люди смеяться...
— Не любишь ты меня, шлюха?!
Удивлённо приподняла бровки.
— Разве вам нужна моя любовь, Хозяин?!
Этому шакалу захотелось чувств. От меня?! Не дождется... Его я даже уже не ненавижу, я просто каждодневно хочу, чтобы он подох в мучениях.
— Нет, конечно. Главное, что ты ножки расставляла, да хуй мой сосала старательно.
Унизительно... Хозяину нравится меня унижать, наверное, так он еще в большей мере ощущает свое могущество, балдея от моей вынужденной безотказности и своей безнаказанности. Захотелось шипеть змеей, но я лишь улыбнулась ему.
— Все, вали отсюда.
И я ухожу. В день освобождения я иду в спец часть, получаю справку об освобождении и деньги за работу в швейном цеху. Да, я все время числилась там, и мне начисляли зарплату, часть которой уходила взыскателю – тому мужчине, которого я сбила. Я выхожу за ворота. При мне минимум вещей, там, в шкафу моей кельи остались платья, нижнее белье, много вещей, но я ничего этого не взяла. К черту, не хочу. Со мной только наличные и те драгоценности, что мне дарили мои ёбари. Эти цацки я сдам в ближайший ломбард. Я иду по дороге и дышу воздухом свободы. Там, у колонии есть остановка общественного транспорта, но я не хочу ждать, не хочу ни минуты быть рядом с этим страшным местом. Рядом останавливается машина. Это Николай Иванович, большой чиновник.
— С освобождением, Оленька! Садись, я тебя подвезу.
Почему нет? Прыгаю на переднее сидение.
— Может быть, заедем ко мне? Отметим твое освобождение. Потрахаемся, я доставлю тебе удовольствие...
Я пристально смотрю на него.
— Вы и в правду считаете, что я получала удовольствие от секса с мужчиной, который мне в дедушки годится? У вас ведь есть внучки моего возраста, подумайте, получили бы они удовольствие от траха с шестидесятилетним мужиком? Меня заставляли спать с вами всеми, заставляли, понимаете? Фактически это было изнасилованием.
Дольше мы едем молча. На площади около вокзала он останавливает машину и неожиданно обращается ко мне.
— Прости меня, Оля. Прости, если сможешь. Прости нас всех.
Я молчу. Простить? Разве это возможно?
— Вот, возьми, тебе понадобятся средства, - он сует мне деньги. И я беру эти деньги. Будь это слезоточивый сериал главная героиня швырнула бы эти деньги мерзавцу в лицо. Но это реальная, сука, жизнь. Не прощаясь, я выхожу из машины и иду на вокзал. Домой, скорее домой. Вот только я еще не знала, что дома больше нет.
ДОМ, МИЛЫЙ ДОМ
У тебя на полке
Плюшевый мишка и заяц в футболке.
Ты давно когда-то
Ранним утром их нашла под елкой.
А за старым шкафом
Портфель без ручки и летняя шляпа.
Кто-то хитрый и большой
Наблюдает за тобой.
У тебя в кармане
Два мелка и волшебный камень.
Ты волшебный камень
На Восьмое марта подаришь маме.
А с высокой крыши
Все на свете слышно -
Кто-то хитрый и большой
Наблюдает за тобой.
Подобреет стужа,
Босиком пройдешь по луже.
Ночью в ней купалась
Круглая луна и тебе осталось.
И теперь понятно,
На луне откуда пятна -
Кто-то хитрый и большой
Наблюдает за тобой. (с)
Я стою перед могилами мамы и папы. Простые деревянные кресты, оградки нет, фото нет, только таблички с именами и датами... Надо будет заказать нормальные памятники. На могилах лежали гвоздики, это я их купила. Сюда я приехала прямо с вокзала. Мама, папа, как долго я к вам шла, как я по вам скучала...
ПЕПЕЛ
Что ждёт меня, здесь, на воле? Какая она, настоящая свободная жизнь? Изменилась ли за это время? Есть ли в ней для меня место? Весточки, доходящие до меня извне, не слишком оптимистичны. Сомнения смешиваются с мечтами и надеждами.
Я допускаю, что знакомые при встрече будут отворачиваться, делая вид, что не заметили, или вовсе переходить на другую сторону улицы. Главный вопрос: удастся ли мне быстро устроиться на работу? У меня есть диплом – швеи. Только поможет ли он? Без работы никак нельзя – я должна ежемесячно переводить деньги пострадавшему. Если верить тому, что я о нём знаю, семья у них далеко не бедная, наверняка мои копейки они даже не замечает. Но раз суд обязал меня покрыть их расходы на лечение, то я должна это сделать, даже если платить придётся до конца жизни. Мало ли, какие санкции могут быть за неисполнение решения суда.
Мама Люба после освобождения вынуждена была пойти в швейный цех – по специальности её никуда не берут. Говорит, судимость – это клеймо на всю жизнь. Она мне пару раз передачи присылала. Очень скучаю по ней. Если бы не Мама Люба, я бы сломалась, система перемолола бы меня своими безжалостными жерновами. Или я сошла бы с ума после смерти моего сыночка.
— Ты так похожа на мою донечку, – часто говорила она мне со слезами. – Такая же чистая, нежная и беззащитная. Надеюсь, мою сиротиночку кто-то защищает и оберегает, пока меня нет.
Я чистая? Я? После того, что со мной сделали? Мама Люба слишком добра ко мне... Молюсь, чтобы у Мамы Любы и её дочки всё сложилось хорошо...
Время многое меняет. Я словно попадаю на другую планету. Изменилось всё – фасады знакомых зданий, названия некоторых улиц, фасоны одежды, которую носят люди. Появилось масса новых маршруток – и я теряюсь, как передвигаться по городу. Даже выражение лиц у людей кажется теперь другим. Наконец-то я добираюсь до дома. Я поднимаюсь по ступенькам лестницы родного подъезда. Как долго я здесь не была... Родная дверь. Я закрываю глаза и представляю себе, что мама жива, она там за
Порно библиотека 3iks.Me
17049
05.11.2023
|
|