Дефлоратор- Читать онлайн

не смотреть. Я инженер, а не врач.

— Ну, дерзай, – спокойно сказала Наташа, словно речь шла об открывании бутылки.

Жаль, что у члена нет глаза, подумал Макаров, тогда бы я увидел все. А так просто приставил член ко входу во влагалище и немного надавил. Наташа охнула, и Макаров тут же проскочил внутрь.

— Наташ, как ты?

— Странное ощущение, словно в меня засунули батон. Ты пошеруди там. Макаров пошерудил немного, потом еще, Наташа покраснела, и на каждое Вовкино движение говорила: «Ой, ой!». А когда Макаров кончил, она закрылась руками и заплакала, сотрясаясь всем телом – животом и грудями.

— Фигня какая-то! – рыдала она. – А мама говорила – кайф!

— Ты просто не распробовала! – сказал Макаров, вынимая член.

Он снова внимательно рассмотрел гимен, растянув малые губы. Он уже не улыбался, а удивленно говорил: «О!».

Черт поймет этих девок, думал Вовка, провожая Наташу в магазин, одни кричат от восторга, другие недовольны отсутствием удовольствия. А Макаров все время один и тот же. Возвращаясь обратно, он заглянул на огонек к соседке Эльмире. Та лежала на полу в доме и рычала от наслаждения, натирая клитор мозолистыми пальцами...

Как только мама вошла в сарай, она сразу сказала, еще не поставив сумки на пол:

— Тут была женщина?!

— Да. Продавщица из магазина.

— И что делали?

— Чай пили, в шахматы играли.

— И кто выиграл?

— Ничья!
А за деревнею – дыра,

И в ту дыру, наверно,

Спускалось Солнце каждый раз,

Медленно, и верно...

В. В. Маяковский

На следующий год продавщица Наташа из магазина «На горке» позвала меня помочь в постройке сарая. Нужно было настелить на крышу доски и приколотить их к стропилам. Она все-таки выправила зубы, сняла брекеты и вышла замуж за бородатого шофера, которого наняла ее мать возить продукты со складов. Он, пригнав «Каблук» с коробками и банками, целый день сидел на обрубке бревна, поставленного торчком, и дремал, потому что выезжал очень рано, чтобы не стоять в очереди у складов, охраняя таким образом, свою любовь, подарившую ему сына. А я забрался на недостроенную крышу, и целый день стучал молотком по непослушным литовским гвоздям. Уже солнце склонилось к закату, и от леса протянулись длинные темные тени, а я все возился с досками, подгоняя их в размер, пока не понял, что сегодня все равно не успею, а потому сел и свесил уставшие ноги. Как оказалось, не только ноги...

Я работал по пояс голый и в шортах, особо не заботясь, видно там у меня что-нибудь или нет. Я даже несколько раз мочился прямо с крыши, потому что «лучше нет красоты, чем поссать с высоты», не замечая, что за моей работой наблюдают внимательные глаза, и не Наташины, и не ее матери. А сидел и болтал ногами, пока не увидел у лестницы юную девушку. Она стояла, задрав светлую голову, и смотрела на мои шорты, а я воззрился на ее маечку с узкими бретельками, открывавшую груди почти целиком.

— Как там виды? – спросила она. – Красиво?

— Очень! – ответил я. – Забирайтесь, посмотрим вместе.

Я даже подал ей руку, этой вчерашней девочке, а она оперлась на нее и застеснялась, потупившись.

— А меня Лена зовут, – пропищала она. – А Вас?

— А меня – Володя, – ответил я. – Ну, смотрите вокруг, пока солнце не село.

— Ой, красота какая! – завопила Лена, размахивая тонкими ручками.

Я придержал ее за талию и ощутил под пальцами ребра и частые удары маленького сердца.

— Скоро Луна взойдет, и станет еще красивее! – сказал я, убирая руки. – Вон краешек уже видно!

— Если долго смотреть на Луну, можно стать идиотом!

Эта цитата из популярного кинофильма справедлива, но лишь отчасти, потому что лунный идиотизм кончается очень быстро, потому что всякое опьянение сменяется горьким похмельем.

У нас с мамой стало традицией, обрядом, ритуалом, если хотите, помочиться перед сном вечером. Она не присаживалась в траву, молодая крапива жглась, как бешеная, словно мстила за то, что я ее регулярно косил, а делала это стоя, чуть нагнувшись вперед, сдвинув вбок трусы. Мне было неловко, но я все-таки смотрел, как из мамы хлещет толстая струя. А тут уже Луна светила яростно и безжалостно, делая мамину струю из золотой серебряной. И я не смог помочиться, хотя очень старался, потому что очень трудно, когда у тебя получается стояк. А тут еще она стала, не выпрямляясь, пятиться ко мне, пока не уткнулась задом в член. Оказалось, что ее трусы уже болтаются где-то внизу, поэтому она двигалась мелкими шашками, как стреноженная лошадь, но мама дошла и каким-то чужим голосом сказала, ощупывая член рукой: «Какой у тебя большой!», и нагнулась еще больше. Я этого не хотел, но член оказался внутри нее...

Мама сказала: «Для этого лучше лечь», мы пошли в сарай, но не дошли, потому что не вышел из мамы, и судорожно кончил, мучаясь от стыда и, одновременно, содрогаясь от наслаждения.

— Тебе нужна постоянная женщина, – сказала мама, когда мы легли. – То, что мы сделали, никуда не годится. Еще не хватало, чтобы я родила от собственного сына...

— Вон Луна, уже лезет! – сказал я Лене, показывая на ближние крыши. – Краешек уже видно.

— Где, где?

— Да вот же!

Она посмотрела вдоль руки, сказала: «Ой, и правда!», а я вдруг почувствовал запах ее светлых волос, прихваченных розовой ленточкой на затылке. Я снова держал ее за

Порно библиотека 3iks.Me