мои бедра. Вот здесь, — она провела его пальцами по внутренней стороне бедра, медленно, с нажимом, — и вот здесь. Круговыми движениями. Не спеши. Дай коже разогреться.
Кирилл начал массировать. Медленно, неуверенно, чувствуя под пальцами твердые, как камень, мышцы, покрытые гладкой горячей кожей. Он водил ладонями по внутренней поверхности бедер, ближе к коленям, потом выше, к самому сокровенному. Ася направляла его руки, показывая, где нужно нажимать сильнее, где — ослаблять давление.
— Хорошо, — выдохнула она. — Очень хорошо. Теперь чуть выше.
Его пальцы коснулись складок, влажных, горячих, пульсирующих. Ася тихо застонала, прикусив губу. Кирилл провел по ним подушечками, чувствуя, как они раздвигаются под его прикосновением.
Он массировал самые интимные места — медленно, аккуратно, боясь сделать больно. Но Ася только постанывала, выгибаясь навстречу его рукам. Под его пальцами все становилось мокрым, скользким, невероятно горячим.
— Не останавливайся, — прошептала она. — Продолжай.
Он водил пальцами по складочкам, раздвигал их, гладил, чувствуя, как они набухают, становятся чувствительнее с каждым касанием. Клитор начал расти — медленно, но верно, выходя из своей складки, превращаясь в большую, очень заметную кнопку.
Ася открыла глаза и посмотрела на него.
— Помнишь, были такие шарики — жвачка? — спросила она с улыбкой. — В автоматах продавали. Вот он мне иногда его напоминает.
Она взяла его руку и поднесла к своему лицу. Осмотрела пальцы.
— Так-так. Ногти подстрижены. Шикардос.
Она посмотрела ему в глаза.
— Ты "Человека-паука" смотрел?
Кирилл моргнул, не понимая, к чему она клонит.
— Человека-паука?
— Ну да, — Ася усмехнулась. — Где парень стал стрелять белой жижей с помощью рук. Но это назвали паутиной, чтобы не смущать аудиторию.
Она хихикнула.
— Там все показано правильно. Сделай руками жест паука.
Кирилл тупо сложил пальцы в "козу" — средний и безымянный прижаты к ладони, указательный и мизинец торчат.
Ася томно кивнула.
— Теперь. Вставь мне средний и безымянный палец. И начинай массировать. Как в кино, что ты смотришь по ночам.
Кирилл вставил.
Сначала медленно — только кончики пальцев, чтобы привыкнуть. Ася выдохнула, расслабляясь. Он чувствовал мышцы — тренированные, сильные, сжимающие его пальцы с какой-то нечеловеческой силой. И текстуру — безумно приятную, бархатистую, горячую, как расплавленный воск.
Ася застонала — низко, глубоко.
— Чтобы ты знал, — прошептала она, — моя вагина изнутри и мои щеки — одна и та же ткань. Так устроено природой.
Кирилл начал двигать пальцами. Медленно. Внутрь — наружу. Внутрь — наружу. Ася дышала в такт, ее груди вздымались, металлические штанги в сосках блестели в лунном свете.
— Поэтому... — Ася высунула язык, — поэтому поцелуй считается таким интимным. Ты лезешь языком в самое важное место.
Кирилл ускорился. Совсем чуть-чуть. Ася одобрительно мыкнула.
Он нашел какой-то ритм — может, подсказанный инстинктом, может, ее дыханием. Пальцы входили глубже, скользили по внутренним стенкам, находили шероховатости и давили на них. Ася вздрагивала при каждом таком нажатии.
— Да... — выдохнула она. — Вот тут... еще...
Он ускорился еще. Теперь пальцы работали быстрее, входя и выходя с четким ритмом. Ася начала постанывать громче — низкие, грудные звуки, от которых у Кирилла мурашки бежали по коже.
Грудь Аси колыхалась в такт его движениям. Мышцы живота напряглись, обозначая каждый кубик пресса. Она выгибалась на кровати, подаваясь навстречу его руке.
— О-хо-хо... — простонала она. — Ты способный ученик. Быстрее. Ускоряйся. Сделай мне хорошо.
Кирилл ускорился еще. Пальцы летали внутри нее, сминая, раздвигая, нажимая. Он чувствовал, как ее тело начинает дрожать — мелкая, едва заметная дрожь, предвестник бури.
Свободной рукой она взяла его вторую руку и положила себе выше лобка. На самый низ живота, прямо над тем местом, где работали его пальцы.
— Прижми тут, — шепнула она. — Сильнее. Так приятнее. Намного.
Кирилл надавил. Ладонь легла на горячую кожу, чувствуя, как под ней перекатываются мышцы, как напрягается пресс.
У Аси закатились глаза.
Он ускорился еще. И еще. Пальцы работали внутри нее с бешеной скоростью, нажимали на какие-то точки, которые заставляли ее тело выгибаться дугой. Влага текла по его руке, заливая запястье. Звуки, которые издавала Ася, были уже не стонами — это было что-то первобытное, животное, нечеловеческое.
И тут у него начало жечь предплечье. Мышцы устали от бешеного ритма, от напряжения. Кирилл понял, что долго не продержится. Еще минута — и он просто выдохнется.
И вспомнил.
Тот трюк, что она сделала с ним в этом номере. Когда остановилась на самом краю. Когда сжалась так, что он потерял сознание.
Кирилл резко остановился.
Вытащил руку. Мокрую, блестящую, дрожащую от напряжения.
Ася открыла глаза. В них было недоумение, смешанное с чем-то еще — обидой? Разочарованием? И почти сразу — пониманием.
Кирилл смотрел прямо в ее глаза. И молчал.
Она поняла.
— Не надо, — прошептала она, но тело ее уже напряглось в предвкушении. Мышцы живота сократились. Груди поднялись. Она знала, что будет дальше. И боялась. И хотела.
Кирилл ответил ей взглядом. Без слов. Одними глазами.
Нет.
И ударил.
Ребром ладони — не сильно, но точно, со знанием дела — по набухшему, торчащему клитору. И зажал ей рот второй рукой.
Ася взорвалась.
Она билась в экстазе — тело дергалось, выгибалось, мышцы ходили ходуном под кожей. Спазмы шли волнами — одна, вторая, третья, бесконечные, как морской прибой. Брызги из вагины летели в разные стороны, заливая его руку, кровать, простыни. Пот выступил по всему телу, заставляя кожу блестеть, как после тренировки.
Она закричала бы — но его рука зажимала ей рот. Крик превратился в приглушенный, вибрирующий стон, который чувствовался каждой клеткой его тела.
А потом она
Порно библиотека 3iks.Me
304
17.03.2026
|
|