туда вернуться, он долго не протянет.
У Паркера зазвонил телефон.
— Да?
Пауза.
— Хорошо. Связывайся по телефону с прессой, а мы уже в пути.
Он повесил трубку и повернулся к нам.
— Бонару все еще находится в изоляторе в федеральном участке округа. Его готовились перевезти сегодня утром, когда им позвонил секретарь. Постановление было вручено начальнику тюрьмы Томпкинсу, и он разрешил выпустить Бонару здесь. Документы уже оформлены и отправлены по факсу в округ. Поехали.
— Куда?
Паркер на мгновение растерялся, потом рассмеялся.
— Марк, это огромная новость. Этот парень уже десять лет сидит в тюрьме за преступление, которого не совершал. Добавь к этому жестокость полиции и ряд неверных решений судов, и получишь главную новость в сегодняшних новостях. Завтра - первые полосы.
— И?
— И ты думаешь, я позволю этой фирме упустить возможность бесплатной рекламы? Думаешь, мы упустим этот шанс представить миру нашего нового золотого мальчика?
Затем его глаза сузились, и он сказал:
— Знаешь, тебе вообще-то следует подстричься покороче. И, пожалуйста, скажи, что у тебя в кабинете есть свежая накрахмаленная рубашка. Пожалуйста.
Я пожал плечами, улыбаясь.
— Извини, босс.
— Он может сыграть роль измученного молодого адвоката, работавшего до полуночи ради этого бедного парня, - предложил Харви.
Паркер подумал, потом сказал:
— Хорошая идея. Почаще потирай подбородок, Марк. Пусть это выглядит так, будто ты действительно устал от всего этого. Просто измотан, хорошо?
Я кивнул.
— Ладно. А теперь давайте двигаться. Все прибудут через пятнадцать минут, и ты должен быть там первым.
***
Джим и Харви оказались правы. Когда Джим, Харви, Нап и я вышли из дверей тюрьмы, нас ждала толпа репортеров, фотографов и операторов. Джим и Харви остались позади, и Харви решительно подтолкнул меня в спину к подиуму, уже установленному на верхней ступеньке. Очевидно, в тюрьмах привыкли к подобному, но я, черт возьми, не привык.
Вопросы сыпались на меня и Напа быстро и яростно. Нап отлично сыграл свою роль, то есть был просто самим собой, испуганным, испытывающим облегчение, лишенным дара речи и ничего не понимающим. Думаю, я тоже неплохо справился, так как прилив адреналина прошел, и я устал до мозга костей. Я протер глаза, погладил челюсть и даже сумел несколько раз зевнуть.
Пресса все проглотила.
Затем вопросы перешли на область права и застали меня врасплох.
— Вы думаете, штат подаст апелляцию?
— Не знаю.
— Вы говорили об этом со своим тестем?
Я сразу же насторожился.
— Абсолютно точно нет.
— И все же, мистер Робертс, если они не подадут апелляцию, вы не думаете, что это потому, что он делает вам одолжение? Вы ведь семья и все такое.
— Если бы это было так, - сказал я, - тогда зачем мне вообще понадобилось беспокоиться о слушаниях? Нет, сэр, губернатор Трулсон - отличный человек. Честный. Он работает на налогоплательщиков, а я работал здесь на мистера Бонару. Налогоплательщиков более чем умело представляла Маргарет Лейн, и она приложила все усилия, чтобы представить их интересы. Но, как стало ясно из решения окружного суда, этого не должно было случиться. Никогда. И все это произошло задолго до того, как Патрик Трулсон стал губернатором.
— Означает ли это, что между вами и супругой сдожились напряженные отношения? - спросил другой репортер.
Я чувствовал, куда это ведет, и не мог остановить. Вопрос меня просто подкосил.
— Скажу лишь, что последние пять месяцев, работая над этим делом, я дневал и ночевал в офисе, семь дней в неделю. Пытаясь освободить невинного человека. Это, понятное дело, наложило отпечаток на молодой брак, потребовало корректировок и жертв. Тем не менее, я люблю свою жену, она любит меня, и хочу воспользоваться моментом, чтобы от всего сердца поблагодарить ее за то, что она поддерживала меня все это время.
— Стоило ли все это того? - крикнул кто-то.
Я бросил на него раздраженный взгляд, затем обдумал свой последний ответ. Потом повернулся к Напу, стоящему рядом со мной с кротким и растерянным видом. Рядом с ним была его мать, которой было где-то около шестидесяти, но выглядела она лет на двадцать старше. Вся обвисшая, обветренная кожа и кости. Ее седые, слипшиеся волосы свисали в беспорядке, а одежда была поношенной и выцветшей. Она одарила меня почти беззубой улыбкой, в то время как по ее щекам текли слезы.
— Вопрос не в том, стоило ли оно того, - сказал я, не сводя глаз с Напа и его крошечной, иссохшей матери, когда мой голос стал хриплым и скрипучим от эмоций. - Вопрос в том, правильно ли я поступил. И ответ на него: «да».
Мои глаза наполнились слезами, когда мама Бонару подошла ближе, обняла меня и уткнулась лицом в мою рубашку. Она всхлипывала в знак благодарности, когда Нап присоединился к объятиям, а затем начала сжимать нас обоих так крепко, что я подумал, что задохнусь. Эта старая птица умела обниматься просто неистово.
Пресса придвинулась ближе, повсюду мелькали вспышки, но мы не обращали на них внимания. Я хотел насладиться чувством помощи кому-то. Реальному человеку, а не какой-то безликой корпорации. Реальному человеку, с которым поступили несправедливо, но который теперь вернулся к жизни благодаря мне.
Внутренне я полагал, что это чувство удовлетворения и гордости послужит хоть каким-то утешением, когда распадется мой брак.
***
Джим и Харви настояли на том, чтобы пригласить меня на ужин и выпить, чтобы отпраздновать это событие. Зная, что Сэнди будет находиться где угодно до Бог знает какого времени, и не желая злить двух своих боссов, я согласился.
— Бог мой, -
Порно библиотека 3iks.Me
30360
24.04.2022
|
|