Воздух в лагере клана Варанг был густым от дыма, пороховой гари и дикого, нечеловеческого восторга. Обычно зловещая тишина, царившая здесь, была взорвана хаотичной какофонией выстрелов, рёва и треска горящего дерева.
Варанг стояла посреди этого ада, её фигура была освещена оранжевыми языками пламени. В её руках, с непривычной для её точных движений детской жадностью, был зажат ручной огнемёт — подарок, или, вернее, инструмент, переданный людьми. Она направила сопло на полуразрушенный шалаш из священных ветвей, который её воины специально соорудили для церемонии... очищения огнём.
— Гхха-ха-ХА! — её смех звучал как скрежет разрываемого металла, лишённый всякой человеческой тональности, но переполненный чистой, недетской радостью разрушения.
Она нажала на спуск. Реактивная струя жидкого огня ударила в конструкцию, и она вспыхнула мгновенно, как факел. Жар опалил её лицо, но она только шире распахнула свои желтые глаза, впитывая спектакль. Вокруг неё её воины, уже опьянённые не только новым оружием, но и этой разнузданной свободой жечь всё, что горит, бесновались, стреляя из взятых у людей винтовок в небо, в деревья, в тени. Звуки выстрелов сливались с её хохотом в единую симфонию уничтожения.
Майлз Куорич наблюдал за этим с края поляны, прислонившись к стволу чёрного дерева. Его лицо в аватаре было бесстрастным, но в уголках глаз читалось холодное, снисходительное удовлетворение. Пусть дикари веселятся, думал он. Пусть привыкают к вкусу нашей силы, к запаху нашего огня. Чем больше они сожгут сами, тем меньше нам придётся жечь потом, чтобы их сломать. Он видел не просто вандализм. Он видел эффективную психологическую обработку. Они ломали табу своего же мира своими же руками. Им это начинало нравиться.
Варанг, исчерпав заряд огнемёта, швырнула пустой ствол в догорающие угли. Её тело было напряжено, вибрировало от адреналина и какого-то иного, более примитивного возбуждения. Пламя отражалось в её глазах крошечными, пляшущими солнцами. Её взгляд метнулся по поляне и нашел Куорича. В нём не было вопроса. Был приказ.
Она резко направилась к нему, её шаги были легкими и быстрыми. Не говоря ни слова, она схватила его за запястье стальной хваткой своей длинной руки. Сила была такова, что кости аватара затрещали. Она повела его, не как союзника, а как трофей, в сторону своего шатра — чёрного, грубо сшитого из шкур, больше похожего на логово хищника.
Куорич не сопротивлялся. Лишь слегка приподнял бровь. Его аналитический ум уже оценивал ситуацию: Неожиданно. Рискованно. Но потенциально информативно. Контакт на таком уровне может дать больше контроля. Да и вид... впечатляет. Он бросил взгляд на её спину, на игру мускулов под синей кожей, на гибкий, смертоносный хвост, который нервно подрагивал. Это будет интересным опытом, решил он с ледяным любопытством учёного, готовящегося к вивсекции.
Внутри шатра пахло кожей, маслом для оружия, дымом и чем-то острым, животным. Варанг отпустила его руку и повернулась. На её лице была та же бесшабашная, нестабильная улыбка, что и у серийного убийцы, нашедшего новую, изощрённую игрушку. Быстрым, почти невидимым движением она швырнула ему прямо в лицо горсть мелкого тёмного порошка из мешочка у пояса.
Куорич инстинктивно вдохнул, чтобы отпрянуть, и порошок попал в лёгкие. Эффект был мгновенным и сокрушительным. Воздух перехватило, мир поплыл, в висках застучало. В голове, уже затуманенной, промелькнула мысль, лишённая даже удивления: Всё та же забористая хрень. У них, что, на все случаи жизни?
Но анализировать было некогда. Варанг, не теряя ни секунды, сильным, точным толчком в грудь опрокинула его на спину на грубые шкуры. Прежде чем сознание Куорича полностью адаптировалось к химическому удару, она уже была сверху, заскочив на него, широко расставив колени по бокам его бёдер. Её вес придавил его, лишив возможности сопротивляться — да он, впрочем, и не пытался. Туман в голове начинал окрашиваться странными, яркими всполохами.
Она нагнулась над ним, так близко, что он мог видеть мельчайшие царапины на её синей коже, тёмную ритуальную краску, густо наведённую вокруг глазниц, делающую её и без того огромные, безумные глаза ещё больше, ещё бездоннее. Её дыхание было горячим и учащённым.
— Смотри, землянин, — прошипела она зловещим шёпотом. — Смотри и чувствуй.
Она медленно, почти церемониально, наклонила голову. Из пучка волос у её виска высунулся тонкий, гибкий отросток — её циме, нервная коса. Она коснулась им кожи на его виске, там, где у на’ви находился бы их собственный отросток. Для аватара это место было просто кожей. Но Варанг знала, что искать. Её циме прильнул, и произошло не физическое, а нейронное соединение. Примитивное, насильственное, но работающее. Тсахейлу.
И в тот же миг на Куорича обрушился не поток образов или мыслей. На него обрушился спектр. Целая вселенная чистых, нефильтрованных, первобытных чувств. Это не было похоже ни на что из человеческого опыта. Это был ураган.
Ярость. Всепоглощающая, холодная, как вакуум космоса, и горячая, как ядро звезды. Ненависть к зелени, к жизни, к самому акту дыхания всего, что не было ею.
Похоть. Не желание, а жажда обладания, поглощения, растворения другого в себе через боль и мощь.
Жажда убийства. Сладкое, щекочущее нервы предвкушение хруста костей, вида крови, последнего хрипа. Картины горящих джунглей, рушащихся деревень, плачущих, склоняющихся нави проносились, как кадры из самого дорогого ей сна.
И над всем этим — дикое, неконтролируемое возбуждение. От власти. От разрушения. От него, лежащего под ней, этого странного, холодного, такого же беспощадного существа с другой звезды.
Куорич ахнул. Его собственные эмоции, всегда закованные в броню дисциплины и расчёта, были смяты, затоплены
Порно библиотека 3iks.Me
121
09.04.2026
|
|