Часть 12. Женщина-Кошка
— Её зовут Кира, и она немножко... особенная, — проговорила Инга, понижая голос до заговорщического шёпота. — Вы даже не представляете. У неё дома целая коллекция... игрушек. Настоящий музей эротического искусства. И она обожает, когда её снимают в образе кошки. Кошка — это её второе я, понимаете? Она постоянно живет в образе кошки.
— В образе кошки? — переспросила Маша, чувствуя, как любопытство щекочет изнутри, заставляя её промежность увлажняться при одном только воображении.
— Представь: голая, на четвереньках, с хвостом и ушками. И она не просто позирует — она реально этим живёт. Мурлычет, трётся, играет с игрушками... с самыми разными игрушками. Вы должны это увидеть. Она ждёт нас с нетерпением.
Маша, Сергей и Инга подъехали к старому двухэтажному дому в центре города — с лепниной на фасаде, высокими окнами и чугунной калиткой, за которой виднелся запущенный, но очень уютный сад, полный цветущих душистых кустов. Дом был разбит на четыре квартиры, квартира Киры располагалась на первом этаже.
— Это здесь, — Инга нажала кнопку звонка, и в глубине дома раздалось мелодичное мурлыканье — так звонок был настроен на кошачье мяуканье.
Дверь открылась, и на пороге появилась женщина, от которой невозможно было отвести взгляд. Лет сорока пяти, с короткими пепельными волосами, торчащими в разные стороны, как у взъерошенной, только что проснувшейся кошки, и огромными зелёными глазами, в которых горел озорной, чуть безумный, но невероятно притягательный огонёк. Одета она была в длинный шёлковый халат цвета тёмного изумруда, распахнутый ровно настолько, чтобы видеть начало глубокого декольте и край кружевного чулка на стройной, точеной ноге.
— Ко мне гости! — воскликнула она, и в голосе её послышалось довольное, сытое мурлыканье. — Заходите, мои хорошие. Я так ждала. Так долго ждала.
Они вошли в прихожую, и сразу стало понятно — здесь живёт необычный человек, для которого грань между реальностью и фантазией давно стёрлась. Стены были увешаны фотографиями кошек — больших и маленьких, пушистых и гладких, чёрных и рыжих, в самых разных позах и ракурсах. На полках стояли статуэтки кошек из фарфора, бронзы, дерева, кошачьи маски из папье-маше и перьев, а в углу, на специальной подставке из красного дерева, красовался настоящий кошачий хвост — пушистый, рыжий, с кожаным ошейником, усыпанным стразами.
— Это моя маленькая слабость, — Кира перехватила взгляд Маши, задержавшийся на хвосте. — Обожаю кошек. Их грацию, их независимость, их чувственность. И сама немножко кошка. — Она потянулась, выгнув спину с невероятной, почти акробатической грацией, и халат распахнулся ещё шире, открывая стройное, подтянутое тело, покрытое лёгкой сеткой морщинок, которые делали женщину ещё более привлекательной, живой, настоящей.
— Проходите в гостиную, — она повела рукой, и шёлк взметнулся, открывая на мгновение гладкий, без единого волоска лобок, под которым уже угадывались влажные, ждущие складки. — Там у меня всё готово.
Гостиная оказалась огромной, с высокими лепными потолками и огромным окном во всю стену, за которым уже начинал сгущаться сиреневый, таинственный сумрак. Но главное было не в окне. Вдоль стен, на низких столиках, этажерках и специальных стеллажах из тёмного дерева, были разложены... игрушки. Десятки, сотни игрушек. Они занимали целые полки, стояли в открытых шкатулках, обтянутых бархатом, свисали с крючков, словно в оружейной комнате какого-то фантастического музея эротики.
— Охренеть, — выдохнула Маша, обводя взглядом это изобилие. Её рука невольно легла на бедро, пальцы чуть сжались.
— Это моя коллекция, — Кира обвела рукой своё богатство с гордостью заправского коллекционера. — Собирала много лет, с самого совершеннолетия. Каждая игрушка — как ребёнок. У каждой своя история, своя душа, свой характер, своё имя. Некоторые я привозила из путешествий — из Парижа, Токио, Амстердама, Нью-Йорка. Некоторые заказывала у мастеров, которые делают их вручную, как произведения искусства. Есть даже антикварные — представляете, вибраторы начала двадцатого века, которые приводились в движение заводным механизмом, как шарманка.
Она подошла к столику, на котором под стеклянным колпаком лежала изящная вещица из слоновой кости с потускневшим металлом.
— Вот этот, например, — она взяла в руки длинный, изогнутый вибратор перламутрового цвета, который переливался в свете ламп всеми цветами радуги. — Его я привезла из Парижа, из маленького секс-шопа на Монмартре, который существует ещё с девятнадцатого века. Продавщица, сказала, что его делают вручную из медицинского силикона по специальным технологиям и покрывают настоящим перламутром. Он умеет делать так...
Она включила его, и вибратор зажужжал, затанцевал в её руке, мягко, но настойчиво, меняя интенсивность вибрации и издавая тихий, мелодичный, почти музыкальный звук. Кира провела им по своей щеке, по шее, и халат соскользнул с плеча, открывая грудь — небольшую, но очень красивую, с тёмными, уже напрягшимися сосками. Она провела вибратором по соску, и тот затвердел ещё сильнее, вытянувшись, а Кира чуть слышно, но очень выразительно вздохнула, прикрыв глаза.
— А этот, — она отложила перламутровый и взяла другой, чёрный, матовый, с раздвоенным концом, который напоминал двух переплетённых в вечном танце змей, — для особых случаев. Я называю его "Дракон" – мне привези из Шанхая. Он умеет ласкать сразу две точки. Хотите, покажу?
Маша, Сергей и Инга замерли, заворожённые этим представлением. Кира, не дожидаясь ответа, одним плавным движением сбросила халат окончательно и осталась совершенно голой, в одних чулках на кружевном поясе. Тело у неё было удивительное — стройное, гибкое, с узкой талией и округлыми, очень женственными бёдрами. Лобок был гладко выбрит,
Порно библиотека 3iks.Me
697
16.03.2026
|
|