Это рассказ, о жизни семьи Флора Ефимова, из пяти человек, прожившей в полной изоляции в тайге, в двухстах километрах, от ближайшего поселения. Как появились первые старообрядцы в верховьях Абакана? Почему уходили, от цивилизации в горы? Как смогли выжить в экстремальных условиях, устоять в вере и сохранить свою самобытность?
Так что же послужило толчком, для молодых Флора и Ольги Ефимовых сняться с насиженного места в 1900 году? Устроенная жандармами в уральском городке Ялуторовск, когда двух священников Древлеправославной Церкви, заколоченных в бочки с гвоздями спустили с горы? Бог весть: история отношений между старообрядцами всегда была сложна и трагична. Когда же становилось особенно тяжко, будоражила душу мысль о благодатной стране, где всё по-божески, и правит той страной и народом в ней живущим мудрый и справедливый государь. Земли там плодородные, дождик вовремя и солнышко не жарит, и пребывают все в добром здравии, душевном и телесном...
Мечты русского народа о справедливости, а значит и счастливой жизни, воплотились в сказание, о "Беловодье". Есть, за китайской землёй страна, в которой живут истинные христиане, никем не преследуемые, трудятся и молятся, во славу "Божию", под покровом "Пресвятыя Богородицы". И если кто-то любопытствующий, или, что хуже, со злым умыслом попытается проникнуть в "Беловодье" ничего он не найдёт и не увидит, кроме сплошного и белого, как молоко, тумана. Разве только особо чуткий услышит, где-то вдалеке не то шум прибоя, не то колокольный звон, собирающий прихожан к вечерне.
Путь в "Беловодье" пролегал, через сибирские просторы, Алтай, а затем уже через китайские земли. Многие кержацкие семьи, не выдержав длительного перехода, оседали в укромных таёжных местах. Тем более что земли, через которые они проходили, особенно предгорья Алтая, были весьма привлекательными, для проживания. Климат там довольно мягкий, хотя бывает, к "Рожеству" или "Богоявлению" так мороз завернёт, что деревья рвет. Но глубокие снега надёжно укрывают землю. За лето рожь, да пшеница отменным колосом наливаются. А травы не то, что в пояс, всадника на коне скрыть могут. А главное, от «Власти антихристовой» подальше. Глядя на это великолепие, крестьянская душа стояла на распутье, или дальше идти, или синица в руках. К тому же, большинство понимало, что для "Беловодья" они не готовы, лишь бы от гонителей скрыться.
Шло время. Шли и люди, убегая, от гонений и пробираясь через сибирские таёжные дебри, надеясь на оседлую жизнь в удобном месте. Кто-то оставался в поселении, кто-то двигался дальше в тайгу. Всем, желающим присоединиться к общине, братья устраивали своеобразный богословский экзамен, боясь проникновения в их окружение ересей. Дробясь на толки и согласия, бес поповская среда вызывала к жизни множество течений, чьи проявления веры носили подчас откровенно еретический характер.
Среди новоприбывших выделялись Флор и Ольга Ефимовы. Прибыли они доживать свой век вдали от мирской суеты, посвятив отпущенное им время молитве и добрым делам. Вскоре появились новая семья с Софроном и Федорой Черкасовыми. Вся община состояла, из двух семей.
Первым делом, конечно, занялись строительством. Избы рубили сообща. Что-что, а топоры кержаки держать умели, непьющие, некурящие, здоровьем необиженные, дело своё знающие. Брёвнышко к брёвнышку так подгоняли иголку не просунешь. Нижние венцы клали из прочной и долговечной лиственницы, а остальные стены выгоняли из кедровых брёвен, приговаривая: «От кедры самый чистый и тёплый дух исходит». Ставили избы-пятистенки. Просторные и светлые горницы с обязательным передним углом, для икон и лампадкой, с русской печью, лавки вдоль стен, да стол из колотых и струганных плах, авторитетно расположившийся посреди горницы, составляли интерьер, крестьянской избы староверов.
Вот так, жизнь, вдали, от мировых потрясений, потихоньку входила в знакомое с детства, для христиан русло. Весной, после "Юрьева дня" начинали посадку. Летом покос, заготовка ягод, грибов и прочих таёжных даров. Если выдавался орешный год, то всей общиной выходили на сбор кедровой шишки, лущили, просеивали и сушили орех. Не каждый год родит это, воистину, чудесное дерево, поэтому заготавливали впрок. Орех, при правильном хранении, четыре года лежит, не портится. В октябре после Покрова мужики уходили в тайгу на промысел пушнины. Добывали соболя, колонка, лисицу, белку. Особая удача, если кто-нибудь на реке выдру ловил— алтайцы одну шкурку на коня меняли. Добытую пушнину, излишки мяса и рыбы меняли на соль, муку, крупы и железо. А когда февраль-бокогрей приходил, начинали готовить дрова. Стылые берёзовые и осиновые чурки звонко разлетались, от ударов колуна. Обычно, хозяин семьи Флор колет, а дети Алексей с Агафьей укладывает в поленницу, чтобы, за лето дровам просохнуть.
Но, чтобы у читателя не сложилось слишком благостное представление о таёжном быте, не нужно забывать, что описанные события происходили среди дикой первозданной природы в двадцатые годы прошлого века, а выражение «Медвежий угол матушки России», как раз про эти места. Полным хозяином тут был и остаётся доныне медведь. Обилие ягод, ореха, множество копытных: маралов, лосей, косуль отличная кормовая база, для этого зверя. Люди вторглись в его владения, а значит, нежелательные встречи и столкновения были неизбежны. И они не заставили себя долго ждать, особенно после того, как на заимке появилась домашняя скотина.
Год, по году молодым прибавляет, а старикам убавляет. Из вчерашней малышни получились славные молодые люди: Агафья и Алексей Ефимовы, Кирилk и Ефросинья Чепрасовы. Все были приблизительно одного возраста восемнадцати-девятнадцати лет. Выросшие на природе, с детства у старших в помощниках и по хозяйству, и на охоте, рано освоили науку выживания. К восемнадцати годам юноша мог и
Порно библиотека 3iks.Me
3572
12.10.2024
|
|