С приездом- Читать онлайн

готов, потекло мне по бороде, что в рот не попало... А куда он денется, я ж на Петруше наученная!

Бабка опять сделала паузу.

— Ну вот. Тогда его выдоила, он только головой, на меня сверху глядя, покачал, хмыкнул, штаны подтянул и ушел. Я потом полдня ни жива, ни мертва ходила: ждала, что за такой грех, как до дому доберемся, выходит он меня вожжами, как сидорову козу. Но смолчал, а через день опять меня ловит в кустиках. Я, уже привычно, поворачиваюсь к нему жопой, а он меня за плечо: «Кать, ты... того. Пососи, а?» И смущенный весь, ой, пропадешь!

Баба Катя рассмеялась, следом засмеялись и слушатели.

— Ну, мне-то только в радость. Так я у него любимой невесткой и стала. Он первое время остальных двух вообще донимать бросил, только за мной ходил, как бычок на веревочке: «Ну Катенька, ну пососи, золотце, ну пожалуйста!» Машка с Клашкой, старшие невестки, так аж выслеживать нас взялись: что эта соплезвонка такое делает, что свекру их прелестей совсем не надо? Да попались, свекор вожжи хвать, и ну их повдоль да поперек... Ой, не могу, как вспомню... Ему про их подгляды кто-то рассказал, а мы в бане были, так он туда влетел, голых их на холод вожжами выгнал, и давай по огороду гонять. Визгу... Вот, прям как ты, Ирка, седни... Потом в баню вернулись, а все жопы полосьми. А жопы-то, как у Аньки почти!

Баба Катя от таких воспоминаний развеселилась совсем и уже сама потянула, было, руку к бутылке, но обнаружила, что в ней пусто. Оглядела стол и заключила:

— Непорядок. Закуски полно, выпивки нету. Пашка! Ну-ка, в погреб! Там поллитра самогонки стоит, той еще, помнишь?

Пашку уговаривать не пришлось, и он исчез в доме. Пока его не было, Ира решила задать нескромный вопрос:

— Бабуль, так тебе тогда сколько лет-то было?

— Мне? Так, обожди... Это мы с Петрушей спознались на Купале, мне тринадцатая весна была. А по осени нас оженили. Ну, четырнадцати еще никак не было...

Торжествующе обернувшись к Альке, Ира сказала: «Во!»

Не желая вдаваться в ненужные сейчас подробности, Аля согласно кивнула – мол, да кто бы сомневался, что тебе в пятнадцать рожать уже поздно было, - и нетерпеливо обернулась к бабке:

— Ну, выдрал он их. А дальше что? Не озлились они на тебя, бабуль?

Баба Катя хмыкнула.

— Да озлились, конечно... Ну да позлились, такие же и остались. Вожжи, они мозги-то вправляют на раз... – и задумчиво почесала поясницу.

Ира с Алей, не удержавшись, хихикнули, баба Катя покосилась сначала на одну сестру, потом на вторую и на секунду надулась. Но тут, очень вовремя, появился Пашка с бутылкой, наполненной прозрачной, с легким зеленоватым, травяным оттенком жидкостью.

Разлили, провозгласили «за молодежь», баба Катя, уже нетрезво хихикая, опрокинула в себя стопку, лихо занюхала выпитое корочкой хлеба, положила ее назад, на стол, и откинулась к стене.

— Да-а-а-а... Счас и вспоминать-то, вроде, неприлично, а тогда – как так и надо... Ой, ребяты... – и она опять хихикнула. – Мы ж тогда спали все вместе, на полатях. Три брата, три невестки. Внизу, на кровати, только мать с отцом. Так чего только на тех полатях не было, особенно по зиме, на праздники. Как подопьем – все, пиши пропало. Только шорох стоит, скрип да хаханьки. Батя снизу для острастки порычит: мол, смотрите мне там! Мы притихнем, а потом давай опять шуршать, и прислушиваемся: когда опять рыкнет? Иногда рыкнет, а иногда вместо рыка кровать начинает скрипеть, да ровно так. Ну все, значит, мамке сегодня счастье выпало, ей через нас трех, молодых, от бати мало перепадало. И нам заодно свобода: батя, как спустит ей, заснет сразу, а мамке наши шуршания только смех один...

Прервавшись, баба Катя закинула в рот соленый огурчик, аппетитно хрустнула им и жалобно посмотрела на бутылку с самогонкой. Пашка прекрасно понял ее взгляд, но решил, что пока бабке, да и девкам, хватит, а потому сделал вид, что он тут вроде и ни при чем.

— Бабуль, а чем шуршали-то? – вид у Альки был хитрющий.

Бабка кинула на нее взгляд искоса, еще раз посмотрела на бутылочку, вздохнула и захихикала:

— Вот, вам прямо все и расскажи...

— Ну, бабуль, разу уж пошла такая пьянка!

— А раз пьянка – наливай!

Тут уже Пашке стало деваться некуда, и он разлил по трети стопки бабке и женщинам, налив полную лишь себе. Бабка глянула на него недовольно, но все же взяла стопку в руки.

— Давайте, не чокаясь. Помянем. Тех, о ком рассказываю, никого уже живых нет...

Выпили, чуть помолчали. Возобновившийся после этого разговор пошел в другую сторону, Аля с Иркой принялись перемывать косточки общим знакомым, Пашка с бабой Катей сидели, помалкивали. Вспомнили про работу, и Ирка, смеясь, рассказала, как ее домогался бывший начальник, а она, вроде и не отказывая, динамила его почти год, пока его не перевели куда-то с повышением. Услышав это, баба Катя засмеялась:

— Вот, сколько лет прошло, ничего не меняется. Работа и ебля вместе, точно, как у нас...

— Ну, так люди же одинаковые, - с умным видом хмыкнул Пашка. – Бабуль, работа – работой, а все же, чем шуршали-то на полатях, а?

Бабка, уже успевшая соскучиться по всеобщему вниманию, с удовольствием выпрямилась:

— Хехехе. Как – чем? Тряпками, конечно. В таких делах без тряпок как? Эх... Мы с Петрушей обычно начинали.

Порно библиотека 3iks.Me