для нее, разве что только стянуть вниз ее панталоны...
— Ох! О, дядя, умоляю... пожалуйста... — послышался тихий стон Сьюзен, которая чувствовала себя так, словно ее голова оказалась в облаках. Беспомощно соскользнув в сторону, она прижалась щекой к его плечу.
— Да, конечно, моя дорогая, но я скажу тебе больше, — промолвил Перси, умышленно неверно истолковав ее вскрик, — Когда я увидел ее бедра и живот, губки ее щелки, набухшие от желания, мне ничего не оставалось, как исполнить свой братский долг и явить на свет мой детородный орган, — то есть мой пенис, мой член, мой стержень, мой гребень, мой инструмент. Уже через мгновение твоя мама сжала его в ладони и скользнула языком мне в рот, и ощутив, как ее обнаженный живот прижимается к навершию моего органа, возникшее желание в равной мере заструилось и по моим венам. Здесь, на этом самом ковре, я залил ее восхитительную киску своей животворной жидкостью, а затем, после многих сладострастных поцелуев и вздохов глубочайшего удовольствия, твоя дражайшая матушка умоляла меня позволить и тебе познать такую же сладострастную радость.
Сколько его слов дошло в полусонную голову Сьюзен, викарий никогда так и не узнает, но среди потока речей, каких она никогда прежде не слышала, девушка, теперь уже полностью откинувшись на спинку дивана, смутно ощущала, как его руки скользят вверх по ее бедрам, как его пальцы развязывают завязки ее панталон.
Едва уловимые всхлипы донеслись от нее, но даже они оказались приглушены сладким туманом, который окутал ее разум. Ее юбки оказались подняты вверх, подоткнуты под ее попку, после чего она почувствовала, как с нее быстро стянули панталончики, и Сьюзен впервые оказалась перед мужским взором обнаженной от талии до ног. Ее руки дернулись, будто пытаясь защититься, но больше она ничего не смогла сделать — не смогла даже поднять руки, потому что они внезапно стали тяжелыми, будто налились свинцом. Что же касается ее внутреннего состояния, то оно оказалось в целом даже приятным, во многом таким, каким, можно сказать, наслаждаются курильщики гашиша в восточных странах.
Почувствовав, как ее изящные, обтянутые чулками, ноги раздвинулись, Сьюзен испустила тихий, дрожащий вздох и позволила тонкой пене завитков вокруг бугорка Венеры показаться ее дяде, который поднялся и дав ей раскинуться на диване, медленно расстегнул пуговицы, явив перед ней свою пылающую эрекцию.
И не имело особого значения, что в своем забытьи Сьюзен, казалось, не замечала этого непристойного зрелища, потому что ее лицо было повернуто вбок, а глаза полузакрыты.
«Еще есть время, — подумал Перси, — еще есть время вначале поиграть с тобой». Ее любовные губки, хотя и были сжаты, уже блестели от дневного тепла и дорожных впечатлений.
Сладкий запретный плод нуждался в бóльшем увлажнении, поэтому он опустился на колени и просунул лицо между ее длинными стройными ногами.
Глава 18
— А чему и где я должна их учить?
Задав этот вопрос Ванессе, Маргарет нервно переплела пальцы, тут же пожалев, что их первый разговор вообще состоялся.
— Конечно, здесь, в своей спальне, для этого самое лучшее место, моя дорогая, — уклончиво ответила ее спутница. — Кстати, я полагаю, что бóльшая часть образования скучна. Тебе так не кажется? Меня так пороли в детстве за то, что я не следила за своими суммами и орфографией!
— В самом деле? — с любопытством спросила Маргарет. Сидя поначалу на маленьком диванчике под эркерным окном, она затем перебралась на кровать, но после, посидев немного, беспокойно вернулась на свое прежнее место.
— О да! Моя гувернантка была в восторге от этого зрелища и часто позволяла моему кузену Алексу наблюдать за тем, как мне задирают юбки и поджаривают розгами мою бедную задницу, которую меня заставляли отставлять назад и держать так высоко, что ничто не укрывалось от его похотливого взгляда. Мне было семнадцать лет, а ему — всего пятнадцать, но уже тогда в нем чувствовалось явное возбуждение, которое нельзя было не заметить. Потом, пока я лежала, всхлипывая, с обнаженной покрасневшей попкой, моя гувернантка обхаживала его. Когда с него снимали бриджи, я не могла не заметить, как от прикосновения розог к ягодицам напрягался и поднимался его член. Мне кажется, у мальчиков в таком возрасте пенисы уже такие прелестные, не правда ли?
— Эээээ... да, моя дорогая... да, правда, — Маргарет сглотнула.
— Поэтому я считаю, что ты должна преподавать анатомию, Маргарет... я имею ввиду, и женскую, и мужскую. В противном случае, кое-какие грубые и развратные вещи мальчики познают сами, и не всегда от лучших друзей. Ты же, моя милая, сможешь их воспитывать и ободрять. Другими словами, Маргарет, ты поможешь им производить свои горячие выбросы, одновременно раскрывая те восхитительные части своей сладострастной фигуры, которые могут их получить.
— Я не... Я даже не знаю, как начать такое... ммм... обучение! О, ты непременно наставишь меня на путь греха! — ахнула Маргарет, однако в голосе ее чувствовалась значительная доля лжи.
— Пути греха часто оказываются путями наслаждения, Маргарет. Соберись с духом ради последнего, или, точнее, распусти свой корсет и подтяни чулки, и тогда ты окажешься во всеоружии. Пойдем, я помогу тебе, расстегну твое платье.
— О, нет! Пожалуйста, я не могу!
— У нас не всегда есть выбор в таких делах, моя дорогая, — сухо ответила Ванесса, которая еще не забыла своих первых встреч с викарием. Подняв Маргарет на ноги, она с удовольствием смотрела на ее
Порно библиотека 3iks.Me
33278
06.12.2020
|
|