вокруг толстые паховые складки его заслоняют, а как чуть ближе к нему придвинулась, так и вонючим оказался. Похоже, с год его не ополаскивал. Да и сам запах не мужской какой-то, а на бабий похож. Так в нос шибануло, чуть не вырвало.
Никогда в жизни и помыслить не могла, что вот так придется – голышом стоять на коленях перед человеком, которого презираешь всеми фибрами души, сосать его мерзкий отросток, да еще руками пытаться сделать из этой тухлой вялой сосиски хоть какое-нибудь подобие мужского члена. А на душе-то что у меня творилось! Понимала, что полностью в его власти: захочет – казнит, захочет – помилует, и от этого еще тягостней и муторней становилось – что зависишь не от кого-нибудь, а от этого хвастливого потного борова! И уж лучше бы он ничего не делал, спокойно стоял, а то еще по голове меня гладит, решил, должно быть, что за эти несколько дней передумала и влюбилась в него по уши!
Чувствую, приносит моя напряженная работа плоды – хоть какая-то твердость появилась, да и хряк этот уже не просто гладит голову, а водит ею, сам навстречу подается. Еще интенсивней заработала – и сосу сколько мочи есть, и руками по стволу двигаю, вокруг поглаживаю. Надеюсь, быстренько изольется эта свинья в меня, закончится всё на этом. Как бы ни так!
Поднимает меня с колен, еще раз ощупывает всю, потом к кровати тащит, на нее пузом наверх ложится, меня на себя тянет. И не брезгует, гад, что куча мальчишек в меня только что спустила, а сейчас он там же дергаться собирается. И не брезгует, что, как я через него ногу переносила, из меня прямо ему на ляжку и пузо из этого самого места полилось. Похоже, все равно ему – так счастлив, что до меня дорвался. Усаживает на себя. Не кладет, а именно усаживает – на рыло его заплывшее любоваться. Чтоб не смотреть, глаза зажмурила крепко, на лицо маску непроницаемую натянула, пытаюсь отрешиться от осознания того, кто подо мной. Поскакала... побыстрее стараюсь со всем этим покончить...
Сначала просто груди лапал, затем потными руками вниз полез, губы раздвигать. Так понимаю, чтоб точно удостовериться, имеет он меня или нет. Но это-то еще ладно. А вот потом меня к себе пригибает, чтоб я эту свиную харю целовала. Глаза пришлось открыть, а мне это горше всего – видеть, на ком пляшу, во что превратилась, в какую пропасть упала. Причем ведь по собственной вине всё!.. Ну, целовать эту слюнявую морду выше моих сил – просто рот приоткрыла, пусть сам. Впился в меня, одной рукой притягивает тесней, другой грудь месит. Терплю...
По дыханию слышу, по движениям – вот-вот он уже, да и член, чувствую, как каменный. Опять обрадовалась, что всё, и опять зря. Потянуть он решил, продлить удовольствие. Двигаться перестает, меня тоже придерживает, за плечи приподнимает, чтоб опять сидела на нем, и, неожиданно совершенно... пощечину со всей силы. А пальцами сразу в грудь вцепился – придерживает, чтоб не слетела с него. С ухмылкой мерзкой спрашивает:
– Прощение просить будешь?
Такое желание горячее ответную ему пощечину завесить, а лучше даже кулаком в нос, как тогда. И соскочить, и убежать... А понимаю, что нельзя, что на крючке я. Мямлю, аж самой противно:
– Простите, Виктор Михайлович...
– Целуй тогда, – ладонь мне протягивает, которой ударил. Пришлось чмокнуть.
– Ну, то то же... – улыбается, скотина, доволен. Из уголка рта у него еще капелька слюны по щеке поползла – это, видно, чтоб меня прямо тут вырвало.
Чуть поднял меня, чтоб зазор образовался, сам задрыгался. Задышал с хрипами легочными, аж в глубине у него забулькало что-то. Потом резко меня вниз насаживает... Кончил, наконец! Слава богу! Хочу встать – не отпускает, держит, пальцами груди изучает, живот...
Как разрешил встать, я к краю кровати сразу, там полотенце висит. Чуть загородилась от него, вытерлась, свою одежку натягиваю. Потом случайно совсем в сторону взгляд кинула, а там ведь куртка Андрея висит! И из кармана конверт торчит злополучный! Хватаю, еще раз складываю, уже вчетверо, к себе подальше запихиваю. Боров даже не заметил. Ширинку застегивает, ко мне подходит, обнимает, шепчет:
– Ну что, тебе было со мной хорошо?
Такое мерзкое чувство от него, так хотелось в ответ: «Ага, обкончалась вся!», но сдержалась, промолчала, даже заставила себя кивнуть. Он меня еще утешает, подлец:
– Не бойся, не скажу твоему... Всё между нами только. Шито-крыто. Тип-топ.
Даже до выхода меня проводил еще, даже денег на дорогу дал...
Что дальше? Галопом на дачу, детей с мужем в охапку, в Москву. Но не к себе домой, у знакомых прячемся. Мужу душещипательную историю сочиняю про бандитский наезд. Еще что сама в руки к ним попала – в доказательство полосы на руках-ногах показываю. Те самые, что после веревок на квартире Андрея остались. Поверил дурачок мой милый, только еще насчет милиции поинтересовался: может, заявить? Обсмеяла его, да он и сам насчет нашего купленного МВД всё знает прекрасно. Квартиру потом срочно поменяли, причем с обрубкой хвостов – дорого получилось. Работу тоже сменила, хоть и в том же нефтяном бизнесе осталась.
Никаких мальчишек больше не видела, а вот Виктора Михайловича очень часто. Он несколько раз ко мне подкатиться пытался, даже угрожал мужу рассказать. Очень популярно тогда объяснила, что ему же от этого хуже будет. Я всё отрицать буду, а
Порно библиотека 3iks.Me
18208
15.11.2023
|
|