Дворник Толик- Читать онлайн

я ссать хочу! Ща напою тебя, раз ты такая голодная! — Он захохотал, его смех был громким, как раскат грома, и он снова схватил ее за волосы, засовывая член обратно в ее рот, грубо раздвигая ее губы. — Открывай горло, мразь, пей прямо из меня, как блядь на помойке! — Анюта ахнула, ее глаза расширились от ужаса, как у человека, что видит смерть, но он уже начал — горячая, соленая струя ударила ей в горло, резкая и едкая, как кислота, и она давилась, кашляла, ее горло сжималось, пытаясь вытолкнуть его, но он держал ее крепко, пропихивая член глубже, до самого основания, его волосатый пах прижал ее нос, лишая воздуха. Она чувствовала, как моча заполняет ее рот, течет по языку, обжигает гортань, и глотала — не потому, что хотела, а потому, что не могла иначе, ее тело дрожало, как в лихорадке, слюна смешивалась с мочой, стекая по подбородку, и она задыхалась, ее разум кричал от отвращения, от унижения, но где-то в глубине, за этой пеленой, вспыхивал жар — темный, животный, что заставлял ее подчиняться. — Пей, сука, пей все! Это тебе за то, что такая блядь ненасытная! — Толик рычал, его голос дрожал от садистского восторга, и он мочился долго, струя била с силой, заполняя ее рот, стекая по ее шее, пока наконец не иссякла, оставив ее задыхаться и кашлять, ее лицо было мокрым от слез, слюны и мочи, а горло горело, как от раскаленного угля.

— Чё, лох, видишь, как твоя баба пьет? Ты бы хоть раз так ее напоил, слабак! — Толик хохотал, отпуская ее голову, и Анюта рухнула на кровать, ее тело дрожало, как лист на ветру, а разум был пуст — только гул после бури, только эхо этого кошмара. Игорь стоял, его фотоаппарат упал на пол с глухим стуком, как символ его бессилия, и его руки дрожали, как у человека, потерявшего все, что имел. Он смотрел на жену, на ее растрепанные волосы, на ее лицо, искаженное смесью ужаса и экстаза, и чувствовал, как его собственное возбуждение смешивается с отвращением, как яд с вином, и он не знал, как выпутаться из этой паутины, что опутала их обоих.

Толик по-хозяйски взял смазку, смазал пальцы и начал запихивать их в ее влагалище и анус, растягивая дырки, как свои карманы. — Ща я тебе, мразь, все растяну до предела! — Он хохотал, его голос был хриплым, как у пьяного, и он засунул два пальца в ее влагалище, затем три, а потом четыре, растягивая ее с садистской медлительностью, наслаждаясь каждым ее вскриком. — Чё, сука, больно? Ща я тебе пиздец устрою! — Он сжал пальцы в кулак и начал проталкивать его внутрь, его движения были неспешными, но неотвратимыми, как наступление прилива, что поглощает берег. Анюта закричала, ее голос сорвался в высокий вопль, полный боли и отчаяния, и она чувствовала, как ее плоть раздвигается, как ее внутренние стенки дрожат от напряжения, как каждый сантиметр его грубой, мозолистой руки растягивает ее до предела, оставляя ощущение, что она вот-вот разорвется, как ткань под ножом. Ее тело выгнулось дугой, как лук перед выстрелом, бедра дрожали, как у лошади, загнанной в галоп, и она ощущала его кулак внутри себя — чужеродный, властный, как захватчик, что вторгается в ее тело, подчиняя его своей воле.

— Ха, глянь, лох, как я твою бабу на кулак насаживаю! — Толик хохотал, его голос дрожал от возбуждения, и он начал двигать рукой внутри нее, сначала осторожно, словно пробуя ее пределы, затем все смелее, сжимая и разжимая пальцы, исследуя ее глубины с садистской тщательностью, как мясник, что режет добычу. Анюта выла, ее крики становились громче, переходя в вой, полный муки и блаженства, как у зверя, что умирает и возрождается одновременно. Она чувствовала, как его кулак давит на ее внутренние стенки, как он касается мест, которых никто никогда не касался, и это было слишком — слишком сильно, слишком глубоко, слишком запретно, как будто он проникал не просто в ее тело, а в саму ее душу, разрывая ее на части. Ее разум кричал, что она не выдержит, что это уничтожит ее, но тело отвечало иначе — смазка текла рекой, облегчая его движения, горячая и скользкая, как кровь, и она поняла, что хочет этого, хочет чувствовать себя такой — раскрытой, подчиненной, живой, даже если каждый его смешок был как удар хлыста по ее спине.

— Чё, сука, нравится? Ща я тебе вторую руку засуну, будешь знать, как настоящие мужики ебут! — Толик ухмыльнулся, его вторая рука, блестящая от ее соков, присоединилась к первой, и он ввел два пальца рядом с запястьем, растягивая ее еще сильнее, как ремесленник, что растягивает кожу для нового изделия. Анюта закричала так, что голос сорвался в хрип, ее тело извивалось, как в судорогах, и она чувствовала, как ее плоть раздвигается еще шире, как стенки дрожат от напряжения, как будто он хотел разорвать ее на части, оставив лишь оболочку. — Ори, шлюха, ори громче! Пусть весь дом знает, как я тебя ебу! — Он хохотал, его смех был громким, как раскат грома, и он проталкивал вторую руку, медленно, с упорством завоевателя, что ломает стены крепости, и каждый сантиметр сопровождался ее воплями, полными

Порно библиотека 3iks.Me