Глава 2.
— «Проходите, проходите, не стесняйтесь» — голос Ирины Стаценко был бархатным, спокойным, проникающим внутрь и сразу снимающим внешнее напряжение. Она жестом указала на два кресла перед столом, но её взгляд снова, уже без всякой скрытности, упёрся в пах Сережи — «Садитесь. Вернее... — она внезапно улыбнулась чуть шире, и в уголках её глаз собрались лучики мелких морщинок. — Учитывая специфику жалоб, возможно, пациенту будет удобнее на кушетке. Вот здесь.»
Она кивнула в сторону угла комнаты, где стояла обычная смотровая кушетка, застеленная одноразовой пелёнкой. Всё было чисто, стерильно, но в воздухе висело нечто невысказанное. Я почувствовала, как по моей спине пробежал холодок, смешанный с тем самым запретным теплом.
Сережа, покрасневший до корней волос, послушно побрёл к кушетке. Он двигался скованно, стараясь прикрыть пятно рукой, но это было бесполезно. Каждый шаг отчётливо обрисовывал под мокрой тканью длинный, толстый контур.
— «Снимай джинсы, сыночек»— сказала Ирина тоном, не терпящим возражений. Она подошла к небольшому шкафчику, достала оттуда новую пелёнку, но ни перчаток, ни какого-либо другого защитного снаряжения не взяла — «И нижнее бельё тоже.»
Она повернулась ко мне, и её взгляд был настолько прямым и понимающим, что у меня перехватило дыхание.
Я, словно во сне, подошла к Сереже. Он стоял, опустив голову, дрожащими пальцами расстёгивая ширинку. Я присела перед ним на корточки, чтобы помочь. Запах — густой, терпкий, знакомый — ударил в нос ещё сильнее. Я стянула с него джинсы, и они с глухим шлепком упали на пол. Трусы были промокшими насквозь, тёмное пятно спермы расползалось по серой ткани. Я зацепила пальцами резинку и медленно стянула их вниз.
И снова, как утром, воздух застрял у меня в горле.
Его член, освобождённый от тряпки, медленно откинулся на живот. Он был всё таким же огромным, багровым и воспалённым. Но сейчас, при ярком дневном свете из окна, я видела каждую деталь. Налитые кровью вены, петляющие по стволу, как синие реки. Головку, тёмно-красную, блестящую от предсемени и остатков его недавних оргазмов. И, конечно же, саму сперму. Её было немыслимо много. Густые, жемчужно-белые капли и сгустки покрывали его от основания до кончика, свисали с волос лобка, застывали на коже бёдер. Он выглядел одновременно жалко и... величественно. Чудовищно притягательно.
— «Ложись на спину, Сереженька» — скомандовала Ирина, подходя к кушетке. В её руках был только небольшой флакон с прозрачным гелем.
Он лёг, закинув руки за голову и закрыв глаза. Его член лежал на животе, тяжёлый и неподвижный, будто отдельное существо. Ирина встала сбоку от кушетки, её бедра оказались на уровне его головы. Она смотрела на его промежность с видом учёного, рассматривающего интересный экспонат.
— «Ну-ну-ну, — тихо прошептала она, и в её голосе прозвучало неподдельное восхищение — Какой у тебя, оказывается, толстенький дружок, а? Совсем не мальчишеский. Настоящий мужской инструмент. И явно перегруженный!»
Она протянула руку и, без всякой церемонии, взяла его член за основание. Её пальцы — ухоженные, с коротким маникюром — легко обхватили толщину, но сомкнуться полностью не смогли. Она покачала его из стороны в сторону, оценивая вес.
— «Надежда Петровна, — сказала Ирина, не отрывая глаз от того, что держала в руке — Вы сказали по телефону о воспалении и боли. А можно подробнее? Как всё началось? Вы помогали сыну справляться с дискомфортом?»
Вопрос был задан так спокойно, так буднично, будто она спрашивала о температуре или даче таблеток. Но слово «помогали» прозвучало для меня как удар гонга. Я стояла, прижавшись спиной к стене, чувствуя, как горит лицо.
— «Я... он жаловался на боль, — начала я, запинаясь. — Говорил, что не проходит... второй день. Я... да, я пыталась... облегчить. Массировала.»
— «Массировала, — повторила Ирина, и её большой палец провёл вдоль нижней стороны ствола, от яиц к головке. Сережа вздрогнул и тихо застонал. — Как именно? Рассказывайте. Это важно для анамнеза»
Её движения были профессиональными, точными, но в них не было и тени холодной клиничности. Она изучала его плоть, словно дорогой материал. И пока я говорила, её пальцы не останавливались.
— «Сначала... просто рукой, утром. В его комнате, — слова вырывались с трудом, но я не могла остановиться. Глаза были прикованы к тому, как её ладонь скользит по липкому от спермы стволу — Потом... в троллейбусе. Я лишь просто гладила, но, по всей видимости, этого было достаточно для того что бы...ну вы поняли. И здесь, в зале ожидания...»
— «То есть, за сегодняшнее утро вы провели уже три сеанса... ручной стимуляции? — уточнила Ирина, и в её голосе послышались нотки одобрения. — И с каждым разом объём эякулята был значительным? Таким, как сейчас?»
Я кивнула, не в силах вымолвить слово. Я видела, как под её пальцами член Сережи начал медленно, но неуклонно наполняться кровью. Он приподнялся, стал ещё толще, ещё напряжённее. Предсемя вытекало из щелевидного отверстия на головке непрерывной блестящей нитью, смешиваясь со старыми засохшими потёками.
— «Хорошо, — сказала Ирина, и её рука наконец пришла в движение. Не просто исследовательское, а ритмичное. Она обхватила его ствол и медленно, с нажимом, повела вверх, к головке. — Вы всё сделали правильно, Надежда Петровна. При такой патологии ручное опорожнение — это первая помощь. Но, судя по всему, этого недостаточно»
Она дрочила ему. Прямо сейчас, пока вела со мной беседу. Спокойно, методично, не торопясь. Её движения были увереннее моих, техничнее. Она знала, как нажимать,
Порно библиотека 3iks.Me
378
04.04.2026
|
|