На самом деле понял, конечно. Так просто спрашивает. Чтобы я сама все сказала.- Согласна. На ваше предложение.Улыбается. Доволен. Тем, что всё сладилось, как он хотел. И тем, что сказала все-таки.- Умничка, - говорит, - я знал, что согласишься.Смотрит на меня, молчит. Я всё так же стою, не знаю, что дальше. Волнуюсь от этого все больше. Не только щеки горят, шея тоже. Сердце уже так заколотилось, что пульс громкий в ушах, больше ничего не слышу. Помню, живот даже чуть заболел. Еще подумала, что, может, началось, хотя по срокам рановато - только через неделю вроде. А Борис паузу держит, за столом как сидел, так и сидит. Несколько минут так. Потом говорит...- Что же, оценим твое согласие. Маечку приподними. Покажи, что там под ней.Стыдно, конечно, сразу перед ним заголяться. Хоть бы подошел, обнял сначала. А то вот так, на расстоянии. Но тут и рада слегка, что молчалка закончилась. Что хоть какая определенность. До плеч задираю, голые грудки на него смотрят. Голову опустила, в пол уставилась от смущения. А он продолжает...- Теперь штанишки. Только маечку не опускай.Подбородком зажала. Треники свои до колен спустила. На мне белые трусики простенькие. Чистые, конечно, сменила прямо, как из дома выходить. Красивого белья-то нет, с деньгами сами понимаете... А если б и было, красивое-то, все равно надеть не смогла бы - вместе с мамой переодеваемся, вопросы бы тогда сразу. Понимала, конечно, что до белья дело дойдет, не ожидала только, что так. Что он в кресле развалившись, а я перед ним метрах в трех стою, полуголая. Ну, "полу-", это недолго продолжалось. Сквозь грохочущие удары сердца слышу...- Продолжай. Трусики...Ни жива, ни мертва стою. Но сама же согласилась, делать нечего. Стыдно смертельно. А руки сами трусы спускают. Смотрит на мой лобок изучающе. Молчит. Потом...- Не подбриваешься, значит?Головой отрицательно мотаю. Он...- Повернись.Это к тому, что на мою попку посмотреть хочет. Да уж тут все равно, конечно. Спиной к нему встаю.- Нагнись. И ноги расставь.Да, - думаю, - тут зрелищем одной попки дело не ограничится. Что под ней, тоже надо выставлять. Но сама же на "рабыню" согласилась, выполнять требование "рабовладельца" надо. Нагнуться-то ладно. А вот как ноги расставить, интересно, если я стреножена - на коленях треники с трусами комком скручены? Встала, с одной ноги сняла, нагнулась, как он просил. Понимаю, что положение унизительное донельзя. И что он нарочно так со мной поступает, чтобы совсем со стыда сгорела. А куда деваться? Попой к нему стою, не вижу, что он делает. Да и не слышу толком - кровь в ушах и так стучит, а тут ведь еще нагнулась. Вдруг чувствую, прямо губок раскрытых что-то касается. Выпрямилась сразу. Это Борис, оказывается, тихонечко подкрался и пальцем там провел. Как встала, обнял меня крепко, губами мой рот ищет. Ну, это хоть по-человечески. Уворачиваться не стала, конечно, - глупо. Ответила. Целует взасос, языком по нёбу шарит, а руки по мне гуляют, и довольно чувствительно. Одна грудь щупает, до боли сжимает, сосок крепко теребит. Другая между ног забралась, гладит там, волосики перебирает, пальцы внутрь запускает. Вынул, сам сначала понюхал, потом мне под носом провел - вытер. Мне свой запах чувствовать неприятно, но молчу, только слезы сдерживаю, сама же согласилась. Но, как он во мне пальцами шуровал, чувствую, против воли увлажнилась. Все-таки то, что проделывала, хоть и унизительно было, но и возбуждало. К стыду чувствую, он тоже соки мои заметил, улыбается. А как ко мне прижался, поняла, что не я одна возбудилась. Что-то уж очень твердое в меня упиралось. Потом, будто сам не целовал и не лапал...- Кто разгибаться разрешил? В стойку! - и пощечину мне сразу, весьма ощутимую. У меня от такого перехода сразу слезы брызнули, но подчиняюсь. Слышу за спиной треск зиппера. Ну, мне ж не десять лет, это уж понятно, что дальше будет. Так и есть. Влез. Меня за талию схватил, чтоб не упала, качает. И спрашивает...- Таблетки пьешь?А я не понимаю, о чем это. Вроде видно, что не простужена, чего лекарства глотать? Или это он о наркотиках? Так ведь тоже по мне понятно, что ни сном, ни духом. А что контрацептивы такие есть, откуда же знать могла - в Америке еще никогда ни с кем, а в Беларуси они не водились, с Генкой мы прекрасно без всяких средств посторонних обходились, самый древний способ использовали. Молчу. Тогда он с размаха ладонью по ягодице. Звучно. Больно. Чуть пискнула, дергаюсь. Опять...- Когда спрашиваю, отвечать надо. Сразу! - и в подкрепление слов еще раз по попке. С другой стороны.- Какие таблетки? Я же здорова, - наивно сообщаю. А сама пыжусь. На ногах все-таки от его толчков устоять надо, да удовольствие подступать начало - ему в такт назад все время подаюсь. Руками за коленки ухватилась, груди болтаются ощутимо.- Понятно, - отвечает. И неожиданно вынимает сразу. Я тут еще к нему подалась, подумала, просто амплитуду не рассчитал. Тем более, уже завелась, дальше хочется. Но он на мое хотение - ноль внимания, фунт презрения. "Закон для рабыни - желания хозяина" - это он потом в меня вдалбливал. Как поняла, что специально вынул, а не выскользнул случайно, распрямиться собралась. Не дал, за волосы держит, спереди зашел, в лицо мне сует...- Соси!В
Порно библиотека 3iks.Me
25001
18.05.2018
|
|