Конец декабря. Курсовые по валеологии пахли типографской краской и надеждой на скорую свободу. Мы сидели в аудитории, кто-то из одногруппников слегка запинаясь рассказывал про роль темперамента и типы высшей нервной деятельности.
Преподаватель валеологии Волков обычно носил рубашки в клетку. Высокий и слегка полноватый, на его столе периодически лежала какая-нибудь булочка или пончик. Сейчас Волков тонким карандашом делал заметки на листке бумаги.
Лера шепнула, что ей уже надоел шелест курсовых, а хочется поскорее ощутить шуршание подарочной бумаги и тонкий звон ёлочных шаров. Она мечтательно рассуждала о том, что ей подарит Андрюша на Новый год. Никита вслух мечтал о новогодних каникулах, не забывая при этом грызть карандаш. Двое подруг со второго ряда шёпотом спорили о том, какие платья лучше заказать на маркетплейсе.
Работы сдали почти все, кроме меня, Леры и Никиты. На следующий день мы узнали, что преподаватель валеологии заболел и его не будет до середины января. У Леры зазвонил телефон. Она только кивала головой и отвечала «Да» и «хорошо». Было видно, как Лера старается контролировать даже своё дыхание, чтобы не показаться неучтивой.
Потом сказала: «До свидания, Александр Иванович». Меня словно током ударило.
— Оксана. Звонил Александр Иванович. Сказал привезти курсовые ему домой.
— Какой Александр Иванович? Врач, что ли?
— Ну да, Оксана, не тормози. Представь, по телефону сказал, что Волков позвонил ему лично и попросил «подхватить» студентов, чтобы те не разнесли деканат в панике. Надо ещё Никиту найти. Ты никуда не уходи.
Лера нашла его в столовой. Никита схватил курсовую и выбежал из аудитории, где должна была быть лекция по валеологии. Остальные одногруппники ушли домой.
Время работало против нас, и каждая минута промедления грозила проблемами с допуском к сессии. Мы были готовы ехать хоть на другой край города, лишь бы закрыть этот вопрос.
Втроём пошли в гардероб, оделись и вышли на улицу. Шли к остановке, под ногами хрустел снег. Через пять минут приехал автобус. На дорогах — предновогодние пробки. Ехали около двадцати минут. В автобусе сильно пахло бензином, меня начало укачивать. Словно стальным обручем стягивало голову с каждой минутой.
Лера, которая сидела рядом, спросила:
— Ты в порядке?
— Да, голова болит. Укачало немного.
Никита, стоявший рядом, достал телефон:
— Оксана, глянь, какой прикол про котов — он ткнул пальцем в экран, но видео не загрузилось. Связи не было.
Лера окинула его высокомерным взглядом.
— Долго ещё ждать?
Никита опустил взгляд.
— Ну, в транспорте сеть бывает плохо ловит.
Он вздохнул, порылся в рюкзаке и протянул мне пластинку мятной жвачки.
— На, возьми. Бабушка говорит, мята при укачивании — верное средство. Помогает.
Я взяла жвачку только для того, чтобы не обидеть Никиту.
Глаза его расширились, а на лице появилась восторженная улыбка. Никита был похож на щенка, который впервые увидел снег и не знает, что с этим делать.
Наконец мы вышли на улицу. От свежего воздуха мне стало немного легче. Лера говорила, что Александр Иванович вряд ли будет придираться и мы всё быстро сдадим.
Квартира Александра Ивановича встретила нас оглушительным ароматом хвои. В прихожей, вопреки всем ожиданиям, стояла огромная живая ёлка. На её густых ветках висели стеклянные игрушки и настоящие мандарины, привязанные ниточками.
У двери стояла дубовая скамья, а рядом — плетёная корзина для зонтов. Всё было расположено так удобно, что рука сама тянулась поставить сумку именно туда, где ей место. Не было ни одной брошенной в спешке вещи. Если бы такой порядок был в моей комнате, то родители решили, что меня подменили инопланетяне. Интересно, у него есть домработница или он сам наводит чистоту. Мне хотелось думать, что сам.
Александр Иванович предложил снять обувь, повесить куртки в шкаф и пройти в гостиную. На нём была белая футболка с V-образным вырезом и тёмно-синие льняные брюки. Воздух вокруг Александра Ивановича казался наэлектризованным. Короткие рукава обнажали сильные руки, выдавая человека, привыкшего к физическим нагрузкам. Разглядывала его с интересом, который бы следовало скрыть от одногруппников.
Мы прошли в гостиную. На стене висел свиток с каким-то иероглифом. Александр Иванович предложил сесть на стулья. Сам стоял в центре комнаты возле стола. Каждое слово одногруппников отзывалось тупой болью в затылке.
Первым взял работу Никиты. Неспешно переворачивал страницы.
— Никита, три балла, — поднял взгляд и ровно произнёс:
— Это поверхностно.
Никита засиял так, будто получил Нобелевскую премию. Он готов был запрыгать от счастья прямо здесь, но воспитание взяло верх. Из чистой вежливости спросил:
— Вас подождать?
— Нет, нам в другую сторону, — отчеканила Лера.
Никита едва не задел плечом колючие ветки в прихожей. Он молниеносно оделся и вылетел из квартиры.
Александр Иванович взял работу Леры. Медленно листал страницы, под этот шорох бумаги головная боль стала ещё отчётливее. Голос был ледяным, пугающе спокойным:
— Лера, идите сюда.
Он подошёл ближе к столу, включил ноутбук. Минута загрузки. Ритмично постучал пальцами по дереву.
— Первая страница выдачи. Полностью скопировано. Слово в слово. Вы думали, я не замечу? Вы думали, мне всё равно?
Лера всхлипнула. Слёзы катились по лицу.
— О чём вы вообще думали? Нужно переписать работу.
Лера не выдержала. Начала рыдать в голос.
— Лера, вы способны на большее. Надо только немного постараться, — сказал он чуть мягче. Сдадите после праздников уже в университете.
Мне было неловко это произносить, но я спросила: — Мне так жаль. Лера, ты меня подождёшь?
Она обиженно пролепетала сквозь слёзы:
— Слушай, отстань. У тебя всё хорошо, у меня всё плохо. Какое тут «подождать»?
Лера продолжала всхлипывать в прихожей. Я слышала, как она натягивает сапоги и
Порно библиотека 3iks.Me
195
18.04.2026
|
|