История Ольги- Читать онлайн

инвалидом. Овощем.

Вслушиваюсь в каждое слово. Самое важное для меня, что этот человек жив, но настораживают слова об инвалидности и разрушенной карьере. Панический страх перед решением судьи множится чувством вины за покалеченную жизнь.

Мой адвокат, молоденькая девушка, смотрится убого. Не нужно быть специалистом в юриспруденции, чтобы понимать, что представитель обвинения – акула, а мой – маленькая беззубая рыбёшка. Она тоже предъявляет суду выписки из моей карты, медицинские заключения. Однако адвокат потерпевшего настаивает, что эти документы никакого отношения к делу не имеют, что это манипуляция и игра на чувствах, которые не чужды даже самым беспристрастным судьям. В результате часть моих справок к делу приобщать отказываются.

Я была уверена, что за одно заседание вопрос не рассмотрят, что будут тянуть, дожидаясь, когда станут понятными последствия для здоровья пострадавшего. Но всё происходит довольно быстро. То ли не хотят откладывать на период отпусков, то ли дело простое и нечего там разбирать за несколько заседания. Суд удаляется для совещания.

Я сижу, ни жива – ни мертва. Сердце бьётся, как птица в клетке. Я осознаю, что виновата, что сломала человеку жизнь, что моя беспечность должна быть наказана. Уже даже не надеюсь на оправдательный приговор, разве что случится какое-то чудо. Но беременность и обморок в момент аварии, по заверению адвоката, должны учесть как смягчающие обстоятельства, а потому должен быть условный срок.

Время ожидания тянется невыносимо медленно. Но вот судья возвращается и начинает зачитывать приговор. Он произносит много слов. Часть из них я понимаю, часть – не очень. Знаю, что это – ритуал, самое главное будет сказано в конце. Затаив дыхание, жду.

—... признать Хромову Ольгу Игоревну виновной в совершении преступления по статье.... – в голове шумит, помехи словно размывают чёткость слов и звуков.

А дальше мне кажется, что я глохну, что всё это происходит не тут, не со мной, а где-то с кем-то другим, в иной реальности.

—... Назначить Хромовой Ольге Игоревне наказание в виде трех лет и шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Как? Как такое может быть? Я выучила эту статью от корки до корки, все её части и параграфы, я изучила в интернете судебную практику. Мне дали срок, будто человек погиб в результате аварии! И у меня есть смягчающие обстоятельства – неужели их вовсе не учли?

Судья что-то говорит об апелляции, но я не слушаю. Поверить в происходящее невозможно. Смотрю на маму. Согнувшись в три погибели, она рыдает. Папа встает, хватается за сердце и падает обратно на скамейку, мама сквозь людей проталкивается к нему... Господи, что с ним?! Ненароком взгляд останавливается на матери пострадавшего. Красивая, ухоженная женщина, богато одетая. По её виду совсем не скажешь, что в её семье горе. Она улыбается, переговариваясь с адвокатом потерпевшего.

За мной приходит конвой. Куда меня повезут? У меня ещё две капельницы, назначенные врачом. Мне позволят закончить лечение? И спросить не у кого. Конвоиры – как глухонемые истуканы.

Меня заводят в тёмное помещение и приказывают ждать. Всё, как в тумане. Тут только моё тело, душа осталась рыдать там, в зале суда. Это не я, нет! Всё это происходит не со мной. Мне должны были дать условный срок! Откуда они цифру такую взяли – почти четыре года? Почему? Я к этому не готова!

А ребёнок? Как я смогу выносить его в колонии? Как буду рожать? Как смогу расстаться с ним? Как он сможет прожить без меня? У всех детей будет мама, а у моего малыша – нет? Почему это случилось со мной?

За мной приходят конвоиры. Выходим на улицу, нас грузят в автозак и куда-то везут.

— Как думаешь, куда мы едем? – спрашиваю соседку, пытаясь представить, что меня ждёт в ближайшее время.

— В СИЗО. Куда ж ещё? Теперь ждать, в какую колонию определят.

Страх неизвестности буквально парализует. Сколько ужасов всегда рассказывают о СИЗО и колониях. Неужели мне придётся через это пройти?

В камере нас встречают спокойно. Я забиваюсь на предложенную кровать, сворачиваюсь калачиком и тихонько скулю. Мне страшно, горько, обидно... Оплакиваю свою не случившуюся молодость и сиротское детство моего малыша. И неожиданно понимаю, что Дима так и не пришёл...

Дни в СИЗО тянутся бесконечно. Находиться тут очень тяжело. Может, со временем можно привыкнуть, но пока каждый час, проведённый здесь, даётся с огромным трудом. Впрочем, час – понятие чисто условное. Сколько времени – понять невозможно. Ни часов, ни телевизора, естественно, в камере нет. Каждый миг жду, что за мной придут и отправят по этапу.

Теряю счёт дням. Даже не могу вспомнить, сколько их прошло после суда... Однажды меня вызывают и выводят на улицу с другими женщинами. Нас грузят в автозак и куда-то везут. Едем долго. Теплится надежда, что везут сразу в колонию. Но нет, на станции заключённых пересаживают в специальный вагон. Окна зарешёчены. Небо в клеточку....

Значит, везти будут далеко. В какую колонию меня направят? Я уже знаю, что тех, кто сидит впервые, не сажают вместе с бывалыми. Хочется, чтобы не слишком далеко от дома, чтобы мама и папа хоть изредка могли приезжать проведывать меня. Не представляю своей жизни в заточении. И мне очень страшно... Я тогда еще не знала, что папа умер от инфаркта прямо в зале суда.

Едем долго. Значит, далеко. Судьба-злодейка и тут оказалась не на моей стороне. По приезду оказываюсь в карантине – его все проходят

Порно библиотека 3iks.Me