приставить к ней свой член, хотя бы на несколько недель. И если он будет обращаться с племянницей и ее мамой должным образом, то есть держать в строгости, то между ними не должно возникнуть большой дисгармонии. Женщины, по его мнению, хорошо переносят суровость, хотя со Сьюзен поначалу может быть трудно — ведь все может случиться.
Так мог бы подумать любой, кто знал Сьюзен. На двадцать первом году своей жизни она была на дюйм выше своей матери и обладала гибкой фигурой. Ее груди были маленькими, высоко поднятыми, с тонкими заостренными сосками, которые привели бы в восторг блуждающие пальцы многих мужчин или женщин, если бы они случайно вторглись в ее корсаж — но еще ни один не смог этого сделать. Ее прекрасная округлая попка еще не была вылеплена любящими руками, губки ее девственного любовного святилища еще не раздвигались вопрошающими пальцами. Короче говоря, Сьюзен была прекрасна во всех отношениях, вплоть до гордого трепета ноздрей и величественной, но осторожной походки, словно в любой момент она опасалась обо что-нибудь споткнуться.
То, что его племянница еще не познала мужской член, было очень важно для Перси. Когда он ехал на железнодорожную станцию и размышлял, то его первым побуждением по прибытию было обнажить и потрепать плетью ее благородный молодой задок, пока она не завизжит, требуя освободить ее, а после насадить ее на ожидающий в нетерпении член — этот великолепный образчик мужского инструмента, который почти наверняка она никогда еще не видела в полной стойке. Но возможно в данном случае необходимо было применить иной метод — такой же по сути целеустремленный, но иной по форме. В любом случае, через несколько дней она станет более покорной. Две хорошо обученные женщины в доме, обе из его собственного социального слоя, которых можно научить многим маленьким трюкам и которые, в конечном итоге, могли бы помочь ему в соблазнении молодых девушек, оказались бы более восхитительны, чем обычная миссис Смит, которая, по счастливой случайности, на этих днях так и не появилась.
Удивление вспыхнуло в глазах Сьюзен, когда она вышла из поезда в красивом бело-голубом платье и увидела, что ее ожидает только дядя.
— Мама нездорова? — спросила она, когда они уселись в экипаже викария.
— Она отдыхает, моя дорогая. Боюсь, она немного переборщила с портвейном, но скоро придет в себя, я уверен.
— О! — только и смогла воскликнуть девушка, потому что она не знала за своей матушкой таких привычек и чувствовала себя немного ошарашенной от смущения, которое лишь немного улеглось, когда, добравшись до дома священника и сбросив цветастую шляпку и белые перчатки до локтей, она поднялась наверх. Ее дядя, шедший за ней, с большим удовлетворением и немалым нетерпением наблюдал, как под туго стянутой тканью сужавшейся юбки перекатываются ее упругие персики.
Звук, который издала Сьюзен, войдя в будуар греха, был поистине оглушителен. Там, в полной своей наготе, лежала ее любимая мама, свесив одну ногу с кровати, и выставив на всеобщее обозрение все свои пышные, упругие прелести.
— Она... она... она полностью раскрыта!!! О, мама, мамочка! — воскликнула Сьюзен, встряхивая свою родительницу и тщетно пытаясь укрыть ее простыней, которую хитрый священник скрутил и подоткнул под отяжелевшие ноги сонной Милдред. Конечно, недоумение девушки было еще бóльшим от того, что ей предстало развратное зрелище интимных мест матушки, и поэтому она тянула простыню все сильнее, пока наконец Перси не обхватил ее за талию и не поднял так высоко, что ее ягодицы плотно прижались к его чреслам.
— Не расстраивайся, моя дорогая, и не тревожь ее пока, потому что вскорости она проснется. Кроме того, ты, должно быть, устала после путешествия. Пойдем, отдохнешь немного со мной в гостиной. Она позвонит нам, как только проснется. Я боюсь, что это портвейн... Ты же видишь, что бутылка почти пуста.
— О, бедная матушка! — всхлипнула Сьюзен, но, не видя, как можно ей помочь, позволила ему увести себя вниз, обняв за талию, и усадить на диван, где она нервно перебирала пальцами и почти отказалась от рюмки ликера, который Перси сам поднес к ее губам и таким образом получил повод сесть рядом с ней. Наливая его так, чтобы она не видела, он позаботился о том, чтобы в нем оказалась капелька того самого зелья, которое отправило Милдред в страну грез, — одна-единственная капля, которая заставила бы Сьюзен слегка задремать.
— Не понимаю маму. Такого еще никогда не случалось, — пробормотала она, когда теплая жидкость потекла по ее горлу и поползла в живот.
— Всему виной одиночество и... желание, моя дорогая. Последнее, я полагаю, имеет первостепенное значение. Расслабься, откинь голову назад. В поезде было сильно жарко? В самом деле, тебе следует снять платье. Допивай свой ликер, его следует принимать одним глотком.
— Но, дядюшка, я... — «...ульк!» — ковтнула Сьюзен, когда из рюмки, поднятой его рукой, остатки сладкой огненной жидкости вылились ей на язык. Он обнял ее за плечи, и она действительно откинулась назад, положив голову на низкий край дивана. Затуманенным взглядом, который заволок ее глаза, она заметила движение руки, которая скользнула по ее торчащим грудям, а затем, поколебалась, легла на ближайшую из них.
— Желание иногда очень сильно в женщинах, моя дорогая. Твоя мама решила открыться и довериться мне. Дело было в сумерках, как ты понимаешь, когда дом был окутан некой тайной восторга. Не было никакой иной помощи
Порно библиотека 3iks.Me
33278
06.12.2020
|
|