к дому.
Жест, в общем-то, обычный, если не брать в расчет обнаженность, но мое «отличие», видимо, так не посчитало и воспаряло.
— Подари это желание речке. Отблагодари за то, что донесла нас, не потеряла. Водяному не отдала, — проговорила она, не оборачиваясь, и снова провела ладонью по ягодицам.
Тетя словно знала мои мысли, чувства, потребности.
— Как это — подари? — спросил я.
Тетя остановилась. Закидывая мокрые волосы на грудь, обернулась. Глаза ее вспыхнули ласковым огнем.
— Принеси в дар. Помочь?
Я пожал плечами. Тетя говорила загадкой, но от этого мое отличие от девчонок стало подпрыгивать. Она улыбнулась и подошла беря меня за руку.
— Вернемся, — шепнула мне.
В такие моменты голос ее становился таким чарующим, она говорила тихо, придыханием волнуя грудь.
Я никак не мог привыкнуть к этому. Уже не первый раз, тетя произносила слова в таком тембре и все равно по спине пробегала теплая волна, перетекая, скапливаясь в моем «отличие» — делая его твердым, разрывая желанием.
Мы вошли в воду. Тетя встала за спиной, ее руки протекли теплыми ладонями по моим бедрам, одна охватила «отличие», а другая спустилась немного ниже и приподняла мошонку, пальцем разделив на яички.
Крайняя плоть была скинута и подушечка пальца другой руки стала делать по головке круговые движения по солнцу. «Посолонь», но, как я это движение называется, я узнал намного позже.
При этом, вея на меня горячим дыханием, прижимаясь ко мне всем телом, медленно просовывая одно колено между моих ног и обдавая мне зад жаром своего укромного места, она произнесла:
— Возьми река дар! Нашу сладость, себе на радость.
Мое отличие вздрогнуло и из-под ее пальца стало густо, толчками, литься белая тягучая сперма.
На этот раз, она не убрала руку, прижала к каналу подушечку пальца. Другой рукой, поймала прыгающую в экстазе плоть.
— Дарим, дарим, дарим! — три раза произнесла тетя, водя по головке кругообразно, пока я не прекратил изливать себя в реку.
Тетя обошла меня, присела и ласково выдавила в воду последнюю капельку. Оголила головку.
— Теперь окунись. Пусть вода тебя обнимет.
Я опустился в воду, а она пошла на берег.
К тете у меня было много вопросов и за время отсутствия деда, я думал, потихоньку, ей их все перезадавать, но, с каждым прожитым вдвоем днем, количество вопросов не уменьшалось, а увеличивалось. Мне только открывали необычный и неповторимый мир, в котором жила тетя, подозреваю, ненавязчиво — через деда, а понять удивительный мир предков, я должен был сам...
Подходя к дому, тетя резко пригнулась. Я шел немного позади и чуть не уперся в нее.
— Машина у ворот! — тихо проговорила она, подбирая меня к своей груди через подмышку, ее сердце усиленно колотилось. — Отец Наташки приехал. И чего, его в субботу принесло?!..
— Может, уедет? — наверное, глупо спросил я.
— Не уедет. Ждать меня будет. За сто километров просто так не приезжают. Да и неписаный закон у нас: нет хозяев, а калитка открыта — входи в дом и дождись. Мало ли что! Тайга.
Тетя присела под куст. В ее глазах испуга не было, скорее игривость.
Осмотревшись, не видно ли нас от дома, она добавила:
— Тебе, Горюшко, идти...
— Мне?
— Тебе... Кому ж еще-то? То, что голый — с мальчишки, какой спрос! Сейчас, наверное, как раз часа три дня будет. Я будто бы к катеру пошла, а ты к мостику — купался. В дом зайдешь, сарафан в моей комнате на койке. Сложишь в сумку и отдашь псу. Скажешь: «ищи». Он найдет. Ну, Горюшко, беги. Выручай свою тетку...
Ступень восьмая.
Я же мужчина, стало быть, все должен брать на себя. С этой мыслю, я отправился к дому деда. Внушая себе, что мой голый зад — летняя таежная обыденность, я смело подошел к калитке и оторопел...
В «ГАЗике» сидела Наташка. Не мигая, ее глаза смотрели на мое отличие от девчонок — именно на него, сам я ее, видимо, не интересовал. Чувство было двоякое, с одной стороны мне хотелось дать деру, только я не знал — повернуть обратно или все же пройти в дом, с другой, — во мне проснулось что-то доселе неведомое.
Взгляд Наташки на моем «отличии» был совершенно другим, чем у тети. Если тетя смотрела на него ласково, почти по-матерински, то Наташка — дерзко, с вызовом. Ее карие глаза охаживали мое «отличие», словно два бесенка, заставляли его шевелиться, а когда оно сдалось и немного приподнялось, на лице Наташки появилась ехидная улыбка, вырвался смешок...
Неожиданно, во мне проснулся воинственный дух предков, мне захотелось покорять. С тетей у меня таких мыслей не было. С тетей у нас преобладало полное понимание, по крайней мере, с ее стороны. Конечно, после дара себя реке мое «отличие» выглядело совсем не воинственно, оно шевельнулось, вскинулось, но больше ничего не пожелало. Предательски повисло, стыдливо прикрывшись крайней плотью.
Под второй смешок, я нагло направился к машине. Сам не ожидал такого от себя.
Расчет был прост — скрыть нижнюю половину своего обнаженного тела близким расстоянием. Я подходил к машине, а глаза Наташки увеличивались. И от чего? По моим прикидкам, дверь «ГАЗика» с опушенным стеклом, за которой и пряталась ехидная девчонка, меня надежно прикрывала, но чем ближе я подходил, тем ее карие глаза становились больше.
Длинные шелковые ресницы порхнули и она произнесла:
— Ты чего?
— Отец где? — спросил я, уперев локти на дверцу, сложив руки, словно на парте.
— Пошел на пристань, — ответила она, на
Порно библиотека 3iks.Me
38302
23.02.2019
|
|