Съёмка- Читать онлайн

требуется.

Её правая рука сжалась вокруг его члена. Начала двигаться, без ритма, обрывисто, оттягивая кожу.

Ван зажмурился. Бёдра дёрнулись вперёд.

Её пальцы сжались сильнее, кожа натянулась, вены вздулись.

Ван снова поцеловал её соскок, уже не так нежно. Он был голоден. В конце концов он сорвал бюстгальтер и отбросил его к платью. Сокха по-кошачьи выгнулась. На бронзовой коже проступил рельеф рёбер.

— Мам... — начал он на кхмерском, — уже почти всё... осталось немного... давай просто сделаем это быстро, и всё закончится...

Её взгляд — затравленный, мокрый. Она посмотрела сначала на его лицо, потом ниже — на стоящий, блестящий член, сжатый в её руке. Её голова медленно опустилась, он давил на неё, положив ладонь ей на затылок.

Член ударил в плотно сжатые губы. Её ноздри дрогнули. Запах — смесь пота и лёгкой солоноватой сырости. Она инстинктивно сморщила нос, губы дёрнулись в гримасе отвращения. Она коротко мотнула головой. Но он продолжал давить.

Словно во сне, она сползла с дивана, стала перед ним на колени.

Ван раздвинул ноги. Член качнулся п ударил её по щеке. Она замерла. Нос снова сморщился. Ей хотелось отвернуться, зажать рот ладонью.

В последний раз она видела его член лет десять назад. Случайно, на пляже.

Она нехотя открыла рот. Головка коснулась нижней губы. Слизистая была горячей и липкой. Дёрнулась назад, но Ван мягко придержал её, собрал волосы в кулак.

Губы неплотно сомкнулись вокруг головки. Язык инстинктивно отодвинулся назад, к нёбу, словно пытаясь спрятаться, дать место. Вкус — чуть горьковатый, приторный. Щёки втянулись.

Ван тихо застонал — даже не от удовольствия, а от облегчения, что она всё-таки сделала это. Бёдра приподнялись ей навстречу.

Из её горла вылетел влажный хрип. Руки упёрлись в край дивана, пальцы вжались.

Она старалась абстрагироваться. Глаза закрыты, мысли где-то далеко: кухня дома, запах риса, Ван ещё ребенок, спит у неё на груди... только не здесь, не сейчас, не это.

Слюна скапливалась во рту быстрее, чем она успевала проглатывать. Член скользил по языку — неровно, дёрганно. Она не сосала — просто держала во рту, позволяя ему двигаться. Голова чуть наклонялась вперёд-назад под давлением его руки. Иногда зубы случайно цепляли кожу.

Он ускорился. Головка врезалась в нёбо. Из глаз прыснули слёзы, они тянулись тонкими струйками, смешивались со слюной, стекая по подбородку.

Вдруг Ван напрягся. Мышцы таза свело.

Он кончил — резкими, короткими толчками. Первая струя ударила ей в горло. Она закашлялась, но он не успел вытащить — вторая и третья попали на язык, на губы. Она сглотнула — рефлекс.

Член выскользнул. Сокха тут же отвернулась, согнулась, упёрлась ладонями в пол. Дышала тяжело, прерывисто, сплёвывала на пол то, что ещё оставалось во рту.

Европеец молча кивнул.

— Хорошо. Перерыв пять минут. Потом продолжим.

Она разозлилась. Почему он не остановился? Разве он не мог действовать нежнее? Она сама виновата, сама согласилась... Надо было найти другой вход, но деньги были слишком большими, чтобы отказать. Такой шанс бывает раз в жизни.

Ван смотрел на маму и не мог поверить. Неужели это произошло? Казалось, это сон. Но нет, он не спит. Ему стало жалко ее. Он не понимал, что делает, его тело предало разум. Руки стали жесткими, бесчувственными, глаза не видели матери, они смотрели на женщину, а теперь... Он увидел. Понял, что сделал. В его фантазиях все было иначе. Он думал, что ей понравится, что она саму будет хотеть этого... но теперь, видя, как мама согнулась в его ногах, сплевывая его сперму, как ей мерзко все это делать, он почувствовал себя чудовищем.

Форд предложил напитки и перекусить. Они отказались.

Сокха ушла в ванную. Дверь закрыта на задвижку, из-за двери бьет вода.

— Что, парень, понравилось? — усмехнулся европеец.

Ван опустил голову, уставился в пол. Член обмяк. Руки безвольно лежали на острых коленях — и вдруг задрожали. Он хотел подойти к ней, извинится, но останавливал этот порыв, опасаясь лишь заострить чувства, сделать больнее. Надо ждать, перетерпеть.

Перерыв тянулся медленно. Больше никто не говорил. Европеец сидел в кресле, лениво листая что-то на телефоне, иногда бросая короткие взгляды на парня.

Наконец, дверь ванной щёлкнула. Сокха вышла. Волосы мокрые у висков, лицо бледное. Прошла к дивану и села на самый край, как можно дальше от Вана.

Европеец отложил телефон.

— Всё нормально?

Сокха коротко кивнула.

Он встал, подошёл к маленькому столику в углу, где стоял пластиковый графин и несколько стаканов. Налил воды, протянул ей стакан.

— Попей. Горло, наверное, пересохло.

Она взяла стакан обеими руками. Сделала маленький глоток, потом ещё один.

Европеец полез в карман пёстрой рубашки, достал маленькую белую таблетку — обычную, без маркировки.

— На всякий случай, — сказал он, кладя таблетку ей на ладонь. — Это противозачаточное.

Ван перевел.

Она поднесла таблетку ко рту, положила на язык. Горло болезненно сжалось

— Вторая часть будет проще. Главное — расслабьтесь.

Ван украдкой взглянул на мать. Она смотрела куда-то в угол, в стык стен.

— Сокха, ложись на спину и раздвинь ноги. Ван будет лизать.

Трусики предательски влажные. Она стянула их вниз. Медленно растянулась, голова упала на подушку, ноги раскрылись ровно настолько, чтобы можно было работать. Руки лежали вдоль тела.

Ван подполз к ней. Голова оказался ровно между её ног. Он замер. Запах — был горьковатый, с легким приторным оттенком.

— Начинай.

Ван наклонился. Сначала просто коснулся губами внутренней стороны бедра. Потом провёл языком вверх, по складке. Сокха вздрогнула — коротко, всем телом. Мышцы живота напряглись.

Он добрался до клитора. Маленький, набухший. Язык коснулся его — легко, почти неощутимо. Сокха

Порно библиотека 3iks.Me