слава богу, что благополучно обошлось. Жена отделалась лёгким испугом».
Тьфу ты, экий болван! В лучшем случае обделалась, право редкостный идиот – зло резюмировал Пётр Селивёрстович, – прихлопнув рукой скандальную статейку в «Нижегородских новостях».
На столе задребезжал, недавно установленный телефон. Генерал снял с аппарата трубку и приложил её к уху
– Окружной суд? – раздался из трубки голос телефонистки с коммутаторной станции, – ответьте губернатору города. Говорите...
Пётр Селивёрстович поморщился, вслушиваясь в треск, доносящийся из трубки телефонного аппарата.
– Ало!... Ваше высокопревосходительство. Кирилл Игнатьевич. Стариков у аппарата, слушаю вас, – нетерпеливо взывал генерал в безмолвную трубку телефона.
– Приветствую тебя, Пётр Селивёрстович, – донёсся сквозь треск и шорох голос губернатора Толмачёва Кирилла Игнатьевича. Давненько не виделись, старина. На приёмы ты не ходок, в гости без карт не заманишь. Давай-ка нынче у меня дома вечерок проведём. Только мои домашние толком поговорить не дадут. Ты со своей Калерией приезжай к семи и своего, как его?... Стыковского, кажется, прихвати для наших бабёнок. Пусть для благостной атмосферы побалакает с ними на житейские темы. А то моя Надюша вовсе по нашему говорить разучится. Со своим французским целыми днями то мerci, то pardon. После Питербурга совсем нерусской стала. Словом, ждём к ужину, кланяйся супруге.
Пётр Селивёрстович положил на рычаг аппарата трубку и вернулся к чтению губернских новостей. В дверь постучали. На пороге стоял Стыковский с пухлой папкой документов.
– Разрешите войти Ваше превосходительство?
– С чем пришли, Дмитрий Николаевич? Что это у вас? – подняв глаза от газеты на кожаную папку с документами, недовольно поинтересовался генерал-майор.
– Сущие пустяки, Пётр Селивёрстович, тяжбы купцов по торговым сделкам. Все выверки по документации уже сделаны.
– Хорошо, оставьте на столе, я посмотрю. Закладки для подписей оставлены?
– Пять листов вложены с пометками.
– Что я хотел сказать, Дмитрий Николаевич... Мы с вами приглашены сегодня на ужин к губернатору. Нравится или нет, а идти придётся. С нами поедет моя Калерия Евлампиевна. Приезжайте к нам в шесть и от нас отправимся к Кириллу Игнатьевичу. Ваш удел на сегодня – наши дамы. Будете угодничать и развлекать этих куриц. Дело вам знакомое.
– Как прикажите, Пётр Селивёрстович, – с готовностью согласился Стыковский, угодливо раскладывая документы на столе перед генералом. – Кстати, дочь губернатора Толмачёва и есть та самая молодая особа, с которой познакомила меня Калерия Евлампиевна, – вскользь заметил Стыковский между делом.
– Вот как? – удивился Пётр Селивёрстович, взглянув на молодого человека поверх стёкол пенсе, – а как же ваше предпочтение к женщинам более старшего возраста?
– Одно другому не помеха, Ваше превосходительство.
– Да вы, Дмитрий Николаевич, отменный выжига, прошу прощения. У Толмачёвых дочке за двадцать, пора жениха подыскивать. Видать, затем вас и приглашают.
– Что по нынешним временам, полагаю, вполне объяснимо, Пётр Селивёрстович. Да и мне без протекции по службе крайне сложно чего-то самому достичь.
* * *
Известие о вечернем приёме у губернатора четы Стариковых, заставило Калерию Евлампиевну насторожиться. – Как бы моего картёжника не отправили в отставку, – с тревогой подумалось ей. Но когда была упомянута фамилия Стыковского, всё разом рассеяло всякие сомнения о причине неожиданной аудиенции у губернатора.
Семейка пройдохов, заключила она про себя, быстро Агнешка смекнула с перспективным женихом. Уведут моего жеребчика прямо из стойла, а там поминай, как звали. Не захочешь, только племянником и утешишься, горько вздохнула Калерия Евлампиевна.
– Степанида, готовь платье на выход, поможешь мне одеться.
Туго затягивая шнуровку корсета на спине хозяйки, Стеша дерзко поцеловала плечико своей барыни, испугавшись своего порыва признательности.
– Что за вольности без дозволения? – возмутилась Калерия, не поворачивая головы, – от Женьки набралась, мерзавка?...
– Простите, Калерия Евлампиевна, не совладала...
Вскоре явился Стыковский в свежевыглаженной сорочке под кителем, с прямым пробором на голове.
– Успел напома́диться, пострел? – укорила его любовница, взглянув на набриолиненные волосы на голове Стыковского.
– А где наше превосходительство, Калерия Евлампиевна? – съёрничал Дмитрий Николаевич, целуя руку своей любовницы.
– Похоже, модерой заправляется. Тебя на смотрины ведут, как племенного бычка на ярмарку, – угрюмо съязвила Калерия, – а как женят, только тебя и видела, подлеца.
– Преждевременно ревнуешь, дорогая. Изменяют супругам, а не любовникам, – заметил Стыковский. – Ты свою жизнь устроила с их превосходительством, хочу сделать тоже. Хотя до его высот доберусь не скоро.
– Но направление определил верное. Ещё нашему бычку кольцо в нос не продели, а любовницей обзавестись успел и на генеральскую дочь виды имеешь основательные. Коли дело пойдёт не слишком скоро, попробуй, Дмитрий Николаевич, губернатора внуком порадовать.
– Не предвосхищай события, Лера. К себе на квартиру за этим, я Надежду Кирилловну пригласить не решусь, после нашего с тобой конфуза.
– Так ни ко мне же приглашать вас с таким-то бесстыдством, – с иронией проронила Калерия Евлампиевна.
Дверь в будуар хозяйки открылась и вошёл Пётр Селивёрстович с благодушной улыбкой на лице.
– Так-так, дорогая, время отправляться к начальству. Опаздывать – сущее комильфо.
– Ничего, Пётр Селивёрстович, с таким козырем в рукаве, – заметила Калерия, косо взглянув на Стыковского, – наше опоздание будет прощено. Только смотри, дорогой супруг, не надуй своего начальника в картишки. Ваша партия должна носить сугубо символичный характер. Помни, зачем мы приглашены. Надеюсь, Дмитрий Николаевич присмотрит за тобой...
– Непременно, Калерия Евлампиевна, – охотно заверил Стыковский свою благодетельницу. Я умею быть благодарным и преданным в дружбе с порядочными людьми.
– Бог вам судья, Дмитрий Николаевич. Стеша, к нашему возвращению Евгений Александрович должен
Порно библиотека 3iks.Me
8825
15.02.2025
|
|