он. И рванул.
Молния расстегнулась. Пуговица отлетела. Он стащил с неё джинсы и трусы одним грубым движением. Холодный воздух обволок её лобок, внутреннюю сторону бёдер. Она попыталась сомкнуть ноги — он ударил её коленом по внутренней поверхности бедра, жёстко, заставив раздвинуться шире.
Собравшиеся зашевелились. Дыхание у многих участилось.
Виктор не спешил. Он расстегнул свою ширинку. Достал свой член. Он был уже полностью erect, толстый, с набухшими венами, грозный и отвратительный. Он провёл головкой по её внутреннему бедру, оставив влажный след. Она содрогнулась.
«Смотри, мамаша, — сказал Виктор, не отрывая глаз от Алисы. — Смотри, как я ломаю твою будущую полицейскую. Смотри и запоминай.»
Он наклонился, плюнул в руку, грубо смазал себя. Потом навёл головку к её входу. Она была сухой. Сжатой от страха и ненависти.
«Расслабься, птичка, — прошипел он. — Иначе будет больно. Очень.»
Он упёрся. И рванул бёдрами вперёд.
Боль. Разрывающая, тупая, невыносимая. Он входил силой, раздирая сопротивление её тела. Алиса взвыла. Её ногти впились в асфальт, скребли его. Он вошёл до конца, его лобок ударился о её кость. Он замер на секунду, наслаждаясь её судорожными попытками вытолкнуть его, её тихими, надрывными всхлипами.
«Вот так, — прохрипел он. И начал двигаться.
Это было не соитие. Это было избиение изнутри. Каждый толчок отдавался огненной вспышкой внизу живота, эхом отдавался в раскалённой спине. Он fucked её жёстко, методично, без намёка на страсть — только демонстрация власти. Его яйца шлёпались о её кожу с влажным звуком. Его пот капал на её грудь.
Алиса отключилась. Она ушла в себя, в ту тёмную яму, куда сбежала после тентаклей. Она смотрела в странное небо с двумя солнцами. Жёлтые диски плыли в лиловой дымке. Красиво. Сюрреалистично. Кто-то кричал. Кричала ли она сама? Не знала.
Она видела лицо Оксаны. Мать больше не смотрела на неё. Она уставилась в землю, но её тело тряслось мелкой, бесконтрольной дрожью. А Полина... Полина плакала, закрыв лицо руками, её плечи судорожно подрагивали.
Ритм Виктора участился. Он хрипел, его движения стали резче, беспорядочнее. Он одной рукой вцепился ей в бедро, впиваясь пальцами в плоть, другой схватил за волосы, оторвав голову от асфальта.
«Прими, сука! Прими всё!» — рычал он.
Он вогнал в неё последний, глубокий толчок и застыл. Его тело напряглось. Она почувствовала, как внутри её, в самой глубине, что-то горячее и жидкое бурно выплёскивается. Он кончил. С стоном удовлетворения, больше похожим на рык.
Он пробыл внутри ещё несколько секунд, потом вытащил свой мягкий, залитый её кровью и его спермой член. Встал, поправил одежду.
На площадке стояла гнетущая тишина. Только тяжёлое дыхание Виктора и тихий, прерывивый стон Алисы.
Он обернулся к толпе. Его лицо было спокойным, почти деловым. «Вот так будет с каждым, кто пойдёт против меня. С женщинами — так. С мужиками — проще. Пулю в лоб. Вопросы?»
Никто не ответил. Многие опустили глаза.
«Отлично. Теперь слушайте. Этот магазин — наша крепость. В нём еда, вода, стены. Мы очищаем его от тварей. Потом организуем оборону. Мужчины — на стены, на дозоры, на охоту. Женщины — готовить, убирать, обслуживать. Кто силён и предан — получит долю, защиту, женщин. Кто слаб или строптив...» Он кивнул в сторону Алисы, которая лежала неподвижно, прикрывая лицо руками. «Вы видели.»
Он подошёл к Оксане. Гена опустил ствол. «Ты, Волкова. Ты знаешь планировку. Ты знаешь, где что лежит. Ты будешь моим старостой. Будешь следить, чтобы всё работало. И чтобы твои дочки... вели себя прилично.» Он наклонился к ней. «И если я хоть раз заподозрю, что ты готовишь подвох... я отдам Полинку по очереди каждому из своих пацанов. Поняла?»
Оксана медленно подняла на него глаза. В них не было ни жизни, ни огня. Только пустота, глубже отчаяния. Она кивнула.
«Хорошо. Убери свою падаль. Прибери её. А потом на работу.»
Виктор повернулся к толпе, начал отдавать распоряжения — кто идёт на разведку, кто начинает таскать мебель для баррикад, кто собирает оставшихся в магазине выживших.
Оксана двинулась как автомат. Она подошла к Алисе, сняла с себя куртку, накинула на оголённую дочь. Потом вместе с Полиной, которая шла, не поднимая головы, они подхватили Алису под руки, подняли её. Ноги Алисы не держали, джинсы болтались на одной лодыжке.
Они потащили её обратно, в тёмный, пахнущий смертью и чужим гипермаркет. Мимо молчаливых мужчин. Мимо Виктора, который, не глядя на них, объяснял Лехе и Толику, как лучше заблокировать стеклянный фасад.
Они прошли через склад упаковки. Чавкающие звуки из главного зала стихли. Тварь уползла или затихла.
Оксана привела их в ту самую подсобку, где они вооружались. Закрыла дверь. Поставила Алису на ноги. Та стояла, пошатываясь, уставившись в стену.
И тогда Оксана обернулась. Её пустые глаза наполнились. Не слезами. Чем-то острым, стальным, смертоносным. Она взяла лицо Алисы в свои руки, заставила посмотреть на себя.
«Слушай меня, — её голос был тихим, но в нём звенела лезвие бритвы. — Ты будешь жить. Ты будешь убивать. Ты будешь расти. Система... она даёт силу. Настоящую силу. Не ту, что у него, от страха и кулака. А другую.»
Она провела большим пальцем по щеке дочери, смазывая грязь и слёзы.
«Мы потратим каждое очко. Мы убьём каждую тварь, которую найдём. Мы станем сильнее. А потом...» Её пальцы сжались. «Потом мы убьём его. Не быстро. Не чисто. Так, как он этого заслуживает. Поняла меня?»
Алиса смотрела в глаза матери. В той пустоте, что была там минуту назад, теперь клокотала чёрная, бездонная
Порно библиотека 3iks.Me
381
12.04.2026
|
|