Я к тебе, пожалуй, свою раскладушку сюда перетащу!
И снова глупое пошлое ржание. Они ёрзали, ворочались, опять целовались и обнимались, и всё это лёжа на спине замершего и боящегося пошевелиться парня. И Москвич ясно представил, как сдирается кожа с лопнувшего под ними волдыря, как сочится кровянистая жидкость, как это всё болит и воспаляется...
Остро хотелось как-то поддержать Стремягу, хотя бы подбодрить добрым словом, но, увы – он был зеркалом, и даже закрыть глаза уже не мог. Он обязан был смотреть и всё видеть.
И он видел. Видел, как Элла всё ещё поглаживает свой лоснящийся (подозрительно знакомый!) розовый резиновый фаллос. Как она украдкой посматривает в сторону зеркала. В его сторону! Как улыбается, своим, явно недобрым мыслям, сладостно жмурится, будто кошечка, поймавшая мышку и наслаждающаяся игрой с полупридушенной жертвой.
— Слушай, а можно я его выебу? – спросила она совершенно будничным тоном, как будто попросила разрешения доесть оставшийся кусочек торта.
— Кого! – сделала вид, что не поняла Илона.
— Ну этого... - снова толчок локтя в ребра лежащего под ней тела. – Твоего раба. Можно я его выебу? В жопу?
— В жопу? – с удовольствием подхватила игру Илона. – В жопу – нет! Это как-то не эстетично!
— А в рот? В рот – эстетично?
— Ну в рот ещё туда-сюда...
Девкам понравилось случайно вырвавшееся выражение «туда-сюда» и они весело стали показывать куда именно, по их мнению, означает это «туда-сюда».
— А я тебе своего отдам, - неожиданно расширила тему Элла. – До конца праздников. В полное твоё владение. По генеральной доверенности!
Москвич, услышав такое, похолодел, хотя и был сейчас неодушевлённым предметом. Он бы не удивился, если бы заметил иней, выступивший на его поверхности.
Илона встрепенулась, подняла голову, повернулась к подруге.
— Ты это сейчас серьёзно? Отдашь Москвича до конца каникул?
— Мамой клянусь! – изобразила Элла не то кавказский, не то уркаганский акцент.
— За один лишь коитус? – уже уточняла условия предстоящей сделки Святоша.
— Пер анус! – коротко хохотнула Элла. – Как известно коитус пер анус дульчиссима эст!
И подруги, смеясь, ударили по рукам.
А потом Москвич увидел, как Элла легко соскочила с траходрома, строго приказала Стремяге принять колено-локтевую позу и задрала его юбку. Получилось высоковато. Тогда она положила парня на алтарь и медленно, буквально по сантиметру стала вталкивать ему в задницу свой розовый, скользкий от еще не просохшей Илониной смазки, фаллос. При этом она глумливо посматривала в сторону зеркала, явно красуясь, и наслаждаясь производимым эффектом.
Наконец она ввела его полностью. Постояла так с минуту – невыносимо долгую минуту, и – вытащила наружу. И снова втолкнула, но уже жёстче и быстрее. А потом опять вытащила...
Стремяга застонал. Скорее от стыда и унижения, чем от боли. Хотя в первый раз получить в анус такую штуковину – то еще удовольствие...
А она всё трахала и трахала его, уже не останавливаясь и лишь презрительно кривя свои нежные губки и фыркая, как купающаяся выдра.
Москвич очень бы хотел, чтобы на этом сон и закончился. Но он не закончился. Ему ещё услужливо показали, как Элла, видимо вдоволь натешившись таким отвратительным насилием, вытащила резиновый писюн из Костиной задницы (называть его после всего случившегося Стремягой, Москвич не мог даже во сне), и поднесла к лицу парня.
— Соси! – с тупым смешком приказала она.
Костя молча покачал головой. И тогда Элла забрала у Илоны пачку сигарет и закурила. Медленно так закурила, как бы придавая своим действиям особый смысл.
— Не будешь сосать? Не хочешь? Тогда ЗАМРИ!
И Москвич увидел, как сработало заклятье. Как замер, словно кукла его друг, и как Элла, мило улыбаясь, положила ему зажжённую сигаретку на спину. Прицелилась, точно выбирая место, и положила. И замершее тело парня мелко задрожало...
***
— Что тебя беспокоит? – спросила мадам Азалия утром, когда Москвич еле выбрался из глубин своих ночных кошмаров. – Что конкретно тебя вчера так взволновало, можешь ответить?
— Моего друга пытали... - осторожно подбирая слова, ответил Москвич. – Пока я тут с вами... весело проводил время. Пытали, и... кажется, изнасиловали сегодня ночью.
Он попытался вылезти из-под одеяла, но директриса остановила его недвусмысленным жестом, положив свои ноги ему на грудь.
— А ты? Вчера я что-то не заметила, чтобы ты был сильно озабочен положением своего друга, когда здесь со мной трахался, как бобик. И с эрекцией у тебя всё было в порядке, когда твоего друга, как ты выражаешься, пытали...
Москвич уже понял, что ляпнул что-то несусветное.
— Мне стыдно... - сказал он, и опустив глаза упёрся взглядом в её ухоженные пальчики... Азалия игриво пошевелила ими, молча приказывая расцеловать её ножки. Москвич привычно стал лобызать её ступни, втайне надеясь, что утренний допрос на этом и прекратиться. Но не тут-то было.
— К тому же никто твоего друга не пытал, не обольщайся. Пытают тут иначе... Святоша – его хозяйка. Она давно хотела освоить практику клеймения, а так как Стремяга её законный раб, то она имеет все права на него. Такова реальность в новом году, вас же предупреждали!
— Всех рабов положено клеймить? – сам охуевая от собственной смелости, спросил Москвич.
— Всех, - усмехнулась Азалия. – И тебя твоя госпожа Элла рано или поздно клеймит. Но не огнём, иначе...
— Иначе? – удивился Москвич.
— Да, существуют иные, более гуманные способы. Надеюсь, тебе твоё клеймо понравится!
Директриса снова улыбнулась, а он не решился более дергать судьбу за усы.
— Всё-таки вернемся
Порно библиотека 3iks.Me
1698
15.03.2025
|
|