как сказал бы Шерлок Холмс, на подходе был эндшпиль. После того как Гаскон и компания ушли, в моем номере остался Цезарь.
– Эй, ты заметил, что с тех пор как мы приехали, никто не упоминал о Билли Джин? – спросил он. Я видел, что он расстроен.
– Цез, мы – партнеры, между нами не должно быть никакой чепухи, выкладывай, – сказал я, глядя на часы. После того как все любезности были улажены, у меня оставалось еще около часа.
– Ну, и зачем ты пригнал сюда машину? – спросил он. – У них для нас есть лимузин, и они знают здешние улицы, а мы нет. Это кажется почти грубым. Думаю, для тебя это не имеет большого значения, но это ведь будет самая крупная сделка, в которой я когда-либо участвовал, и она будет иметь большое значение для нашего бизнеса. Кажется, что ты пытаешься их оскорбить. Разве эта сделка тебе не нужна?
– Конечно, нужна, – сказал я. – Я работаю над ней уже несколько месяцев. Вот почему и не позволю Макмиллану Уорту заполучить этого клиента. Но есть то, на что тебе следует обратить внимание. Здесь происходит очень большое столкновение культур. Нам нужно быть очень твердыми в том, как мы подходим к делу.
Он откинулся на стуле и сосредоточился на моих словах.
– Ты заметил, что Гаскон очень хорошо говорит по-английски? – Он кивнул. – Но когда разговаривает со своими подчиненными, они говорят по-французски и очень быстро. Думают, что мы их не понимаем.
– А ты?.. – спросил он. Я кивнул головой.
– Мой французский не очень свободный, но приличный, – сказал я. – Во всяком случае, их поведение – говорить на языке, который мы не понимаем, прямо в нашем присутствии – это невежливо, не так ли? – Он кивнул.
– Европа – очень старый континент, Цез, полный очень старых стран, считающих нас грубыми непослушными детьми. Они довольны тем, что мы их защищаем и делаем для них деньги. Но они твердо убеждены в своем превосходстве над нами. Для них тот факт, что евро сейчас стоит дороже доллара, лишь доказательство этого. Если хотим получить здесь хорошую сделку сейчас или в будущем, мы должны торговаться с позиции силы. Должны сесть за стол переговоров и дать им понять, что, если потребуется, готовы уйти. Если же станем торговаться с позиции отчаяния, они съедят нас живьем.
Он выдохнул и кивнул головой.
– Значит, это какая-то странная бизнес-тактика.
– Да, – сказал я. – Это – откровенная психологическая манипуляция между приятелями. Гаскон носит на лацкане французский флаг, даже на гребаном лимузине. В Европе везде среди богатых бизнесменов видишь основном немецкие машины. Audi, BMW и Benzes. Эти машины практичны и надежны, поэтому деловые люди, для которых главное – результат, их любят. Твои более дикие и безумные парни любят итальянские спортивные автомобили. Ferrari и Lambo, а иногда и Porsche.
Цезарь кивнул головой, понимая это.
– Ты узнал лимузин? – спросил я.
– Эту машину я не знаю, – сказал он. – Но она – европейская.
– Это – Renault, – сказал я. – Французский автопроизводитель, компания, известная такими плохими автомобилями, что французы даже не хотят на них ездить. Даже те, кто их делает, отказываются их покупать. У Гаскона есть одна, вытянутая в лимузин. Это было заявлением. Мои люди проверили Гаскона, и у меня есть о нем довольно хорошее представление. Он слегка ксенофоб, поэтому мне нужно было сделать собственное заявление. Расслабься, я его сделал.
– Похоже, в некоторых вопросах заключения такого рода сделок я – новичок, – сказал он.
– Нет, – сказал я. – Ты – такой же как и я. В США почти все мы говорим правду и как есть. Ну, все, за исключением наших политиков и мошенников. Мне тоже пришлось научиться вести себя так. Все будет хорошо. Увидимся утром.
Цезарь заметил, как резко я его оборвал, но ничего не сказал.
***
Как обычно, я проговорил по телефону с Еленой немыслимое количество времени. Особенно если учесть, насколько устал. Однако этот разговор с самого начала был совершенно другим. Больше не было притворной вежливости и политкорректности. Фактически это был первый телефонный разговор между нами, где мне пришлось задавать вопросы о ситуации с Билли Джин, чтобы получить о ней хоть какую-то информацию. Мы больше говорили о наших жизнях, планах и предпочтениях, чем о чем-либо еще. Она напоминала мне об угрозе и уговаривала постоянно ее дополнять.
– Так почему ты мне позвонил? – спросила она.
– Потому что хотел поговорить с тобой, – ответил я. – Я по тебе скучаю.
– С чего бы? – спросила она. – Во всей Франции тысячи красивых женщин. Почему же ты скучаешь именно по мне?
– Потому что ты для меня особенная, – ответил я, понимая, что этот разговор полностью контролирует она. Она вела меня по пути, где я должен был решить, идти мне по нему или нет.
– Хм, не помню, чтобы ты говорил так вчера вечером. Думаю, этот способ лучше, – сказала она. – Может быть, ты оговорился? Ну, то есть, особенными для тебя может быть многое. Особенной может быть машина, или даже пара туфель может стать для тебя особенной.
– Хм, знаешь, а ведь ты права, – сказал я, решив сыграть в ее игру.
– Что значит «я права»?! – воскликнула она. Не думаю, что она этого ожидала.
Порно библиотека 3iks.Me
18885
11.03.2023
|
|