Стрельба в Милосердном Господе нашем (Полная версия)- Читать онлайн

удара. Пока мы обсуждали ситуацию, сидя за кухонным столом и попивая кофе, она постарела лет на двадцать. Она жила еще долго, но в тот день стала старухой. Изменились глаза и движения. Она почти с благодарностью впала в старческий маразм, когда это началось десять лет спустя, как будто понимая, что теперь бремя жизни ляжет на кого-то другого. К тому времени ей было чему радоваться, в том числе и внукам, но любовь есть любовь, и она не основана на тестах ДНК. Изредка на рынке или в парке она видела забранных у меня детей, но через несколько месяцев стала им фактически чужим человеком. У них были другие бабушки и дедушки по отцовской линии в Новой Англии, пусть и в разлуке.

Последние несколько лет, когда у мамы началась деменция, она бродила по двору и разговаривала сама с собой, разговаривала с растениями или животными, теряясь в потустороннем мире своего разума, представляя людей из своей жизни. Мы тихонько смеялись, обсуждая это между собой, видя, как ее хорошая жизнь раскрывается из-за ее состояния, и желая, чтобы для таких людей время не проходило. Однажды я нашел ее, стоящей возле дерева и разговаривающей. Когда подошел ближе, она увидела меня и спросила:

– Как думаешь, Дилан и Хэнли могут зайти ко мне на обед?

Карен Энн, в конце концов, поняла, что натворила, и, думаю, пожалела обо всем, но это ничего не изменило. Она разбазарила любовь трех поколений.

Глава 6: Два священника и неверующий

Спал я урывками, и в последний раз в нашем доме – на диване. Насколько я знал, Карен Энн и Шон могли заниматься сексом и на этом диване, но я знал, что они пользовались кроватью. Ночь была долгой, я часто смотрел на часы на телевизоре, ждал утра, вновь проваливаясь в сон.

Наконец наступила пятница. Я снова проснулся рано, побрился, принял душ и оделся в свободную рубашку-поло. Решил попытаться посетить доктора Битол на день раньше; огромная повязка была грязной, неподъемной и неудобной. У меня все еще бывала боль, но я редко принимал обезболивающие таблетки, и провел ночь без алкоголя, так что, ситуация, вероятно, улучшалась, по крайней мере, для моей руки.

«Милосердный Господь» был прибран, окна отремонтированы, дыры от пуль заделаны, покраска продолжается, поврежденные прилавки, парты и столы убраны. В здании и на территории оставалось несколько дополнительных полицейских, но они были в обычной форме и просто следили за порядком. Я пошел в свой кабинет, он был все еще там, все еще маленький, все еще такой, каким я его оставил. Я позвонил, чтобы узнать, не могу ли перенести встречу с доктором Битол, который уже оперировал этим утром. Я оставил сообщение, и через полчаса мне позвонили, чтобы подтвердить встречу на девять. Я привел в порядок свой стол, выбросил несколько старых бумаг, с которыми не успел разобраться, и посмотрел на свой календарь, когда раздался стук.

– Войдите, – сказал я, и вошел отец Михалес, закрыв за собой дверь.

Я встал.

– Отец, вы и вправду быстро ориентируетесь, – сказал я. Он протянул свою левую руку, и мы пожали ее.

– Я научился управлять сном, когда в семинарии меня отправили к монахиням в монастырь: вставал в полночь на молитву, потом работал до трех, потом еще час или два спал. – Он покачал головой. – Поразительно, правда. Замечательные женщины. Вчера вечером я успел на поздний рейс и прилетел около часа.

Я подумал, что у него была и другая цель. Утренний рейс был бы достаточно скорым для бизнеса.

Мы сидели и разговаривали, начав с прочтения завещания, а затем перешли к другим темам.

– Все было так, как мы обсуждали. У Данстона – четверо детей. Они разделят инвестиции. Миссис Бак почти сторонилась семьи. С ней были довольно грубы, откровенно грубы, но адвокат-душеприказчик поддерживал вежливость. Дети получат свои выплаты, вероятно, через несколько месяцев. Мои дела там были быстро завершены; наш адвокат все еще там, чтобы закрепить один свободный конец, но к вам это не имеет никакого отношения.

Он посмотрел прямо на меня и сказал:

– Расскажите мне о том, что собираетесь делать.

Сделав глубокий вдох, я сказал:

– Она меня ненавидит. Сказала, что была с ним, потому что я – неудачник. Их же любовь была божественной. – Я не смог сдержать цинизм в своем голосе, что понял, едва заговорив, поэтому замешкался и махнул одной рукой в знак извинения.

– Она злорадствовала по поводу того, что они так часто занимались сексом в нашей постели... Была так ненавистна. Я потрясен.

Он покачал головой.

– Все это... Я это видел и ничего не предпринял, – сказал он. – Я знал, что он встречался с разными женщинами, но до встречи перед похоронами не знал, что одной из них была Карен Энн. На курсах менеджмента меня учили, что незаметные интрижки следует оставлять тем, кто в них вовлечен. Это ошибка, особенно для института, укорененного в представлениях о морали и доброте. Дело не может быть незаметным, если о нем знаю я. Я подумаю об этом и изменю то, как буду поступать с такими вещами в будущем.

Я посмотрел на свою ситуацию, стараясь быть объективным. Я не испытывал отвращения, но был опустошен.

– Нам уже за под тридцать, отец. Это должны быть годы для нас: дети, секс, создание семьи, а я здесь без семьи. Моя жена отвратилась от меня, и я думаю, не потерял

Порно библиотека 3iks.Me