Комара хотел убить!
— Уже... Смотрел, да!
— Куда?
— Сюда! — она ткнула пальцем в декольте.
— Чего покраснела-то?
— Заели... Пошли в дом.
— Тетка еще не звала.
— Тогда не смотри больше...
Я обогнал ее и пошел к собаке. Еще указывать будет!
— Стой! Стой там!
Я провернулся. Наташка оглянулась. Подхватив ладошкой правой руки согнутую в колене правую ногу, наклонилась вперед. Ее продолговатые груди снова открылись моему взору, но теперь они были немного другими, как бы заострились, уперлись сосками в ткань. Карие бесенята смотрели на меня с вызовом.
Тетя крикнула, чтоб шли спать.
Наташка проскользнула в комнату, где ей постелено, шторы сразу были плотно задернуты. Через какое-то время, оттуда вышла тетя с притушенной керосиновой лампой и объявила мне, чтобы тоже ложился.
Я пошел в свою комнату, словно в ссылку. Лег под одеяло, перекинулся на один бог, на другой — не спалось. Карие бесенята Наташки, шелковые ресницы, продолговатые груди, посетили меня, как-то неожиданно. Насилу прогнал. Тогда ко мне в голову пришла тетя, — она лежала обнаженная в ромашковом поле...
Не отбрасывая одеяла, я снял трусы. Мое отличие от девчонок, просилось в ладонь, но на душе было как-то не по себе. Пару раз, без особого огонька, я его огладил... Мешало одеяло. Откинул. Снова огладил.
Нет... Решил спать.
Еще неделю назад, я бы приложил руки к своему «отличию», принял бы созданное самой природой снотворное и уснул с чувством выполненного перед молодым здоровым организмом долга. А сейчас, я лежал и считал себя покинутым.
Тюль тихонько откинулась, вошла тетя, Приложив к губам палец, она скинула ночную рубаху и, жестом, попросила подвинуться.
Легла. Я положил голову на ее мягкую и теплую грудь.
— Чего ты, Горюшко? — спросила тетя, взлохматив мне кудри.
— Наташка спит? — ответил я вопросом.
— Уснула. Сладко так, с улыбкой. А ты, я смотрю, заскучал...
— Она ничего не говорила?
— Говорила...
— Что?
— Все тебе расскажи! Это наши с ней секреты.
Я прижался к тете, вдыхая аромат. Пахло тестом и совсем немного беляшами. Ее рука нашла мое отличие от девчонок. Оно радостно вручило себя в ее ласковую ладонь.
Все произошло быстро. В последний момент, немного приподняв, тетя положила отличие себе на живот, оно ударило по нему несколько раз, брызнув под грудь.
Слившись воедино, мы, молча, лежали, пока я не уснул...
Ступень десятая.
Открыл глаза резко, словно проваливаясь. В комнате неуверенно растекался рассвет. Тетя рядом, немного запрокинув голову вверх, дышала ровно, спокойно, немного посапывая. Ее лицо было таким красивым, что я залюбовался.
Первый раз увидел ее спящей. Обычно, я засыпал до нее и просыпался после. Грудь тети равномерно вздымалась, а соски при выдохе приподнимались. Я лежал глазами почти вплотную к ним, мне было хорошо видно — они набухли и шевелились.
Да простит меня бог сновидений Морфей, но, я не удержался и прислонил губы к одному из них. Сосок был сухой и когда я обласкал его языком — немного солоноватый. Тетя глубоко вобрала в себя воздуха и муркнула или мурлыкнула, я даже не знаю, как описать тот выдох сна. Приоткрытый рот выпустил его с кой-то лаской, губы прошептали: «выше, чуть выше...». Я отпустил сосок и поднялся губами к родинке, ожидая, но она не открыла глаз.
Тетя спала, ее слова были сну или во сне, рука ласкала живот, пальцы опустились ниже, немного подрагивая, заползли в курчавый треугольник. Я замер. Она откинулась на спину, отвела ногу и...
Нет, тетя не проникла во влагалище, наоборот приподняла кисть, ладонью вверх, огладила воздух. Создав из пальцев подобие кольца, как бы что-то обхватила. Нежно, поступательно подвигав, раскрыла себя. Она не раскинула колени, вовсе нет. Просто сжала ягодицы и приподнялась, выгнулась, издавая тихий стон.
Кажется, у меня даже сердце остановилось, перешло в коматозный режим — два-три удара в минуту. Не шевелился — это точно. Тетя застонала громче, ее пальцы резко вошли меж бедер. Зажимая руку, согнутые колени сомкнулись. Поворотом на бок, она оказалась лицом ко мне, — медленно проснулась.
Мы смотрели друг на друга. В глазах тети не сразу появилась осмысленность, она как бы озаряла их постепенно, словно приходя издалека.
— Не спишь? — густо краснея, спросила она.
Я моргнул. Рука тети медленно покинула бедра. Не зная куда спрятаться, попала в мои. Я поймал ее пальцы ладонями и поднес к своим губам.
— Не надо, Горюшко! — прошептала она.
Я снова промолчал, втянул ноздрями ее запах — немного сладковатый. Влажная кисть дернулась, я сжал ладонь тети, приложил губы к нервно-подрагивающим подушечкам пальцев и сопротивление ее руки ослабло.
Тетя смотрела на меня с необъяснимой нежностью и в тоже время, глазами, она просила — отпусти.
Разумную инициативу с женщинами, все же нужно проявлять, это я понял, когда тетя сказала мне про неположенный гребень, в сумку вместе с сарафаном. Я держал ее влажные от желания пальцы и думал — это именно момент мужского решения. Возможно, я ошибался, но на ошибках учатся. В данном случае, лучше учиться на своих, чем на чужих.
Я открыл рот и...
— Нет!.. — тетя выдернула руку, ее пальцы выскользнули из моих ладоней. — Не надо... я... я... милый, хороший... не надо!..
— Я видел...
Не знаю, но мне не хотелось этого скрыть. Мне хотелось поделиться увиденным. Если не с тетей — то с кем? Рассказать, как понравился мне ее запах пробуждения.
— Видел?!..
Тетя хотела откинуться на спину, спрятать глаза, лицо. Спрятать себя. Она даже как-то сжалась, но я не дал жемчужине закрыться в ракушке. Снова
Порно библиотека 3iks.Me
38302
23.02.2019
|
|