встретила «фэйс-контроль» — кликуша Дуся. Вспорхнув широкими черными одеяниями, она подлетела к Полозу и, заглядывая ему в глаза, будто желая клюнуть, каркнула:
— Пришел, соколик! Перечить старцу грех! Тридцать два дня до кончины мира осталось! Как луна на другой раз сменится, будет суд Божий!
— Пришел, матушка, — ответил Полоз. — Показывай, куда нам с сестрой далее идти. Не держи на пороге.
— В Сионскую горницу, куда ж ещё-то! Вон, крылечко!
Дуся снова впорхнула и уже встречала других гостей, увещевая: «Конец Мира неизбежен. Близится, близится! Ещё один день миновал...».
«Придавила бы! И как ты, Змеюшка, её терпишь?», — мысленно спросила Светка, пока тот раскланивался с адептами старца Владимира, стоявшими каждый на своих местах, согласно иерархии хлыстовства, словно бояре на Красном крыльце царского двора в Кремле.
Буквально каждому из мужского пола старше его возраста, Полоз уделил слово, женскому, от мала до велика — взгляд, что впрочем, не мешало ему, мысленно, беседовать и с названой сестрой.
«Слушай, Свет, ты злая, что в девках осталась? Или...».
«Или... Больно хотелось!», — телепортировала она, словно из пулемета, очередями, размышляя: «Можно ли Змею показать язык? Незаметно для остальных».
«Нельзя!» — отозвалось в голове.
«Жаль»
«Как думаешь, Свет, кто у нас старец?!
«Проходимец, Змеюшка! Опиум для народа, всегда был наипервейшей статьей доходности из четырехсот сравнительно честных способов отъема денег у населения».
«А если мыслить не по классики...».
«Думаешь, Слуга Хаоса?».
«Скорее нет, чем — да. Но, проверить ни мешало бы».
«Слава Богу, разродился! Тормозни-ка мизансцену! Я сбегаю, гляну. Хотя, против, душки Эскулапа Бездны этот не фокус не прокатит».
Светка задумалась. Под кикой что-то или кто-то заворошился, жутко хотелось запустить в волосы ноготки и поцарапать.
«Змей! Я исчезну...»
«Куда?»
«Приспичило. Овса переела!».
— И не совестно? — спросил Полоз, неожиданно для себя вслух, под многочисленные косые взгляды адептов старца.
Света стояла рядом, как и должно отроковице держала глаза долу. На ее юных щёчках пылал румянец, самой невинностью. Но это внешне, а мысли отбивали своему наречённому брату телеграмму:
«Вот теперь объясняй этому, душному козлу с бородой, — который обратился к тебе с приветом рассказать, что солнце встало, — кому и зачем ты, Змей, вдруг, неуместное брякнул. А мне пора!».
Скромная Оленька тихонько отошла от Змея-стрельца, в которого вцепился какой-то старик, требуя пояснений сказанного, и понеслась до отхожего места.
Убедившись, что к ней никто не приставлен, — голос кликуши Дуси, словно грамзапись финального акта оперы «Конец Света», раздается на другом конце двора, Света прошла лопухами к дому старца Владимира со стороны огорода. Подняла голову вверх.
— Ого!!!
Хоромы стояли в три яруса — подклеть, клеть и терем. Представшая взору, стена из толстых бревен была совершенно глу
хая, только голубятня над теремом имела небольшое овальное окно.
В двух рубахах не забраться. Впрочем, в одной тоже.
— Апчхи!!! И здесь проклятая полынь.
В голове пробежали белые искорки, и закрутился видеоролик о домашнем альпинизме. Мужик, гуляющий по потолку пауком. Набор канатов, карабинов, поясов, штырей, хитроумных узлов. Завершал картину ледоруб, мощный, с красной пожарной ручкой.
Видение совершенно не подходило Свете, поскольку пользоваться снаряжением альпиниста она, увы, не умела. Образ супермена, как вариант, был откинут. Женщина-кошка Полозу точно не понравится, Горынычем дуться будет.
«Змей! Чтоб тебя! Не положено, не положено! Теперь хоть лопухом прикрывайся!», — мысленно корила она Полоза, приглядываясь к выемкам меж бревнами, куда можно сунуть пальцы рук или ног. Светка была похожа на кошечку, что долго смотрит, смотрит, да как прыгнет. Её зрачки стали сужается в лезвия...
Белой пушистой хищницей в рогатой кике, в несколько прыжков с точечными зацепами коготков на отвесной стене, Света взобралась на голубятню, распугивая мирно воркующих птиц-вестников зеленым взором.
Приобретая облик девушки, с ниспадающими на голые ножки подолами одного и второго платьев, она мурлыкнула:
— Сожгут, как ведьму, если кликуша увидела! А если еще и Змей заметил! Пухом и рваными колготами, я точно не отделаюсь. Ну ладно, что сделано, то сделано. Пойдем, глянем, что старец в тереме прячет...
«Я знаю, у красотки есть сторож у крыльца.
Никто не загородит дорогу...».
Из голубятни Света попала в светлицу — три окна на разные стороны. Комната была даже не чисто прибрана, а тщательно выскоблена до четкости рисунка структуры дерева. В центре комнаты, четырьмя толстыми нитями на крестовине, с потолка, покачиваясь, свисала дубовая зыбка.
На цыпочках, Света подкралась к ней и заглянула. В колыбельки, чему-то улыбаясь, лежала маленькая девочка. Не мальчик, это было видно, она собрала голыми ножками лоскутное одеяльце. Маленькими пуговками, глазки смотрели на гостью, совсем не испугано.
— Тук, тук, — кто в теремочке живет? Ах, вот какая раскрасавица в нём живет-поживает, добро наживает! А я мышка-норушка, пустишь к себе жить?
Ребенок заболтал ножками.
— А где твоя мамка? Да ты, никак описилась! Мокренькая. Пойдешь ко мне?
Доверчиво лопоча на каком-то своем понятном только ей языке, девочка потянула к ней ручки...
— Пойдешь? Ну, айда!
Света взяла младенца, ладонью, подбирая с голенькой попки влагу и закутывая ее в лоскут одеяла. Девочка булькала губами и смотрела, то на неё, то вверх.
— Гули, гули, гули... Да, там гули! Слышишь, воркуют? Он такой важный, надулся, расхаживает. А она, рядом с ним, шейкой так и отливает...
«Ехали медведи
На велосипеде
А за ними кот
Задом наперед
А за ним комарики
На воздушном шарике...»
— Ма... — ответила девочка, указывая пальчиком на угол синего неба в окне.
— Нет. Будем надеяться, что твоя мама ещё не там. А, правда, где мама?
Покачивая, баюкая ребенка, Света почесала нос тыльной страной свободной ладони и огляделась.
В дальнем углу единственной
Порно библиотека 3iks.Me
14350
25.02.2019
|
|