Две сестры- Читать онлайн

видом усталой, непонятой заботы, который умела включать так убедительно.

— А у меня... у меня хоть и грязь, да своя. Привычная. Я в ней как в старых тапочках. — Она покачала головой. — А ты... ты ходишь по краю, сама того не зная. Один толчок — и полетишь вниз. И разобьёшься. А я... я же сестра. Я не могу на это смотреть.

Света наклонилась, подняла тот самый фантик, который бросила. Аккуратно, двумя пальцами, положила его в пепельницу. Фантик, липкий и мятый, остался лежать на донышке — маленький ядовитый цветок.

— Поэтому я тебе помогу. Не словом — делом. — Она посмотрела Вале прямо в глаза. Ни угрозы. Тяжёлая, неподдельная уверенность в своей правоте. — Ты поедешь в этот отпуск. И ты там... увидишь другую жизнь. Не такую, как моя, нет. Но... без этих стеклянных стен. Где можно дышать. Где можно ошибаться. И где за ошибку не осудят на всю оставшуюся жизнь. Я просто покажу тебе дверь. А войдёшь ты в неё сама. Или не войдёшь.

Она взяла своё пальто, накинула на плечи.

— И не бойся. Я же с тобой буду. Чтобы, если что... подхватить. — На губах дрогнула не улыбка, а её бледная тень. — Спи спокойно, сестрёнка. И готовься к путешествию. Обещаю, скучно не будет.

Света уже взялась за ручку двери, но вдруг остановилась. Медленно повернула голову и посмотрела на дверь спальни, где только что скрылся Володя. Потом перевела взгляд на комод — туда, где стояла фотография: Володя с Владиком на руках, смешные, счастливые. Смотрела долго, секунд пять. В глазах мелькнуло что-то быстрое, неуловимое. Не боль — зависть? Тоска?

— Хороший у тебя мужик, — сказала тихо, будто себе. — Спокойный. Надёжный.

— Ты же его всегда недолюбливала, — удивилась Валя.

Света усмехнулась, но усмешка вышла кривой.

— Я вообще никого не люблю, сестрёнка. Ты же знаешь.

Она резко отвернулась, накинула пальто и, уже выходя, провела рукой по Володиной куртке, висевшей на вешалке. Жест странный, будто примерялась. Будто проверяла, её ли это место.

Дверь закрылась за ней мягко, почти бесшумно.

Валя стояла посреди гостиной, глядя на пустую пепельницу, куда лёг жёлтый фантик. В комнате ещё витал запах «Красной Москвы» — приторный, липкий, чужой. Она вдруг поймала себя на том, что прислушивается к этому запаху, пытается уловить его исчезающие ноты, и тут же одёрнула себя. Слова Светы висели в воздухе, странно перевернув всё с ног на голову. Валя ждала слёз, крика, хлопанья дверью — привычной драмы. Вместо этого получила... диагноз. И обещание помощи. От которого по спине пробежал холодок — не страх, а что-то другое, похожее на предвкушение.

Володя зашёл, зевая, в расстёгнутой рубашке.

— Ну что, опять Светка нервы трепала? — спросил он, глядя на неё усталыми, добрыми глазами. — Не обращай внимания. Она же всегда такая. Неустроенная.

Валя посмотрела на него. На его доброе, знакомое, чуть обвисшее лицо. На подтяжки, которые она стирала раз в неделю. И впервые подумала не с нежностью, а с внезапной, острой тоской, от которой сжалось горло: *«Он прав. Он действительно засыпает, не дослушав. А я... А я что делаю? Я просто жду. Жду чего?»*

— Да, — тихо сказала она, отвечая ему и себе одновременно. — Всегда такая.

Она подошла к пепельнице, взяла фантик. Бумага была липкой, холодной, всё ещё пахла шоколадом и чужими пальцами. Валя сжала его в кулаке — липкая поверхность пристала к коже.

— Кажется, эта поездка мне и правда нужна, — сказала она, скорее себе, чем ему.

Она понесла фантик к урне, но на полпути остановилась, разжала пальцы и снова посмотрела на него. Потом, словно решившись, сунула в карман халата. Сама не зная зачем.

А чемодан в прихожей стоял теперь не как упрёк, а как молчаливый соучастник. В него были упакованы не только простыни и тушёнка. В него, сама того не зная, Валя уже начала укладывать свою старую жизнь, аккуратными рядами, как тетради в школьном шкафу. Чтобы освободить место для обещанного «путешествия».

Ночью, лёжа в постели, она долго не могла уснуть. Ворочалась, слушала ровное дыхание Володи и всё думала о словах Светы. О «белом платье» и о «пятне». О том, что будет, если это пятно действительно появится. И странное дело — эта мысль не пугала, а томила, разливалась внизу живота тягучим, непонятным теплом. Валя закусила губу, запрещая себе думать об этом, но тело уже откликнулось — слабой, предательской пульсацией, от которой стало стыдно и сладко одновременно. Там, глубоко, где-то в самой утробе, в ответ на одну только мысль о пятне что-то коротко и влажно дрогнуло. Всего лишь дрогнуло — но этого хватило, чтобы стало страшно.

Она заставила себя думать о Владике, о школе, о завтрашней дороге. Но образ — белое платье, на котором расползается тёмное пятно, — не уходил. И запах «Красной Москвы», въевшийся в память, казалось, снова плыл в воздухе, обещая что-то, чему она не смела дать имени.

Порно библиотека 3iks.Me