Приём пациента по-прогрессивному- Читать онлайн

— Так вы говорите, что состояние вашего сна после приёма этих таблеток улучшилось не особенно сильно?

— Трудно сказать, Елена Станиславовна. Сновидения стали ярче и теперь лучше запоминаются. Сон длится меньше времени. Но у меня такое ощущение, что я по-прежнему не совсем высыпаюсь.

Женщина в белом халате подняла на меня взгляд, полный профессиональной жалости и не менее профессионального терпения. Присутствовала там, впрочем, и личная снисходительность — она всё-таки, как-никак, давний семейный наш доктор и близкая подруга матери, которая до сих пор за глаза дружелюбно зовёт её порой «Леночкой».

— А вы не ходили на магнито-резонансную томографию для обследования? Транскраниальное воздействие даёт иногда плодотворные результаты.

— Увы, Елена Станиславовна, — вздохнул я. — У нашей семьи никогда не было денег на современные высокие технологии. Мои родители и нейрошунт мне в кредит поставить не могут.

Дама за столиком еле слышно вздохнула, прежде чем поставить в блокноте — ожившее веянье старины? — очередную галочку.

Она была дипломированный врач-сомнолог.

Светлые волосы, голубые глаза. Лет сорок-пятьдесят с виду — да, разнос может показаться чрезмерным, но в нашу эпоху генженерии и пластургов лучше сформулировать трудно. Я не спрашивал никогда у родителей — или тем более у неё — точную цифру. Для своего возраста, впрочем, она выглядела довольно миловидной — особенно когда каверзно улыбалась.

Как сейчас.

— Позвольте, я к вам подключу этот вот аппарат? — предложила мягко она, почему-то прикусив губу, морщинки в уголках её глаз задрожали. — Вы ляжете на кушетку и попытаетесь расслабиться. Он способствует релаксации и повышению доверительности. Растормаживая отдельные центры коры, он понижает неискренность и в то же время обостряет воспоминания, что позволяет пациенту быть с врачом откровенней.

Я слегка вздрогнул.

Электрический пентотал? Чего только ни выдумают в наше время. Сейчас, как-никак, 2073 год, скоро шагу нельзя будет ступить, чтобы не вляпаться в какого-нибудь искина или технологическую сингулярность.

Хотя большинство людей предпочитает жить по обычаю, как в конце прошлого века, ретроверие захлестнуло планету. Целые общины старинолюбов, лечение таблетками вместо генохимии, всё вот это вот.

Я и сам из подобной семьи.

Хотя отчасти нас к этому вынуждает бюджет.

— Ладно, Елена Станиславовна, — неохотно кивнул я. — П-подключайте.

Не мне с нею спорить, я вообще несовершеннолетний пока что. Это века полтора назад я уже считался бы взрослым формально, а сейчас совершеннолетие наступает лишь в двадцать два.

Плата за прогресс, говорят.

Получение профессиональных знаний тянется едва ли не десятилетиями, инфантильность длится порою до сорока. Мне девятнадцать, но едва ли не все мои сексуальные приключения имели место лишь в Вирту, фантомном мире видеоигр, трифильмов и гипноквестов, да и то — в изрядно подпорченном цензурою виде. Лет ещё двадцать назад цензура кибспейса не была столь жестокой и лютой — я порой, листая архивы старых сетевых сайтов на археологических серваках, преисполняюсь прямо-таки зоологической бешеной зависти к своим ровесникам-интернетчикам из начала текущего века.

Дама в белом халате привстала, скрыв зачем-то улыбку, голову мою оплело потихоньку гнездообразное устройство из проводов. Странно, но оно не расплеталось, сохраняя форму сомбреро или абажура лампы, хотя по идее, учитывая, насколько ажурным сооружение это выглядело, провода давно должны были упасть на пол.

— Замечательно, Александр. — Тут она позволила себе улыбнуться чуть шире, да так, что чёртики в её глазах мне не очень понравились. Как и обращение вдруг по имени — хотя, впрочем, ей и раньше случалось неоднократно менять самым непредсказуемым образом дистанцию, порою переходя на ласково-шутливые интонации. — Вы себя хорошо сейчас чувствуете?..

Я прислушался к ощущениям. Особой расслабленности я пока что не чувствовал. Скорее, напротив, лёгкое волнение от процедуры.

— Думаю, да. — Я кашлянул. — Волнуюсь немного.

Улыбка её стала ещё отчётливее, она слабо двинула один тумблер на виртуально-проективной клавиатуре перед собой.

— А почему, Саш? — Новая улыбка, губы её почему-то едва заметно задрожали. — Ты мне не доверяешь?..

В ушах у меня слегка зашумело.

— Доверяю, но... — Мысли мои начали немного путаться. — Всё-таки новая процедура. Незнакомая. М-мало ли что может пойти не так.

— Это абсолютно безопасно, — проговорила Елена, глядя мне с дружеской теплотою в глаза. — Просто средство достижения откровенности. Не более.

— Ну, мало ли, что лишнего я могу рассказать?..

В первый момент я не понял сам, что произнёс это вслух, фраза показалась мне просто безмолвно подуманной мыслью. А осознав — покраснел.

Елена Станиславовна рассмеялась тихонечко, в уголках глаз её снова образовались улыбчивые морщинки. Пальцы её коснулись нового тумблера.

— Тогда не будем затрагивать до поры особенно лишние темы. — Она сдвинула чуть виртуально-несуществующую рукоятку, мне стало немного легче дышать, хотя спутанность мыслей лишь усилилась. — Ты, стало быть, говоришь, что под действием препарата сны твои в последние дни стали ярче. Насколько именно ярче, Саш? Какого рода, — она сглотнула слюну, — события тебе в эти дни снились?

— Много разного. — Я благодарно закрыл глаза. — Вчера, например, я видел облака верхом на единорогах. Радугу, которую можно было использовать в качестве оружия, чтобы разрубать звёзды. Потом я вдруг понял, что осколки звёзд оказываются на Земле и что из них возникают сны. Это было бы даже забавно, если бы я понял вдруг, что сплю и вижу сон в этот миг, но я об этом не догадывался. Я начал собирать Осколки Сновидений — разноцветные красивые бусинки — с целью не дать ими завладеть некоей другой силе. Но не помню какой — кажется,

Порно библиотека 3iks.Me