придот...
При этом она продолжала помешивать что-то в глубокой сковороде, от которой поднимался густой пар и обворожительный запах какого-то восточного кушанья.
– Жди его здесь, скажешь Вахо, что ты моя подруга, что э
то я тебя привела и просила его приютить тебя на пару часов, пока я освобожусь, и пусть он не смеет тебя обижать, – сказала мне Ритка и, повернувшись к хлопочущей у плиты девчонке, повторила: – слышь, Сашка, скажи Вахтангу, что это – моя подруга. Пусть позаботится о ней и не обижает её.
– Харашо, – отвечала девчонка по имени Сашка.
– А прывэт, мая нэнагладный Марго! – услышала я сзади себя басовитый, но приятный мужской голос, – падружка свой прывёл? Маладэц!
Я повернулась и увидела высокого, мускулистого, довольно красивого мужчину в черной фуеболке “ADIDAS” и в вязаных рейтузах в обтяжку, длиной по колено. Его волевой подбородок отливал синевой от свежей щетины, и он мне напомнил сказочного Синюю Бороду. Он обхватил Ритку за поясницу притянул её к себе, приподнял немного над полом и смачно поцеловал в губы. При этом ему пришлось наклониться, ведь он был больше чем на голову выше Ритки. Та вывернулась из его объятий и повторила ему то же, что и сказала только что нам, с одной лишь разницей, что вместо “не обижай её”, сказала: “не давай её никому в обиду”.
– Мылиий, Марго, ти што гаварышь, как можно?! Штоби Вахтанг дал свою гостя в абыду! Я скарэе сэбэ буду убыт! – и, обернувшись ко мне, вопросил: – Как тэбэ зовут, мылий красавыц?
– Лена, – ответила я робко.
– Лээнааа, – повторил он протяжно, – какой красывий имя! – и обернувшись в сторону Ритки добавил: – А ти можышь идти, голий жопка!
Ритка усмехнулась, чтобы показать, что не обижается на “голую жопку”, повернулась, показав Вахтангу “свой голий жопка”, и исчезла за дверью. Вахтанг же указал мне на кресло в одной из ниш и сказал:
– Садысь, Лэнааа, падажды, сэчас ми тэбе абэдат будэм.
С этими словами, он повернулся и подошел к плите, где Сашка хлопотала над жаревом. Девчонка тут же повернула ручку плиты, выключила газ и, протянув к Вахтангу тонкие руки, подпрыгнула и со словами:
– Вахо, ти пришёль! Уже всо гатово! – повисла у него на шее. Он подхватив Сашку обеими руками под попу, приподнял её над землёй, и они долго и смачно поцеловались. Тут Вахтанг принялся своими большими мохнатыми ладонями мять сашкины ягодицы, при этом юбка на ней задралась, попа её заголилась, и я ясно увидела, что под юбкой у Сашеньки нету трусов. Вдруг Вахтанг, одною рукою продолжая держать и мять сашкины ягодицы, засунул большой палец второй руки под резинку своих штанов и, наклонившись, ловко стянул их с себя вниз по колено вместе с трусами. Потом он перешагнул одной ногой за другой через штаны и отфутболил их в сторону, оказавшись снизу полностью голым. Его чудовищный член выпрыгнул на свободу, качнулся из стороны в сторону и стал, пульсируя, змеёй загибаться кверху. Вахтанг, продолжая держать одной рукой за задницу висящую на нём Сашку, другой расстегнул на ней юбку и тоже отшвырнул её прочь. Потом он засунул палец освободившейся руки Сашеньке в задницу, а второй рукой, ухвативши себя за напрягшийся ствол, начал ввинчивать его ей в утробу. Она сладко визгнула и ещё теснее прижалась к нему, а он обеими руками массируя, терзая и тиская её маленькие ягодицы, принялся насаживать её, как цыплёнка, на вертел, подбрасывать её вверх и вниз, словно плясал под конвульсивную песню Майкла Джексона. Я смотрела на них, вылупив глаза, и, в оцепенении, не могла шелохнуться. Вахтанг громко сопел, кряхтел и охал, а Саша ахала и повизгивала, будто ей было горячо, но приятно.
Вахтанг, меж тем, вдруг, ухвативши своими ладонями Сашеньку за бока, приподнял её вверх, снял со своего агрегата, развернул её ко мне передом, и о ужас! Что ж я увидала? Меж её согнутых, как у цыплёнка, девичьих ножек раскачивался из стороны в сторону самый настоящий мальчишеский член, разве что, только вот без яичек. Небольшой, неизмеримо меньший, чем у Вахо, скорее похожий на сосисочку “Папа может”, но совсем настоящий, залупленный и даже слегка напружинившийся.
От этого зрелища я прямо вся... не могу подобрать слово... обалдела... нет, офигела... нет, не то... А! – Опупела! Вот именно! Да! – Опупела. Я сижу такая вся опупевшая и таращусь на них, на обоих. На эти их палку колбасы и сосиску... А этот снова засунул ему свой дрын под торчащий к небесам член и качает его на руках, насаживает, натягивает, приподнимает... и хоп... хоп... хоп... Я чувствую, у меня у самой там всё повлажнело. Малой вдруг выгнулся весь, затрясся, заизвивался, закатил глаза и заверещал глухим голоском, из его лиловатой залупки вылилась белая капелька, А этот зверь вдруг резко поднял его вверх сорвал со своего чудовищного дрына и обстрелял ему задницу струями белого киселя...
Потом Вахо обнял его, прижал его к себе, как игрушку, выглянул и за его плеча, посмотрел на меня с белозубой улыбкой и говорит лукаво:
– Лэначка, милий, што глазы так витащил? Ны когда гемрапродит нэ видал?
Я сижу, молчу, только головой помотала: “Нет, мол, не видела никогда”, – а он тогда взял одной рукой его под коленку, приподнял, растянул, как цыплёнка, подошёл ко мне ближе, повернул промежностью в
Порно библиотека 3iks.Me
16561
10.03.2020
|
|