Балтийские забавы отпускника (Части 1 - 4)- Читать онлайн

вдоль вагона на остановке, достаточно длинной, чтобы не опасаться потеряться при посадке. Она держала супруга под руку и заинтересованно следила, что на этот раз купит для Степановых, снующий между киосками солдатик. – У него так много денег, что я удивляюсь... И ничего не жалеет. Он тратит свои или государственные? Когда мы сойдём - они останутся... Моня, это так не справедливо!

— Софа, это вопросы деликатности и не нашей компетенции. - Зачем нам это знать?

— Если никто не сядет... совсем одни... - продолжала начатую мысль супруга.

— Не будьте ханжой, моя дорогая... и не жмурьте лобик. Это вредит вашему личику...

— Моня, я так терплю эти умные мысли, что теперь и не знаю, как сказать в ответ! – насупилась София Львовна.

— Кроме шуток? – повернулся Моисей Соломонович к супруге, которую любил за её бархатистое, словно персик тело. И за темперамент, с каким она отдавалась во время любви. - Нам мал, что мы имеем?

Жена ревнует солдата к очаровательной уралочке. Но это же - но не серьёзно! Минутная слабость! Он и сам... легко отдавался представлению, что могут делать жена моряка в определённой обстановке полутёмного купе под перестук вагонных колёс... И в нём была (совсем маленькая), но очень личная ревность, которая причиняла мудрому Моисею Соломоновичу сею минутную неприятность. А ведь он вышел не только прогуляться, а и расслабиться! «При чём тут Боря и его Вероника!

Хотя... минуя профиль жены, он втихаря, посмотрел в сторону широкоплечего Бориса. Не из любопытства, что он там покупает? а из-за скрытой грусти шестидесятилетнего «ветерана» любовного фронта к чужому счастью быть молодым и сильным.
..

Цукерманов Большаков тоже рисовал. Для конспирации. Но не в той технике, своеволия, что применял с силуэтами Вероники, а классическим способом, на уровне третьекурсника художественного училища, – портреты получались бездушными, но близкие к оригиналу и оригиналам они нравились.

— Моня, смотри, сколько похоже! Глянь, Боря сделал меня совсем, как Софию Лорен...

Рисовал Борис Петрович и Кристину. К позированию девочка отнеслась с пониманием. Смотрела на рисующего дядю, с тем серьёзным выражением лица, которое бывает у маленьких детей, когда они уважают работу взрослых. А ещё девочка была довольна собой, потому, что её внимательно слушают:

— Мы с папой будем жить в Кронштадте. Потому, что в Челябинске моря нет. А для папиного крейсера море обязательно нужно! В Кронштадте море есть всегда. Мы станем жить возле моря. И папе не надо будет уезжать надолго. И тогда у меня появится братик...

Вероника беспомощно разводит руками – «Ну что с такой болтушкой поделаешь?», а хамоватая ипостась в башке Большакова хихикнула:

«Уж на этот счёт наш шеф твоей маме отсалютует...»

— Когда мама и папа состарятся, - продолжала Кристина, мы с братиком будем за ними ухаживать. А вы все приедете к нам в гости...

Тут маленькая мечтательница посмотрела на маму почти испуганными глазами:

— А в Кронштадте театр есть? Я без театра ну, честное слово, правда, правда! никак не смогу!

— Конечно есть и не один! - почти хором заверили будущую театральную приму взрослые, которые умело скрывали свои невольные улыбки.

Да, Кристина была очень довольна собой! С ней разговаривают, как со взрослой. И на портрете она получается тоже красивой. Как девочка Мальвина из фильма про Буратино. Дядя Боря разрешает, когда очень захочется, подходить и смотреть, что получается. Надо только для этого по-школьому поднять руку и попросить разрешение...

— Что скажите? – по-взрослому спрашивал её мнение художник.

Кристина одобрительно кивало головой и вопросительно глядела на маму. Та поднимала ладошку и говорила:

— Вот «дядя Боря» закончит и тогда я и посмотрю...

Вероника сидела в сторонке и любовалась обоими участниками творческого процесс. Да так искренне, что наш искушённый в женских взорах ловелас, был абсолютно убеждён в содержании приятных мыслях о себе любимом. Что не могло не вдохновлять творчество и бурную фантазию молодого организма...

«Мы неизбежно ошибаемся, пытаясь угадать, что думают другие!» - должен был сказать на это умница Петрович, - но из-за приятной обстановки, он был в отвлечённом состоянии...

— А почему вы не рисуете портрет моей мамы? – сказав спасибо за полученный рисунок, спросила Бориса Петровича Кристина.

Большаков посмотрел в синий фарфор Вероникиных глаз и сказал, пристально рассматривая будущий объект поглощения:

— Твоя мама, Кристина – сама Безупречность. Она так хороша, что мой карандаш боится прикоснуться даже на бумаге к чертам её лица. Ты меня понимаешь?

— Да, моя мамочка самая красивая на всём белом свете!

— И за его пределами, - сказал БП, не отводя зеленовато-золотистых зрачков с лица той, которую желал соблазнить. Он желал получить ответный контакт. И, подумал, что его поняли.

Фарфоровая синева блондинки прикрылась тенью пушистых ресниц. Кожа нежной шеи предательски порозовела.

С этого момента Борис решил готовить бастион для проникновения в душевное спокойствие чужой жены.

Пользуясь правом художника он не изучать, а «облизывал» пристальным взглядом малейшую деталь натуры. А как же иначе, если в планах было желание похитить на целую ночь! этот уральский бриллиант, с последующим возвратом нынешнему владельцу, но с традиционным «сюрпризом» в виде зародыша в утробе семейного украшения.

Этот способ «благодарности» уже становился фирменной фишкой его «школы» распутного блядства с замужними женщинами. Уговорить, оплодотворить, снабдить лексиконом вокзальных подстилок и отправить в Большой Свет в виде развращённой шлюшки. Такова была «программа» образования «учебного заведения» молодого циника Бориса Петровича Большакова (кто читал предыдущие сериалы его утех, прекрасно понимает о чём говорит автор повествования...) И,

Порно библиотека 3iks.Me