Молчунья. Часть 3- Читать онлайн

на кушетку. Нужно ими болтать или как?

После недолгой поездки папа заводит меня в кабинет с длинным аквариумом, встроенным прямо в стену. Это была новая клиника, не та, где я обычно бываю. В машине папа сказал, что врач будет женщиной. Почему-то это знание меня немного успокоило. Ждать пришлось недолго, бодрая секретарша назвала моё имя, и папа на удачу поцеловал меня в лоб.

— Так, открой рот пошире, — просит доктор Джонсон, направляя фонарик мне в горло с видом крайнего изумления. Это пожилая женщина лет шестидесяти пяти, длинные седые волосы собраны в хвост. Несмотря на возраст, кожа у неё безупречная, а взгляд за толстыми стёклами очков — острый и проницательный. Она держится с таким внутренним спокойствием, которое вызывает у меня восхищение; надеюсь, когда-нибудь и я обрету такое же.

— Невероятно. Никогда ничего подобного не видела. У тебя есть все необходимые органы для извлечения звука, но такое чувство, будто какой-то невидимый механизм наложил на тебя «мут» режим.

Я полулежу на мягкой кушетке в смотровой, мои черные волосы рассыпались по подушке, а сердце бешено колотится от тревоги. Если есть хоть какой-то шанс снять это проклятие медицинским путем, я узнаю об этом совсем скоро.

Шанс призрачный, но... кто знает?

— Ладно, можешь покашлять? — любезно просит она.

Выдавливаю из себя кашель, пока она мягко прижимает одну руку к моему животу, а другую — к горлу. Увы, наружу вырывается лишь слабейший звук. Я не особо удивлена: я и раньше замечала, что кашляю почти бесшумно.

— Невероятно, — повторяет она. — Попробуй что-нибудь крикнуть.

Она снова светит фонариком мне в горло, пока я кричу: «Я ненавижу Джарвиса Дункана!»

Разумеется, не слышно ни звука.

— Что ж, полагаю, это отличный урок: не стоит баловаться с камнями желаний.

Доктор Джонсон искренне улыбается, будучи в полной уверенности, что я сама навлекла на себя это желание по собственной глупости. Большинство людей сейчас в это верит, и я даже не пытаюсь их переубеждать. Я не могу сказать им, что это сделал Джарвис, потому что он, судя по всему, неприкасаемый. Вся вина легла на меня. Под натянутой улыбкой я киплю от ярости. По крайней мере, врач относится ко мне как к человеку.

— Не знаю, что и сказать, — она пожимает плечами после еще тридцати минут обследований и тестов. Она заставляла меня делать всё: вздыхать, мычать, свистеть, но ничего не помогает. — Твой случай нарушает все правила, которые я знаю. Обычно я последняя, кто готов признать мистическую природу болезни, но, боюсь, это именно тот случай.

При этих словах у меня всё падает внутри. Не знаю, на что я рассчитывала, идя к врачу, но разочарование всё равно накатывает. Похоже, камни желаний слишком сильны. Как я и предполагала, медицинского решения моей проблемы не существует. Я застряла. В ловушке.

В оставшееся время приема доктор Джонсон подтверждает, что я на сто процентов девушка, способна забеременеть и... иметь месячные. Их у меня пока не было, но она сказала ждать в ближайшие недели. Содрогаюсь от этой мысли. После этого тяжелого разговора мне проводят первые официальные замеры. Как оказалось, мои догадки были верны: рост 167 см, вес 46, 7 кг. Одно можно сказать точно: соревнования по пауэрлифтингу мне в ближайшее время не светят.

Когда осмотр заканчивается и я возвращаюсь в холл, папа понимает результат ещё до того, как врач открывает рот. Мой мрачный вид говорит сам за себя: я никогда больше не заговорю. Не то чтобы я рада вердикту, но я всегда знала, что медицина тут бессильна. Я не слишком-то надеялась, но диагноз доктора Джонсон окончательно развеял последние крупицы надежды.

За замерзшим стеклом кружится легкий снег, я крепко сжимаю кружку с горячим шоколадом. В уютной кофейне хорошо топят, но мои руки всё ещё ледяные после короткой прогулки по парковке.

— Ого, а у тебя внезапно поднялось настроение, — замечает папа, прихлебывая свое какао. Он не замечает, что после глотка над его верхней губой остались крошечные шоколадные усики, из-за чего я беззвучно хихикаю.

Если бы не немота, мой пронзительный смех и хрюканье в общественном месте были бы позором. К счастью, мне не нужно беспокоиться о том, что я выставлю себя дурой, ведь мой смех никто не слышит.

Еще один плюс, думаю я, стараясь взять себя в руки и вытирая выступившие от смеха слезы.

— Что такое? — спрашивает папа. Он в замешательстве, но уголки его губ подрагивают в улыбке. Он просто рад видеть меня счастливой. — Я сказал что-то смешное?

Качаю головой, всё ещё широко улыбаясь. Отчасти я смеюсь над его шоколадными усами, но не только.

Почему-то вердикт доктора Джонсон принес мне облегчение. Трудно объяснить, но её слова дали мне чувство стабильности, которого не хватало всю прошлую неделю.

Я — Джоанна, и я не могу говорить. Это моя личность, и в ближайшее время она не изменится. Слова врача заставили меня принять этот факт. Её оценка заставила отбросить надежду вернуть голос. Война окончена, я проиграла. И это знание принесло странное спокойствие, будто гора с плеч свалилась.

Я бы с радостью объяснила это папе, но такие вещи сложно передать одними губами или на бумаге. Поэтому я просто продолжаю улыбаться и отпиваю шоколад. Облизываю губы, следя, чтобы у меня не появилось таких же усов. На папе они смотрятся забавно, на мне же это будет выглядеть в сто раз нелепее.

С этой мыслью я

Порно библиотека 3iks.Me