слышала за всю свою жизнь.
— Дебби.
— Дебби, которая всегда опаздывает и до сих пор не убрала остальные свои столики, - сказал Ферлин, ковыляя к бару.
— Она самая, - согласилась она, затем вскочила и повернулась к Ферлину. - Боже, просто пытаюсь быть дружелюбной и все такое.
— Будешь дружелюбной, когда уберешь свои столы.
Ферлин Фарго сел за стойку бара с видом человека, только что отыгравшего футбольный матч. Его густые черные волосы были влажными и торчали дыбом, с лица капал пот, плечи поникли под пропитанной потом рубашкой.
— Воды, - прохрипел он.
Я взял высокий стакан, наполнил водой и поставил перед ним. Он выпил его одним долгим глотком, поставил стакан и кивнул, чтобы я повторил. Что я и сделал, и его он тоже проглотил одним махом.
— Спасибо, - сказал он, теперь его дыхание выравнивалось, а в конечности возвращалась упругость. - Среда может быть настоящей стервой.
— С чего так?
— Гребаный итальянский день. Спагетти с фрикадельками, равиоли, сосиски и перец. На кухне, там, сзади, полно кастрюль с кипящей водой. Как чертова паровая баня.
— Тем не менее, похоже, что здесь толпа. Должно быть, это хорошо.
Он посмотрел на меня, и я увидел, как на его заросшем щетиной лице заиграла улыбка.
— Конечно, хорошо. Что еще более важно, здесь довольно дешево. Вот почему это такая заноза в заднице.
— Значит, не каждый день настолько оживленный?
Он хихикнул.
— О, они все в значительной степени похожи. Вплоть до того, что Дебби всегда опаздывает на работу на десять-двадцать минут.
— Всегда?
— Предполагаю, что иногда она опаздывает не настолько много.
— Никогда не приходит рано?
— Никогда.
Я посмотрел на официантку в соседнем зале, складывавшую тарелки на руки и напевавшую себе под нос.
— Толпа ее любит. Тебя вот не любят. А ей это сходит с рук. Тебе нет. Понимаешь?
— Пока, - сказал я, пытаясь скрыть улыбку.
— Пока? Что ты имеешь в виду, говоря «пока»?
— Толпа не любит меня пока. Но полюбит.
Он посмотрел на меня, затем вскинул руки вверх.
— Отлично. Еще одна примадонна. Просто чертовски здорово.
Я подавил смех и вернулся к уборке.
Это, конечно, лучше, чем изучать и писать отчеты по апелляциоям.
***
После работы я медленно проехал мимо Мэдисон-стрит, 714. Это было крошечное бунгало, шириной не более одиннадцати метров, выкрашенное в белый цвет, с желтыми ставнями и зеленой черепичной крышей. Однако здесь было опрятно, и двор был ухожен и подстрижен. За прозрачными белыми занавесками на переднем панорамном окне я увидел чью-то тень, движущуюся в задней части дома. Наверное, на кухне.
Подъехав к обочине, я припарковался и заглушил мотор. И что теперь? Я нашел, где живет Клариса Тэлботт со своим сыном - моим братом, - но не знал, как действовать дальше. Мой план состоял в том, чтобы уехать и найти их. Ну, так и что? Я уехал, а теперь нашел их. Но не могу просто подойти и постучать в дверь, не так ли?
Пока я об этом размышлял, мимо меня проехала машина и свернула на ее подъездную дорожку. Почти перед самой остановкой, открылась задняя пассажирская дверь, и из нее вышел маленький ребенок в невероятно громоздкой футбольной форме. Сунув руку обратно, он вытащил футбольный шлем, помахал рукой, попятился и захлопнул дверцу машины.
Открылась входная дверь, проливая теплый свет на осеннюю лужайку перед домом. В дверях стояла женщина с усталой улыбкой на бледном лице. Маленький мальчик подбежал к ней, обнял и протиснулся мимо нее в дом. Не глядя больше, она закрыла дверь и последовала за ним внутрь.
Так это она. Это - Клариса Тэлботт. Выглядела почти так же, как на фотографии восьмилетней давности с моим отцом, за исключением того, что теперь она казалась более усталой, измученной и грустной. Даже ее улыбка маленькому мальчику была усталой, хотя, казалось, излучала неподдельное тепло.
Что, черт возьми, сделал отец? Как он мог так бессердечно поступить с ними?
Я почувствовал, как во мне снова нарастает гнев, и хлопнул по рулю в досаде на годы своего невежества.
Черт бы их всех побрал. Прямо в ад.
***
Примерно две недели спустя я подошел к «Коновязи», где меня встретила дородная фигура моего босса, вечно сварливого и ворчливого Ферлина Фарго.
— Снимай рубашку и иди со мной.
— Снять рубашку?
— Ты постоянно носишь эти проклятые белые рубашки. Не знаю, как до сих пор не испортил их все, но сейчас точно испортишь одну.
— Что делать?
— Помогать мне перенести несколько стульев и столов из подвала.
— Что-то особенное?
— Собрание женской коллегии адвокатов округа Линкольн. Они встречаются раз в месяц, переезжая с места на место. Здесь бывают три раза в год. Сегодня опять наша очередь.
Я улыбнулся.
— Мне придется прислуживать кучке женщин-юристок?
— Через пару часов ты не будешь улыбаться. Чертовски требовательные и дают паршивые чаевые.
Я пожал плечами, расстегивая рубашку.
В середине перетаскивания дополнительных столов и стульев Ферлин проворчал:
— Так почему ты всегда носишь одно и то же?
— Это все, что у меня есть.
— У тебя нет других рубашек?
— Для работы они не подходят.
— А ты не думал купить несколько? Что-нибудь дешевое в «Уол Марте» или еще где-нибудь?
— Нет.
— Странно.
— Плевать.
Ферлин был таким. Слишком молод, чтобы быть отцом, слишком стар, чтобы быть старшим братом. Тем не менее, он относился практически ко всем одинаково. Ворчал, ворчал, жаловался, а потом застенчиво улыбался и тихо благодарил или просто похлопывал по спине. Дебби, казалось, его боготворила, хотя он весил не меньше чем на восемьдесят
Порно библиотека 3iks.Me
30407
24.04.2022
|
|