День начался с большой неприятности. Старшая учительница нашей воспитательной школы подняла меня и поставила по центру класса: - Сегодня, Егорова, твоим воспитанием займется сам директор. Я уже доложила ему о твоем вызывающем поведении. Он был взбешен и сказал, что неисправимых девочек не бывает, есть только те, которых мало пороли. И высказал желание взяться за тебя всерьез. В 16.00 ты должна быть у него в кабинете. Только не опаздывай. И не забудь захватить с собой свою плеточку. "Да, Катька, не повезло тебе", "Покажешь вечером задницу", "Я думаю, что одной плеткой дело не обойдется", "Конечно, как минимум, розги пойдут в дело, а то и трость", - "утешали" меня на переменках одноклассницы. Ровно в четыре часа с дурацкой черной плеткой в руках я постучала в приемную. В очереди к директору стояли две наши воспитательницы и еще один незнакомый мне человек. - Куда? - сурово остановила меня секретарша. - К директору. - Зачем? - Мне велели: Он велел: он хочет, - слова застряли у меня в горле. - Ты что, говорить по-человечески не умеешь? - противная секретарша не имела ни капли сострадания. - Я : на порку, - еле выдавила из себя. - Ах, вот в чем дело, - хозяйка приемной саркастически улыбнулась. Будто она и вправду не понимала куда я и зачем, не понимала, для чего я держу в руках плетку. - Как фамилия? Она подняла телефонную трубку: "Игорь Васильевич, к вам Екатерина Егорова. Желает получить наказание. Хорошо, я поняла". И обернулась ко мне: "Снимай юбку, трусы и давай их сюда. Чтобы не убежала. Становись в угол и жди. Здесь люди решают более важные вопросы, чем надрать какую-то глупую задницу". Полуобнаженная, под внимательными взглядами чужих людей я вся вжалась в угол, стараясь быть менее заметной. Ужас, до чего стыдно! Совершенно не желая этого, я стала центром внимания. - Да уж, если сам директор будет заниматься, значит, отбилась-таки девка от рук, - заметила одна из воспитательниц. - Ну ничего, попа большая, можно воспитывать, - вторила ей коллега. - А что это за синяки на ягодицах и бедрах? - вступил в разговор мужчина. - Наверное, ремнем пороли, - тоном профессионала заметила одна из воспитательниц. - Дней пять назад. У нас ремень получают за плохое поведение: может, в спальне шумела или на урок опоздала. Со мной они даже не общались, относились как к существу неодушевленному. Нестерпимо медленно тянулись минуты. Я переминалась с ноги на ногу, теребя в руках плетку, и ждала. И от наступления неизбежного чувствовала легкую тошноту. Нет, правду говорят, что ожидание порки - хуже самой порки. Хотя и порка тоже не сахар. Зажужжал селектор: "Кто еще в приемной?" - Василий Игнатьевич из котельной и эта, Егорова, скучает. - Чтобы не скучала, всыпь ей десяток. На своем столе. Плетку она принесла? - Принесла, Игорь Васильевич. Хорошо, Игорь Васильевич. Секретаршу звали Леной. Это была стройная, вечно недовольная девушка лет 25-30, которая с большим злорадством относилась к мучением девушек в этом кабинете. И чем красивее была девушка, тем большее злорадство испытывала Лена. Егорова с ее невысокого роста, но очень женственным, округлым телом, детской, наивной мордашкой относилась именно этому типу. - Слышала, что сказано? А ну-ка облокотись на стол и дай свою плетку! Лена обычно водила девушек на порку. Почему-то держа их за ухо. Но чтобы она сама кого-то драла, я не слышала. Однако делать нечего, приказы директора не обсуждаются. - Руки вперед, обхвати стол! - эта паршивая секретарша секла больнее, чем некоторые воспитательницы, с оттяжкой. За что, что я дергала ногами, получила от нее несколько раз по пяткам. - Мне можно идти? - спросила я после экзекуции, потирая руками поротую задницу. - Куда идти? - удивилась Лена. - А к директору на воспитательную беседу я пойду, что ли? И опять ожидание в углу. Только плетка уже лежала на столе, а руки мне приказали держать над головой. Лена в отсутствии посетителей красила губы. - Пусть зайдет, - опять подал голос селектор. Я представилась, как положено: "Егорова Екатерина, 16 лет, три месяца в исправительной школе, нарушила режим, была наказана в приемной". - В приемной было не наказание, а прелюдия, - шеф сидел за большим дубовым столом. - Учишься хорошо, знаешь, что означает слово прелюдия? Твоя плетка никуда не годится. А вот сейчас ты почувствуешь, что такое настоящее наказание. Подай мне вот эту красивую длинную розгу. И хорошо наклони ту часть тела, для которой она создана. Драли меня в положении стоя. Я низко наклонилась и взялась руками ниже коленок. Сама, без напоминания. Шеф даже не стал делать замечаний, а сразу начал пороть. Специфический свист розги переходил в жуткую боль. Казалось, что розга разрывает кожу на части (конечно, это впечатление было обманчивым и я это знала: в школе до крови не секли никогда, только до образования четких и ярких полосок). - Стой спокойно, Егорова, а то прыгаешь, как заяц, - несколько раз одергивал меня Игорь Васильевич, продолжая наносить удары. - Стой и думай о своем поведении. Это означало, что порку я переношу хорошо. Вот если бы я осмелилась изменить позу, уклониться от ударов
Порно библиотека 3iks.Me
17093
18.05.2018
|
|