Петрович ещё очень даже в силах мужик. Пятидесяти с небольшим лет, рослый, крепкий. Вдовец уж который год. Хозяйство имеет большое. Не то, что в штанах, а то, что во дворе и сарае мычит, блекает и хрюкает. А так же гогочет и кудахчет. И в штанах хозяйство тоже приличных размеров. Правда это хозяйство некуда всунуть. Просто некому. Есть бабы в деревне, как не быть, кому можно бы и вставить, только приобретённый опыт говорит, что лучше не связываться. Те, что вдовствуют, сразу начинают какие-то притязания на его свободную жизнь высказывать. Ну дала разок, так что теперь, сразу и хозяйкой себя почуяла. Командовать пытается, планы строить. А его ты спросила? То-то и оно. С ним дочь живёт. баба лет под тридцать. Развелась с мужем, бросила всё и приехала к отцу, как мать померла. Крепкая, в отца. Что статью вышла, что лицом. Грудь крупная, крепкая, в талии тонкая, гибкая, ноги стройные, длинные, и задок на общем фоне не подкачал. Мечта, не девка. Да вот после своего дурака больше не хочет судьбу испытывать. Ещё сноха с ним живёт. Сын уж сколько времени как пропал. Не совсем пропал, письма пишет. Уехал на заработки и глаз не кажет. Куда там. В городе понравилось. А жену оставил отцу для пригляда. А куда её в город тащить, коли сам по углам скитается, будто безродный. Так и живут трое. Тут как-то дочь Танька речь завела. - Батя, - она отца строго батей кличет. - Надо что-то с Людкой делать.- А что с ней делать? Что случилось-то? Приболела?- Ага, приболела. Бесится баба, мужика ей надо. Как-бы чего не вышло. Вон уже соседу глазки строит, Ваньке чамошному. А ты же его знаешь - этот дурак мигом по деревне разнесёт. Сраму не оберёмся.- Ну так и что делать? В город её к Толику отправить? Так куда. Он перекати поле: сегодня тут, а завтра там. И куда её отправлять?- Да нет, бать. Я тут подумала. Короче, надо бы тебе с ней побыть.- Это как?- Бать, ну ты как маленький. Переспать с ней. Получит баба своё и перестанет беситься.- Да что ты говоришь! Это что, мне в снохачи записываться?- Бать, не егози. А что делать? К тому же братик мой, чтоб его одним местом об дорогу, оставил нам Людку под присмотр. А что не едет, так его вина. А отец совсем не чужой человек. А что начнёт на сторону хвостом крутить, лучше, что ли?Долго спорили. В конце концов Танька отца убедила. - Ладно, убедила. Только как это всё сделать? Сильничать её не буду же, а сама и не даст. - А и не надо сильничать. Сама под тебя ляжет. - Как это?- А вот завтра после бани немного выпьем, спать пойдём. Я с тобой лягу. Мы повошкаемся, она и разохотится. Ты вроде как заснёшь, а я встану, да пошлю её к тебе. Ты же спишь и спросонья не поймёшь кто к тебе под бок притулился.- Как это с тобой повошкаемся?- Как ты с матерью вошкался? Вот так и повошкаемся.- Ты что говоришь? Ты же дочь.- А у дочери что, организм железный. Я сколь времени без мужика. У меня уж внизу всё ноет. Сама того и гляди сорвусь и под кого лягу. Так лучше под тебя. Ты родной, свой. А кто что узнает. - Тань, да как же так?- Бать, ты меня любишь? - А то как же.- Вот и переспишь со мной. Ты мужик крепкий, тебя на двух вполне хватит. Да и у тебя сколько времени бабы не было? Вот и оно самое то. Сразу две будет. А с Людкой мы уж говорили. Так, фантазировали о тебе. И она думает, что спать с тобой - лучший вариант.- Вот сучки, всё уже решили за отца. А как я не согласный.- Кто? Ты? Бать, да у тебя уже штаны бугром от одних разговоров. Слушай, пока Людки нет, давай попробуем. Ну бать, ну не ломайся. Пошли. Ты потрогай. Да у меня уже трусы хоть выжимай. Ну пошли. Затащила отца в спальню, стянула с себя трусы, с отца стянула брюки с трусами вместе. Сама, всё сама. Он и опомниться не успел, как дочь стащила через голову платье, бухнулась на кровать и развела ноги. Действительно воздержание было долгим. Петрович даже не рассмотрел что там у Таньки и как. Навалился, дочь конец заправила и только кровать застонала под напором двух тел. Оба вскоре и успокоились. Быстро. Натерпелись же. Можно и одеваться. Только Танька так не считала. Взяв дело в свои руки, за одним и то, чем это дело делать, быстро привела инструмент отца в боевое положение. Петрович сам не ожидал, что у него в другой раз встанет. А ведь встал же. Теперь никуда не спешили, наслаждались. И Танька, и отец испытывали подзабытое чувство обладания мужчины женщиной и женщины мужчиной. Танькина пизда, полная отцова семени, хлюпала, принимая немалого размера инструмент. Когда отец напирал, излишки жидкости выдавливались и стекали по желобку до самой задницы. А когда вытаскивал своё правило, то воздух с каким-то всхлипом занимал освободившееся место. Танька наслаждалась этим чувством распирания, когда головка достаёт до матки, сам ствол заполняет её орган без остатка. Когда
Порно библиотека 3iks.Me
15802
20.05.2018
|
|