и телесное возбуждение. Потом последовал другой твист «Лучший город земли», а на третий танец мне пришлось вернуться к нашему столику, отогнать пацана, который покусился на наши бутерброды с сыром. «Ты чего, бля, припух?», – грозно сказал я парню, и тот ретировался на улицу за дверь.
— Вот шпана! – сказал я Наташе. – Все на дармовщинку норовят проскочить.
— А, может, он голодный? – возразила Наташа.
— Мог бы попросить, – ответил я. – Не люблю хамов и халявщиков.
— Тогда в «Ткибучаву»? – предложила Наташа.
— Пошли...
Я расплатился, и мы вышли на воздух под отцветающие липы. Было прохладно, Наташа ежилась, и я предложил ей свой пиджак, серый без воротника, как у Битлов, и она с благодарностью посмотрела на меня.
Узкая аллея соединяла два, как выразилась Наташа, два заведения общепита, мы шли под ручку, медленно и без лишних разговоров, Наташина голова покоилась на моем плече, и от ее волос пахло липами и немного виноградным вином «Лидия». И мне было хорошо...
Но все хорошее слишком быстро кончается. Едва мы дошли до третьего фонаря, особенно тусклого, нас обступили бандиты – подростки с велосипедными цепями и палками, спереди трое и сзади трое. Среди них я заприметил того парня, которого турнул из кафе. Он что-то говорил самому крепкому на ухо и показывал на меня, а тот кивал. Малолетки – самые жестокие, они сами еще не жили и цены жизни не знают. Эти забьют до смерти, и не будут знать, зачем. Поэтому я снял с руки часы «Океан», хорошие часы с автоподзаводом, и отдал их Наташе, а она их спрятала в сумочку, висевшую у нее на плече. Будь я один, метнулся бы в сторону, проломил бы кусты и перебрался через ограду либо справа, либо слева. А раз Наташка, она-то не перелезет...
В каком-то кино я видел, как главный герой решил напугать таких же негодяев. Он тогда сказал, а я сейчас вспомнил:
— Вы меня, конечно, убьете, в этом сомнений нет. Но и я одного из вас с собой заберу. Пока вы меня забьете, я одного из вас задушу или кадык вырву. Меня этому учили. Выбирайте, кто первый?
Я сжал кулаки и выставил вперед руки на манер Брюса Ли или Джеки Чана.
— Ну? – грозно сказал я. – Кто?
Пацаны молчали, мелкими шажками подступая все ближе, и драки точно было не избежать, но когда в темноте аллеи обозначились еще три фигуры, я подумал: «Все! Хана! Наташку изнасилуют, а меня убьют, и к гадалке не ходи!».
— Всем стоять! – крикнул один из новых, темных. – Я смотрящий за районом, и беспредела не допущу!
— Варлаам? – крикнула из-за спины Наташа. – Варлаам, это ты?
— Я, теть Наташ.
И Наташа шумно выдохнула:
— Это мой племянник Варлаам. Приехал с Севера на заработки.
Она вышла чуть вперед, босиком, сжимая в руках две туфли – страшное оружие против подвыпивших мужей, явившихся домой в три часа ночи.
— Теть Наташ, а кто это с тобой? Друг или так, фраер?
— Друг, племянничек, друг!
Она оперлась на мое плечо и стала надевать туфли.
— Так, хлопцы! – скомандовал Варлаам. – Сдаем железяки и деревяшки, а ты, Голем, перепиши их всех до единого. Будем предьяву родичам выставлять. Вот так, и никак иначе!
Это были настоящие бандиты, не какие-то щенки шакалов, а люди, живущие по понятиям. И, тем не менее, я был благодарен смотрящему и его товарищам, которые сейчас отбирали опасные «игрушки» и переписывали шакалят. Хоть какой-то порядок!
Мы снова шли по аллее, теперь – быстрым шагом, а Варлаам со товарищи крикнул нам вслед:
— Ночью все-таки не ходите! Береженого бог бережет!
Есть сациви и пить «Хванчкару» больше не хотелось.
Когда стало совсем легко, я сказал Наташе:
— Тяжко жить без пистолета! А куда мы идем?
— Ко мне. У меня переночуешь.
Когда мы вошли в светлый подъезд панельной пятиэтажки, стало совсем хорошо. Мы поднимались медленно, и стальные набойки Наташиных туфель отсчитывали каждую ступеньку, как ходики в деревенской избе секунды: «Так-так, так-так».
В прихожей Наташа расстегнула сумку и отдала мне часы «Океан». Я их ей вернул:
— Отдайте Варлааму. В благодарность. У меня есть. Попроще.
— Ладно, отдам, – пожала плечами Наташа. – Только разве мы снова на «вы»?
— Извините, извини. Веди, хозяйка!
— Ничего особенного у меня и нет, – задумалась Наташа.
— Если есть тушенка, картошка или макароны, сделаем мировой закусон. Потому что это дело надо запить.
— И заесть! – топнула каблучком Наташа.
— И заговорить!
И мы облегченно рассмеялись.
Тушенки у Наташи не было, но была баночка сайры, и картошки не было, но были макароны «Пять минут». И вина не было, поэтому происшествие пришлось запивать чаем.
Мы славно посидели под голые новости, это когда девица, потрясая бюстом, читает новости экрана телесуфлера. Новости были так себе, дикция еще хуже, а бюст был очень даже ничего!
— Третий размер! – констатировала Наташа, когда новости закончились. – Живут же люди!
Я не стал спрашивать, какого размера у нее бюст. И так было ясно, что поменьше.
Я еще пощелкал по каналам: по одному давали оперу, по другому – диско: «Флай, робин, флай». А по третьему пел Митяев: «Давай с тобой поговорим». Очень к месту!
Первой начала Наташа:
— Слушай, а почему ты не сбежал? Ты бы, наверное, смог?
— Смог. Перелез бы через забор и убежал. А самое, главное, они бы за мной не побежали.
— Почему?
— Потому что они занялись тобой. Трахнули
Порно библиотека 3iks.Me
24622
01.11.2022
|
|