня вперёд и опустил на колени.
Трава коснулась лица, в носу защекотало...
Его пальцы властно скользнули между моих бёдер и коснулись разгорячённых губ.
Раздвинули их и утонули во мне.
Лёгкий, едва уловимый стон сорвался с моих уст - долгий, протяжный.
— Горячая... живая...
Моя! Сейчас... моя!
Тепло от его пальцев растекалось медленно, но неумолимо.
Я выгибала спину, словно кошка под рукой любимого хозяина.
Стоны стали ритмичными и растекались по поляне в унисон с его неутомимыми пальцами, разжигающими во мне пламя.
— Не молчи.
Я хочу слышать тебя. Пусть все слышат.
Дыхания почти не было, и мне казалось, что я задохнусь...
Трава шуршала под нами.
Ночь стала густой и терпкой.
— Молю тебя... позволь мне!
Я чувствовала, как внутри поднимается жар - тот самый, который приходит в середине лета, когда земля уже не может удерживать тепло.
Он рвётся наружу... не зная жалости, не зная пощады...
Клокочет, бьётся, разрывает...
Дикий, первобытный вопль рассёк ночь.
Я не контролировала себя...
Да и к чёрту всё! К чёрту!
Я живая!
Он наклонился к моему уху.
— Вот так, — прошептал он. — Лето любит тех, кто не боится гореть.
И в этот момент я действительно чувствовала это.
Где-то за деревьями тихо треснуло полено в костре.
Но сейчас мир сузился до дыхания.
До пульса, который бился в висках.
Когда всё наконец стихло, я лежала в высокой траве и смотрела на звёзды.
Июль провёл пальцами по моей руке и тихо сказал:
— Теперь ты знаешь.
Я повернула голову.
— Что?
Он улыбнулся.
— Что значит настоящее лето.
А где-то в лесу всё ещё горел костёр.
И ночь продолжалась.
<>
Пламя костра стало мягче.
Ночь словно насытилась теплом.
Я ещё чувствовала на коже дыхание июля, когда из круга поднялся следующий мужчина.
Август.
В нём не было июльской стремительности.
Он был спокойнее.
Как тёплый вечер, когда солнце уже садится, но земля всё ещё хранит жар дня.
Его прикосновения были медленными, уверенными.
Он наслаждался процессом.
С Августом всё было полно.
Полно дыхания.
Полно тепла.
Полно жизни.
И, растворяясь в его объятиях, мне вдруг показалось, что внутри меня стало так же спокойно и тепло, как в конце длинного летнего дня.
Сентябрь подошёл ко мне сам.
В его движениях была тихая уверенность зрелого человека.
Он ничего не спрашивал.
Только посмотрел в глаза - долго, внимательно.
И этого оказалось достаточно.
С ним всё было иначе.
Спокойнее.
Его поцелуи были медленными, вдумчивыми, словно он не спешил никуда - и позволял мне прочувствовать каждое прикосновение.
Сентябрь не зажигал огонь.
Он учил меня слушать его тепло.
Октябрь был тише всех.
Он долго сидел у костра, прежде чем подняться.
Когда он подошёл ко мне, в его взгляде было что-то тёмное и притягательное, как вечерний лес.
Мы ушли в сторону, где ветер шевелил сухую траву.
С ним было не жарко, как летом.
Но сильнее.
Его руки держали меня крепче, и в этом была странная, почти гипнотическая сила.
Я понимала, что начинаю доверять этой темноте так же, как доверяла летнему свету.
Ноябрь молчал.
Он подошёл ко мне тихо, как приходит холодный ветер перед зимой.
Но в его прикосновениях не было холода.
Наоборот - они были приятно тёплыми.
Словно последним огнём перед долгой ночью.
Мы стояли совсем близко к костру, и свет пламени ложился на его лицо.
Он провёл ладонью по моей щеке и тихо сказал:
— Ночь подходит к концу.
Я смотрела на него.
И понимала, что это правда.
Костёр всё ещё горел.
Но где-то далеко за лесом уже начиналось утро.
<>
В январе было что-то прозрачное, почти холодное - но не отталкивающее.
Скорее как воздух морозного утра, который сначала обжигает, а потом наполняет лёгкие чистотой.
Февраль улыбнулся почти мальчишески.
— Зима ещё не закончилась, — сказал он, — но она уже знает, что проиграла.
С ним всё было быстрым и живым, как ветер в конце зимы.
Словно в воздухе уже чувствовался запах будущей весны.
Круг почти замкнулся.
Почти...
<>
Я стояла у костра. Больше никто не поднимался со своего места.
Пламя тихо потрескивало, бросая на снег мягкие отблески.
И только тогда медленно встал он.
Декабрь.
Он не спешил.
Как будто время в эту минуту принадлежало только ему.
Остальные месяцы молчали.
Даже ветер будто притих, когда он сделал несколько шагов к огню.
Я смотрела на него и чувствовала странное спокойствие.
Не тревогу.
Не ожидание.
Спокойствие.
Он остановился напротив меня.
Долго смотрел в глаза - так внимательно, словно видел не только меня, но и всё, что произошло этой ночью.
— Теперь круг действительно замкнулся, — сказал он.
— И что теперь? — спросила я.
Он слегка улыбнулся.
— Теперь ты понимаешь, зачем пришла сюда.
Я не ответила.
Но он, кажется, и не ждал ответа.
Декабрь протянул мне руку.
Его ладонь была тёплой - неожиданно тёплой для человека зимы.
Вокруг костра всё стало тихо.
Остальные месяцы не двигались, но я чувствовала их взгляды.
Не любопытные.
Не оценивающие.
Скорее внимательные.
Они тоже ждали этого момента.
Декабрь чуть наклонил голову.
— Ты изменилась, — сказал он спокойно.
Я улыбнулась.
Он медленно провёл пальцами по моей ладони, словно проверяя, настоящая ли я.
Сделал шаг ближе.
— Весна разбудила тебя.
Лето научило гореть.
Осень показала глубину.
Он на секунду замолчал.
Огонь тихо треснул за его спиной.
— А зима, — сказал он негромко, — учит владеть собой.
Я смотрела на него
Порно библиотека 3iks.Me
357
10.03.2026
|
|