Петр 1-й Альтернатива- Читать онлайн

— Алексашка! – закричал молодой царь. – Умываться!

Алексашка шустро подскочил с тазом, кувшином и полотенцем, (и когда только спал?), слил царю. Петр, умывшись, подмигнул денщику:

— С утра поедем в Новодевичий Соньку, Сусанку, то есть, навестить, а потом – к Монсихе на Кукуй!

Не так давно царевна Софья, сосланная в Новодевичий монастырь, приняла постриг под именем Сусанны. Вспомнив библейскую притчу о Сусанне и старцах, Петр долго смеялся и хлопал Алексашку по спине.

— Ой, не могу! А кто же старцы? В женском монастыре?

— Наверно, мы с тобой, мин херц! Больше некому!

Долго смеяться царю было нельзя, мог случиться нервический припадок, и он с усилием овладел собой, но снова прыснул. Уж больно смешно задуманное.

Едва рассвело, выехали из Измайлово двумя отрядами. Впереди – конные измайловцы и семеновцы, переодетые стрельцами. В некоторым отдалении – царская карета с гербами и «настоящими» потешными в зеленых и синих кафтанах. Царь не любил ездить верхом, поэтому он сидел с Алексашкой Меньшиковым в карете, а на козлах – Никита Зотов, дядька и собутыльник.

Из Измайлово до Новодевичьего монастыря – путь неблизкий, и царь заскучал. Алексашка, видя такое, стал смотреть в окошко, ища развлечения, и, наконец, увидел! С деревянным ведром, босая, шла девка в сарафане, вероятно, по воду. Меньшиков стукнул два раза в стенку, как было говорено, и карета остановилась. Алексашка выскочил, разнаряженный, как петух, с перьями на треуголке. Увидев, такую яркость и пестроту, девка аж присела от испуга, а Меньшиков схватил ее поперек живота и поволок в карету. Бросил на сидение перед царем, а сам сел рядом.

— Вот! Девку подобрал для развлеченья, господин бомбардир!

— Хороша! – обрадовался молодой царь, схватив девку за подбородок. – Как звать?

— Аксютка, – еле пробормотала девка, от страха обмочив подол зеленого сарафана. С сидения потекло на пол.

— Фу, зассыха! – недовольно сжав рот в куриную гузку, сказал царь. – Оботри ее чем-нибудь.

Меньшиков ловко поставил Аксютку на ноги, сорвал с нее сарафан и грубую посконную рубаху, а царь жадно впился в голую девку глазами. Алексашка мял ее большие груди и гладил светлую шерстку между ног.

— Хороша Аксютка! – сказал царь и спешно спустил короткие панталоны до колен.

Девка тихо завыла, увидев царев в семь вершков член.

— Ну-ну! – с угрозой в голосе сказал Алексашка. – Будешь ныть, госу...

— Господин бомбардир! – поправил его Петр.

— Господин бомбардир велит тебя женским местом на кол посадить.

— А понравишься мне, дам вот это!

Петр показал ей серебряный ефимок:

— Что это?

— Денюшка! – с улыбкой сказала девушка, позабыв про наготу и срам находиться голой перед двумя мужчинами.

— Денюшка! – передразнил ее царь, дернув усом, правда, с улыбкой. – На эту «денюшку» можно полдеревни купить!

Аксютка протянула руку за монетой.

— Э, нет! – остановил ее Алексашка. – Сначала отслужи.

— Только посмотри вначале, – велел царь. – Девка ли она?

— Судя по грудям и бокам, – важно сказал Меньшиков. – Не рожала.

— Ты ТАМ посмотри, а то не рожала!

Алексашка нагнул Аксютку и ловко засунул в нее палец.

Аксютка замерла.

— Так точно, девка! – по-военному доложил он и дурашливо вытянулся во фрунт.

— Тогда ты первый!

После конфузии с женой Евдокией Лопухиной, которая кричала на весь дворец и ползала на карачках от супруга в первую брачную ночь, увидев его длиннющий член, Петр возненавидел девственниц, а когда таковые попадались, предлагал быть первым Алексашке или Алешке Бровкину, которого недавно взял потешным барабанщиком. Но сейчас Алешка шел позади кареты, а Меньшиков был тут, рядом.

— Значит, так, Аксютка, сейчас я тебя ебать буду, а ты молчи. Посмотри – это царь Всея Руси!

От таких слов девка почти лишилась чувств. Теперь Алексашка мог делать все, что заблагорассудится...

Крепко не любила матушка Наталья Кирилловна свою падчерицу Соньку, сидевшую на троне выше слабого Ванечки и родненького Петруши. И еще больше невзлюбила, когда верные люди донесли, что живет царевна, почти не скрываясь, с боярином Василием Васильевичем Голицыным. Значит, Соньке можно, а ей нельзя? Царице нельзя? А Сонька сейчас, небось, лежит, раскорячилась, а Голицын над ней царствует! Нехорошо, неправильно. Царица скинула черные одежды и осталась в одной шелковой рубашке. Со свечой в руке подошла к зеркалу. Царица усмехнулась. Ну, что же, постарела немного, потолстела, но Соньке далеко до нее. Одни глаза чернопламенные чего стоят! Последнее время стало тяжело ей переносить свое вдовство. Намедни стояла утреню, не достояла, ушла. А все потому, что почудилось у батюшки под рясой.... Ой, бесовство!

— Никита! Зотов! Поди!

Вошел дядька Петруши в исподнем со свечой, молча, поклонился в пояс.

— Как там Петруша?

— Спит, матушка царица, набегался давеча с потешными, почивает.

Предан Никита истово. Такого пытай, из спины ремни режь, не выдаст и не расскажет.

— Скажи, Никита, красивая я?

Никита аж запрокинул голову от истовости, затряс светлой бородкой.

— Ох, красива, матушка царица!

— А так?

Она подняла подол рубахи, показала белые ноги и выше. Никита бухнулся на колени.

— Ох, красива! Нестерпимо!

— Так возьми... – как можно более равнодушно, но сверкая глазами, сказала Наталья Кирилловна.

Она лежала поперек кровати, бесстыдно раскинув ноги, Никита, надсадно пыхтя, как кипящий самовар, старательно трудился над ее телом. Уже три раза испытала Наталья нестерпимую сладость и хотела еще. Хватит, натерпелась, а что грех, летом пойду по монастырям, отмолю. Так думала царица, когда вошел Петруша. Длинный, под притолоку, заспанный, в белой рубахе, как привидение. Вошел и встал, подпирая косяк.

—

Порно библиотека 3iks.Me