Хрупкий рассвет 4- Читать онлайн

Он не стал слушать её словесный отчёт.

Настя стояла перед ним, пытаясь сложить в связные предложения то, что видела у источника: тень незнакомца, сушёное мясо, убитого жучка. Её губы, ещё помнящие его вкус и солевой привкус его кожи, двигались, выдавая тихий, сдавленный поток слов. Но Хозяин лишь махнул рукой, резким жестом оборвав её. Он взял её за плечо — его пальцы впились в хрупкую кость — и развернул лицом к стене.

Там висела карта. Не бумажная, а вырезанная из какого-то старого листового металла, покрытая ржавчиной и грубыми, процарапанными линиями. Район. Изгибы туннелей, кружки, обозначающие укрытия или гнёзда, стрелки. Для сознания Виктора это была тактическая схема. Для тела Насти — пытка.

«Слова — дерьмо. Их ветер уносит. Говори телом.» Его голос был низким, лишённым интереса к её повествованию. Он стоял сзади, его дыхание касалось её макушки. Его грубые, покрытые шрамами и мозолями пальцы легли на её ключицу. Даже сквозь грязную ткань рубашки его прикосновение было огнём. «Здесь? Что было?»

Она стиснула зубы. Вдохнула. Здесь, у источника, ветер нёс запах гнили и мокрой земли. И ещё — запах того незнакомца, табака и кожи. Она кивнула, резко, по-солдатски. «Да. Здесь.»

Его рука поползла ниже. Медленно. Пальцы скользнули по ребрам, ощупывая каждую выпуклость под тонкой кожей. Её тело вздрогнуло. Мурашки, предательские и стремительные, побежали по всему телу. Там, где его пальцы касались, кожа вспыхивала, будто ожог. «А здесь?» — его голос был рядом с ухом.

«Ничего. Пустошь.» — выдавила она. Но её голос дрогнул. Тело говорило громче. Соски, мелкие и чувствительные, затвердели под тканью, упираясь в холодный металл карты. Живот сжался странной судорогой — не от страха, а от чего-то тёплого и тягучего, что начало растекаться по низу живота. Она попыталась отодвинуться, но он прижал её к карте сильнее.

«Врёшь. Тело не врёт. Здесь ты напряглась. Значит, была угроза. Или мысль об угрозе.» Его ладонь, широкая и шершавая, легла плашмя на низ её живота, чуть выше лобковой кости. Прямо там, где внутри, в её утробе, шла тихая, биологическая война.

Настя затряслась. Конвульсивно, мелкой дрожью, которую невозможно было остановить. Не от страха. От стыда. Потому что в тот же миг она почувствовала, как тепло между её ног превращается в явную, позорную влагу. Она проступила сквозь тонкую ткань её исподнего, промочила её, и холодок от испарения был чудовищно отчётлив. Его ладонь лежала именно над этим местом. Он должен был чувствовать исходящий от неё жар.

«Самое опасное место на всей этой карте...» — он наклонился, и его губы почти коснулись её уха, — «...здесь. Ты. Твоя плоть. Она кричит обо всём. О страхе. О том, что внутри тебя растёт. О том, что ты хочешь, даже когда ненавидишь.»

Он отстранился. Отнял руку. Настя прислонилась лбом к холодной ржавой карте, пытаясь отдышаться. Между её ног было мокро, липко, позорно. Она чувствовала, как её внутренние мышцы, глубоко внутри, пульсируют в такт бешеному сердцебиению. Это было тело. Глупое, животное, предательское тело. Виктор Громов кричал внутри, яростно, бессильно. Он приказывал этому телу замолчать, взять себя в руки, но тело лишь отвечало новой волной тепла.

«Картография окончена.» — бросил Хозяин, возвращаясь к своему столу. — «Теперь — физподготовка. Если хочешь быть опаснее, чем просто дырка, надо работать.»

Он указал на свободный угол, где на полу лежала старая автомобильная покрышка и несколько обрезков труб разного веса. Программа. Отжимания. Приседания. Упражнения с импровизированной штангой. Всё то, что делал бы любой новобранец. Настя, стиснув зубы, подошла. Солдат в ней видел смысл. Тело видело пытку.

Первые десять отжиманий дались с диким напряжением. Её руки, тонкие, как прутики, дрожали. Грудь, маленькая и недавно начавшая формироваться, мешала, касаясь холодного пола. Каждое касание посылало странный, щекотный разряд в живот. Она делала их, упираясь лбом в бетон, бормоча про себя строевые команды из прошлой жизни. «Раз. Два. Вдох. Выдох. Не сдаваться, сука.»

Потом приседания. Опускаясь, она чувствовала, как напрягаются мышцы бёдер, ягодиц. Как влага, ещё не высохшая, делает каждое движение ощутимым, трение ткани о кожу. Её щёки горели. Она видела его краем глаза — он не смотрел, но был aware, присутствовал. Её унижение было частью тренировки.

Когда она взяла в руки самую лёгкую трубу, имитируя жим, мышцы спины и живота напряглись до боли. И в этой боли, в этом жжении, снова пробежал тот предательский импульс. Напряжение рождало ответную волну тепла. Её тело, изнасилованное, оплодотворённое, биологически настроенное на выживание через подчинение, интерпретировало физическую нагрузку как нечто родственное акту доминирования. Оно реагировало. Готовилось.

«Хватит.» — сказал он, не глядя. Она опустила трубу, её руки тряслись. Вся она была мокрая от пота, одежда прилипла к спине, к груди. Дышала, как загнанный зверь, широко открыв рот. И сквозь усталость, сквозь боль в мышцах, она чувствовала это. Тупая, навязчивая пульсация внизу живота. Желание. Простое, физиологическое. Тело требовало завершения того, что начала карта.

Она стояла, опустив голову, и ненавидела каждую клетку этого хрупкого, изящного каркаса. Ненавидела лёгкие, которые не могли набрать достаточно воздуха. Ненавидела бёдра, которые дрожали от усталости. Ненавидела эту влажную, тёплую щель между ног, которая была центром всего её унижения и, как оказалось, центром её нового существования.

«Вода в углу. Умойся.» — бросил он.

Она побрела к ведру с застоявшейся водой, зачерпнула пригоршней, провела по лицу. Вода была ледяной. Она надеялась, что холод заглушит огонь внутри. Но нет. Он

Порно библиотека 3iks.Me