Лью и Мона- Читать онлайн

слезы, заканчивает свою работу и уходит. Но прежде чем покинуть отделение интенсивной терапии, где меня все еще держат, она поворачивается и бросает на меня все тот же чертовски странный взгляд.

Через три дня после того, как меня привезли, в отдельную палату вошла моя мать, меня тоже перевели. Она обнимает меня, суетится, плачет, а потом снова плачет. Я говорю ей, что со мной все в порядке. Ей больше не нужно плакать. И будь она проклята, если снова не разрыдается.

Когда я спрашиваю ее, где Синди и почему моя невеста не пришла навестить меня, она просто задыхается, заливается слезами и выбегает из комнаты. Когда я звоню Синди на сотовый, а затем к ней домой, звонок переходит на голосовую почту. Я оставляю дюжину сообщений. Нет никаких обратных звонков.

Я начинаю задаваться вопросом, не свернул ли я в какое-то странное измерение и не оказался ли в Сумеречной зоне, в каком-то мире, где я трагический герой, а не адвокат-мошенник, которому посчастливилось обмануть смерть.

Тот же самый невысокий лысый док появляется в моей комнате с газетами, которые он кладет на тумбочку возле моей кровати. Я озадаченно посмотрел на них.

В моей комнате не было телевизора, и я ни разу не просыпался так долго, чтобы пропустить его. Я не смотрел никаких выпусков новостей, хотя начинаю возвращаться в мир достаточно, чтобы задаться вопросом, что произошло, пока меня не было, и какова была реакция мира на мое маленькое приключение, если таковая вообще была.

Я смотрю на парня, которого окрестил Лысым в честь персонажа, которого он сыграл бы в "Белоснежке и семи гномах". У него не такое звездное выражение глаз, как у медсестер, но все равно это странно.

И тут до меня доходит. У них БЫЛИ звездные глаза. Наконец-то у меня есть имя для этого выражения. Они смотрели на меня так, как влюбленные подростки смотрят на влажные глаза, длинные волосы, андрогинное сердце рок-н-ролльной бой-группы.

Я начинаю бояться.

Неужели я действительно перешел в Сумеречную зону? Я мог бы притвориться, что один или два взгляда могли быть неправильно истолкованы, но все проклятые женщины в больнице смотрели на меня таким взглядом. Я начинаю собирать воедино фрагменты воспоминаний, и все это начинает сливаться воедино. Я каким-то образом стал романтическим героем.

Почти средних лет, с песочными волосами, шести футов ростом, с не слишком классическими точеными чертами лица и без главных ролей в кино, десяти лучших музыкальных титров или колец Суперкубка, я получаю такой взгляд от женщин, которого я никогда не получал в своей жизни. Я никогда даже не мечтал, чтобы женщина смотрела на меня так.

— Я начинаю бояться, - говорю я Лысому. "Что здесь происходит?"

Он бросает на меня взгляд, который я узнаю, хотя никогда раньше не видела такого сочетания.. Это жалость и зависть. Действительно, действительно странное и тревожное сочетание, как вы скоро обнаружите, если вам когда-нибудь не повезет стать его получателем.

— Ты не помнишь?

Неужели я забыл что-то важное, что произошло до того, как я вылетел из Теннесси? Что-то случилось по дороге? Это не может быть что-то, что произошло после того, как я разбился, не так ли?

Есть что-то, что-то. Я почти могу указать на это пальцем. Что я пытаюсь вспомнить?

Он указывает на газеты на тумбочке у моей кровати. Я вопросительно смотрю на него, но он просто указывает на газеты и снова смотрит на меня.

Я протягиваю левую руку и беру верхнюю газету. Это флоридский "Таймс-юнион". Я проверяю дату. Оно датировано прошлой средой. Сегодня пятница. Авария произошла в понедельник вечером. Я просматриваю первую страницу, читая сверху слева направо, как всегда.

Мне бросается в глаза заголовок и фотографии в верхней левой половине газеты. Я вижу свою фотографию в файле из какой-то истории, которую они опубликовали на одном из моих испытаний несколько лет назад. И есть фотография Моны на каком-то светском мероприятии. На ней что-то с глубоким вырезом и обтягивающее, и она выглядит чертовски сексуально. Она кому-то улыбается. Это был не я. Но это теплая улыбка.

В верхней части всей газеты огромный заголовок. Черт, объявления войны не попадают в заголовки таких больших газет.

— Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! ВСЕГДА ТАК БЫЛО-ВСЕГДА БУДЕТ!

Бумага выпадает из моих внезапно занервничавших пальцев. Я чувствую, что мое сердце вот-вот выскочит из груди. Неужели люди действительно падают в обморок? Может быть, у меня сердечный приступ?

Мои воспоминания о тех последних мгновениях стремительно возвращаются. Неудивительно, что я не мог вспомнить. Такое чувство, будто кто-то вырывает мое сердце из груди. Почему, черт возьми, я просто не умер?

Под заголовком-история, написанная Карлом Камероном, одним из лучших писателей газеты. Я знаю это, потому что однажды он написал мой профиль.

Гарольд Граймс был радиолюбителем в течение полувека, и он слышал много необычных MSGS, исходящих от его радио. Но звонок, который он получил в понедельник вечером, тронул его так, как, по его словам, не тронуло ни одно другое сообщение. 67-летний инженер береговой линии побережья Джорджии в отставке получил сигналы бедствия, сообщения о рождении и смерти и уведомления о чрезвычайных ситуациях. Но этот...

— Я смотрел по телевизору повтор "Падшего парня", когда что-то услышал...или мне показалось, что я что-то услышал из-за помех. Время от времени нам звонят о помощи или о самолете, который ищет место для посадки. Местность к северу от нас довольно дикая.

Я играл с радиоуправлением, пока не получил сигнал. Это был мужчина, он кричал.

Порно библиотека 3iks.Me